Кристина Юраш – Выброшенная жена для генерала дракона (страница 37)

– Я хочу видеть! – закричала я с отчаянием. Неужели сбудется…

Кольцо слегка ударило током. Я открыла глаза.

Пустота. Даже цветных всполохов больше не было.

– Забирайте. Оно не работает. – Я бросила безделушку на землю, но никто не шелохнулся, чтобы его подобрать.

– Как ты могла? – ахнула Аня. – Использовала его? А если бы оно было настоящим? Ты хоть понимаешь, чего лишила бы остальных?

– Ну и чего же? Думаешь, тебе больше всех надо? Ты что, парня себе другого не найдёшь? – вспылила я. – А вот я без этого омена не смогу видеть! Никогда, понимаешь?! Проживи хоть один чёртов день в темноте, и тогда поговорим!

От отчаяния потекли слёзы. Дурацкие глаза не могли видеть, зато плакать – сколько угодно. И кольцо дурацкое. Я настолько поверила, что всё получится, что открыла глаза – и дыхание спёрло от привычной темноты.

– Я думал, ты поняла мою ситуацию, – разочарованно протянул Яр. – Мой брат…

– Толпа лицемеров! – едко выпалила я. – Каждый из вас оставил бы кольцо себе. И ты, Яр. И Аня, и Рэм!

Повисло молчание. Я пыталась успокоиться, отвернуться, чтобы никто не заметил мои слёзы. Где-то вдалеке закричала ворона. И ещё одна.

– Связь появилась, – сообщил Яр без эмоций. – И компас заработал. Мы больше не в эфире, давайте выбираться.

Он взял меня за руку: не за ладонь, как раньше, а за локоть. Сжал так сильно, будто хотел сделать мне больно. За всю дорогу мы не произнесли ни слова. До проезжей части добрались буквально за пару минут, будто бы и не шли несколько часов в глубь леса. Сели в такси – водитель всё-таки дождался нас, – поехали.

За несколько минут в лесу у нас появилось больше поводов друг друга ненавидеть, чем за всё время знакомства. Я не считала себя виноватой – каждый из них на моём месте поступил бы так же. Каждый верил, что кольцо достанется именно ему.

Первой высадили Аню. Потом Рэм попросился выйти на одном из светофоров. В машине остались только я и Яр. Я думала, что он заговорит со мной: начнёт ругаться, проклинать, обвинять, бросит меня посреди дороги. Вместо этого Яр довёз меня до дома и даже довёл до подъезда.

– Пока, – на прощание бросил он.

– Подожди! Яр, мне нужно знать. Почему ты столько раз меня спасал?

– Уже не важно. Иди домой, Аврора.

Он уехал, и у меня возникло ощущение, что я только что потеряла что-то очень важное.

Глава 19

Неделя выдалась удивительно пустой. Бессмысленной. Я жила, училась, читала книги про любовь, и всё казалось до безобразия ненужным. Тот кусочек жизни, что открылся мне вместе с прорицанием, поглотил всё остальное. Мама помогала закапывать глаза, а я мучалась от мысли, что с помощью кольца могла бы видеть. Учительница пыталась рассказать геометрическую теорему – я вспоминала, что давно не слышала морзянку. В наушниках звучали признания в любви от книжных персонажей, а я видела перед собой Яра: высокого, хмурящегося, обиженного.

Я постоянно пыталась представить их троих. Аня, Рэм и Яр. Это было сложно, я уже с трудом могла вспомнить, как выглядели родители или даже я сама. Представляла людей как штампы из книг: орлиный нос, волевой подбородок, глаза с прищуром. Вроде бы слова есть, а картинки нет.

Никто из ребят не приходил, не звонил. Будто бы и не было в моей жизни двух коротких недель волшебства. Мой омен тоже вёл себя как обычные часы: не ускорялся, не трясся от страха. Разве что механизм всё ещё работал без завода, и только это намекало на его магическое происхождение. Я то и дело трогала оплавившийся край и вспоминала: действительно ли в этом виноват странный взрыв? Может, я сама случайно поднесла часы к огню?

Вместо очередной аудиокниги включилась диктофонная запись. Я даже не сразу поняла, что голос Яра делает в наушниках, – а он читал моё пророчество.

Я переслушала несколько раз, не пытаясь понять смысл, только наслаждаясь голосом. Потом всё же нашла в себе силы переключиться на книгу.

Конечно, ребята обиделись, что я забрала кольцо. За эти дни я много думала об этом, но постоянно приходила к выводу, что не могла поступить иначе. Никто из них не жил в темноте. Никто не мог меня понять.

– Аврора, ты готова к контрольным?

– Да, мам. – Я коснулась учебных пособий, которые читала последние дни. Родители специально съездили в библиотеку для слепых – там был принтер, печатающий шрифтом Брайля. Кое-что я, наверное, запомнила.

Да, впереди ещё и контрольные. К ним я всегда старалась подготовиться как можно лучше. Не хотела, чтобы родители разочаровались в своём выборе: когда вернуться к обычному обучению стало невозможно, мама с папой решили серьёзно со мной поговорить. Они хотели отправить меня в коррекционную школу, но я упёрлась. И до сих пор не жалела.

В нашем городке такой школы не оказалось, а переезжать ради меня родителям было бы неудобно. Конечно, они бы сделали это не задумываясь, но я отказалась. Меня возили туда однажды, присмотреться к обстановке. Всё слащавое, сладкое, все друг другу друзья. По крайней мере, так мне показалось из того, что успела услышать в коридоре или в разговоре с директором. И меня, девчонку, которая не видела тогда ничего, кроме мутных теней, называли «слабовидящей». Какая глупость. Подмена понятий не исправляла моего зрения, не облегчала мою жизнь. В общем, я напросилась на домашнее обучение. Так мне чаще приходилось сталкиваться с реальностью: ко мне приходили учителя, которые не знали, как со мной быть, я ходила на экзамены, которые не знали, как принимать. С этой реальностью мне придётся бороться всю жизнь, и я не хотела до конца школы просидеть в тепличных условиях коррекционных классов.

– Я иду в магазин, не теряй! – предупредила мама.

– Подожди, я с тобой.

– Я хочу быстро сходить, Аврора. Когда Анечка принесёт твою трость? Уже вторую неделю не заходит. Может, себе оставить решила?

– Да зачем она ей. Лыжная палка и то полезнее.

Я осталась дома и решила прочитать ещё что-нибудь. Не уверена, что запомнила всё необходимое.

Пальцы привычно нащупали точки – шрифт Брайля. Раньше я читала медленно, вспоминая каждую букву, теперь же было достаточно провести пальцем по строчке, и я видела всё предложение целиком. Слышала, что те, кто слеп с самого детства, сдают экзамены либо устно, либо с помощью этого самого шрифта. Мне же достаточно подложенного под бумагу листа картона, чтобы я могла писать ровно, хотя чаще меня спрашивали устно.

Что-то щёлкнуло за окном. И ещё раз. Будто кто-то кинул камешек в стекло. Я дождалась третьего щелчка, чтобы понять – это не совпадение.

До окошка добралась в два шага, открыла. Говорить не стала. Вдруг это не ко мне? Чтобы не выглядеть глупо, просто притворилась, что дышу воздухом.

– Привет! – раздалось снизу.

Яр! Я еле переборола желание улыбнуться. Вот ещё!

– Привет. А почему не в дверь?

– Никто из твоих меня не знает. Ты вроде говорила, что у тебя строгий отец? Не хочу рисковать своей пятой точкой.

Я всё же улыбнулась.

– Ребята с тобой? Папа их знает. К тому же его нет дома – взял работу на выходные.

– А мама? – с опаской уточнил он.

– Вышла в магазин.

– Отлично. Слушай, Аврора, я всё время думаю о произошедшем. Про кольцо и всё такое…

– Прости, но я ни о чём не жалею! – выпалила я, не позволив себе засомневаться.

– Я знаю. – Яр закашлялся. Тянул время. – В общем, я бы на твоём месте поступил так же. У всех нас есть заветное желание. Нельзя недооценивать чужую мечту. Это как детсадовец, который искренне рассказывает о первой любви, а ты ему отвечаешь: все бабы – дуры, и вообще в шесть лет любви не бывает. Может, для себя ты и прав, но он-то так не считает.

– В шесть лет мне нравился наш местный хулиган, – внезапно вспомнила я. – Я бегала за ним и отбирала игрушки, а он дёргал меня за косички. Мои единственные романтические отношения в жизни, аж вспоминать приятно.

– Да ладно тебе, единственные, – фыркнул Яр. – Ты ж красотка! А что не видишь ничего – так даже лучше. Зато никогда не скажешь парню, что пора худеть или что джинсы ему не идут.

Я покраснела и постаралась спрятаться за штору. Потом поняла, как глупо это выглядит со стороны, и отодвинула её. Яр продолжил:

– В общем, я не об этом хотел сказать. Просто я понимаю, почему ты решила забрать желание себе. Каждый из нас так бы сделал. И всё же это была подделка, нам нужно искать другое кольцо. По твоему пророчеству мы должны действовать вместе, все четверо.

– Есть идеи?

– Нет. Но сидеть дома – так себе вариант. Чем чаще мы перемещаемся, тем больше шанс найти омен. Что скажешь насчёт небольшой прогулки?

Я отошла от окна, нащупала на столе телефон и нажала кнопку. Телефон сообщил время: 18.45.

Яр ждал, пока я вернусь.

– Наверное, уже темнеет?

– Почти.

– Меня ни за что не отпустят в такое время. К тому же ты прав, родители тебя не знают.

– Ага. Поэтому я не предлагаю тебе отпрашиваться. Бежим со мной через окно? – азартно предложил Яр. – Я поймаю, а на обратном пути подсажу.

Я улыбнулась. Насколько авантюрная затея и насколько дурацкая! Завтра утром контрольные, нужно готовиться, но смогу ли я заниматься, зная, что упустила шанс развеяться на свободе? И главное – сбежав от любящих, но очень мнительных родителей. Они никогда не узнают, а если и узнают, то не поверят, что Яр уже не раз спасал меня. А я так и не выяснила, почему он это делал.