Кристина Зорина – Девушка друга. Мой ночной кошмар (страница 11)

Соня останавливается, широко улыбаясь.

Глава 10

У мамы в субботу смена в больнице, и Соня планирует свести Валентина с ума с самого утра.

Она врубает свой самый тяжелый плейлист на полную катушку и носится со шваброй по квартире, подпевая невпопад, иногда с воплями и приплясыванием, с паданием на колени, воображая, будто веник – это ее гитара.

Она не хочет даже думать о сегодняшнем дне.

Неделька была… Не самой ужасной. Хоть она и началась со встречи с «метеорами» в кафетерии клуба, все остальные дни оказались не настолько невыносимы. Исаев… Был сносным. Нет, он все еще ненавидел всех, буквально извергал из себя ненависть, но никому не обрезали волосы на тренировках, а также никого не вынесли на носилках. Никаких обмороков, обезвоживания, слез и ударов плетью. Короче, скучно.

Валентин выползает из комнаты, прижимая подушки к своим ушам. Его губы шевелятся, но у Сони слишком хорошее настроение, чтобы его слушать.

Она берет в руки дезодорант и подпевает в него, как в микрофон, вслед за Nirvana. Она не понимает, чего брат жалуется, Соня ведь слушает вполне себе сносный рок.

В конце концов, терпение Валентина заканчивается, и он выдергивает колонку из розетки. Подходит и тычет в Соню подушкой, как будто сейчас треснет ей, но она-то знает, что у него кишка тонка.

Как говорится, отдача замучает.

– Тебе там звонят! Уже пятьсот пятидесятый раз! – заявляет он.

Соня валит его на пол и пыльными руками ерошит его волосы (Валентин просто патологический чистюля, и у него настоящая истерика по этому поводу – полный кайф).

Когда он вырывается, вся его голова в пыли и паутине, эффект достигнут.

Соня заканчивает вытирать везде пыль и только потом добирается до телефона. Экран мигает пятью пропущенными, все они от Марка.

У нее замирает сердце.

Это так сложно. Всю жизнь прожить бок о бок, как два близнеца, делить друг с другом слезы и смех, а потом вдруг резко… Перестать общаться.

Никто не виноват в этом. Ни Марк, ни Соня. Просто обстоятельства так сложились, просто стало слишком трудно… Никто не виноват, но почему-то, увидев пропущенные от него, она думает о том, как же сложно ей сейчас ему перезвонить.

Что она скажет? Он ведь даже понятия не имеет, что они с Владом расстались, что у Сони новая жизнь, и «Метеор», и Исаев, и странный трепет в груди при виде Толмачева. И новая странная девчонка, набивающаяся в подружки… И Казанцев… Чертов Казанцев.

Она держит телефон в руке, а пальцы трясутся.

Кроме вызовов, есть еще сообщение, и Соня открывает его с приятным трепетом в груди.

«Алина утверждает, что выслала тебе приглашение на концерт, но на всякий случай – продублирую. У тебя, как всегда, VIP. Я буду ждать. Марк».

Он всегда подписывает сообщения, как будто не в курсе, что у людей в телефонах встроена функция сохранения контактов. Марк старомоден. Настолько, что иногда Соню действительно мучают сомнения, а не сбежал ли он из прошлого в настоящее?

Она вспоминает его лицо – очень доброе и спокойное. Вспоминает его ужасные свитера и джинсы, в которых он ходит с десятого класса.

На глаза наворачиваются слезы.

«Я приду», – отвечает она, вытирая глаза рукавом.

Валентин появляется рядом и рявкает ей в ухо:

– Ну ты и тряпка!

Соня бросается ловить его по квартире с целью оторвать ему уши.

Артем терпеть не может эти моменты перед игрой. Час, который игрокам нужен, чтобы собраться, но никому это не удается, потому что раздевалка полна людей. Здесь родители, подружки, какие-то спонсоры, которых никто не знает, но которые уверены, что должны дать свое никому не нужное напутствие парням.

Но хуже всего – дед.

Он приходит перед каждой игрой, и тогда все затихают, рассаживаясь по скамейкам.

Артем тоже садится – между Даном и его мамой, на которой сейчас черно-белая майка «метеоров» и такая же кепка козырьком назад.

Казанцев-старший любит красивые речи и умеет в них. Он говорит коротко, обычно это три-четыре предложения, ласково называет их «сынки», ловит Темин взгляд в толпе, и все умиляются.

Кроме Темы. Нет, он, конечно, может сделать вид, что безмерно горд быть внуком такого уважаемого и влиятельного человека, но на деле его тошнит. И это не от волнения перед матчем.

Он просто ждет, когда же все закончится.

После своей речи дед обнимает всю команду по очереди. Когда доходит до Артема, он сжимает его в своих объятиях чуть дольше. Тема в очередной раз ощущает себя мелким и незначительным рядом с ним. Не потому что дед крупный – вовсе нет. Просто он махина. Он – как скала, которая стоит веками, но если начнет рушиться, зацепит всех, в первую очередь тех, кто ему близок.

До начала игры пять минут. В раздевалке остаются только они с Даном. Они садятся напротив друг друга и улыбаются. Это только их момент. Они – одни во вселенной. Тема чувствует, как на глазах выступают слезы, но это не счастье и не грусть. Это просто слезы для Дана. Потому что он заслуживает.

Дан и сам вытирает тыльной стороной ладони глаза, а потом заразительно смеется.

Они обзывают друг друга «сморчок» и «размазня», крепко обнимаются.

– Не воюй на поле, – просит Дан.

Тема кивает.

– Да, кэп.

Игра плевая – проходная, самая первая в сезоне.

Чтобы разбить эту команду им понадобится только немного размяться и чуть-чуть побегать. Никто и не думает, что это будет сложно.

Но это их традиция – желать друг другу удачи перед каждой игрой. И никто – никто этого не отнимет.

Они выходят на поле под шум арены. Артем видит Дину в толпе чирлидерш, они размахивают помпонами и скандируют кричалки – каждый раз одни и те же, от которых тошнит.

Ему не стыдно перед Диной, более того – он прекрасно знает, что она уже все забыла. Так что он подмигивает ей и идет за Даном на поле.

Дан ищет кого-то среди девчонок в первых рядах.

Тема знает, кого. Но ее там нет.

***

Клуб полон народу. Это неудивительно, когда играет группа Марка (кто-то утверждает, что это группа Алины, но Соня готова лично надрать этим людям задницу), в зале всегда солд-аут.

Она протискивается сквозь огромную очередь: кто-то строит глазки секьюрити, кто-то бродит в толпе, пытаясь купить лишний билет, а кто-то уже настолько пьян, что не пройдет внутрь, хоть и пока не знает об этом.

Соня показывает свою випку на входе. Ей машет Катя – админ группы, которая выглядит еще более грозно, чем Соня со своим взглядом убийцы. Она провожает ее на балкон.

– Скажу бармену, чтобы принес тебе выпить.

Соня снимает куртку. Помимо нее здесь заняты всего два столика – это девчонки из фанклуба, которые всегда организовывают афтепати. Они машут Соне, она знает нескольких из них, так что машет в ответ, но подсаживаться к ним или заводить разговор у нее нет никакого желания.

Пока Катя не ушла, Соня трогает ее за плечо. Она видит на сцене парней из группы, настраивающих звук. Марка среди них нет.

– Скажешь на входе, что по моему пропуску могут прийти еще два человека? – спрашивает она.

Катя улыбается.

– Конечно. Твой стол свободен.

Не то чтобы она слишком надеется, но… Если Дина или Толмачев надумают… Ну, мало ли, после игры? Короче, будет неприятно, если их не пропустят.

Ей жуть как хочется пойти за кулисы, найти Марка и в очередной раз обгадить словами его дурацкий свитер. Поцапаться с Алиной, потому что она выскочка. Наткнуться на парочку фанатов с телефонами и вышвырнуть их через черный ход…

Группе чуть больше двух лет, и все это было… Без Сони не обходилась ни одна их вечеринка, вписка, квартирник, уличный концерт. Как без Марка не обходился ни один ее бой, турнир или соревнование. Внутри все печет, и коктейль, принесенный так кстати барменом, оказывается выпит в несколько глотков.

И все равно мало.

– Ну котиик! – слышит она позади себя. – Концерт еще не начался, а ты уже решила напиться?

Она оборачивается и видит Дину – поверх ее короткого платья накинута огромная кожаная куртка, явно не с ее плеча.