Кристина Юраш – Выброшенная жена для генерала дракона (страница 12)
Она так разнервничалась, что забыла приостановить меня, а мне на миг показалось, что я шагаю в пропасть. Оп! Сошла с тротуара. Скорее, даже упала. После каждого такого неудачного шага я начинала усиленно прощупывать дорогу тросточкой, но это не всегда помогало. К тому же мы слишком быстро шли. Мне показалось, Аня невольно пыталась подстроиться под Рэма – сама-то она вряд ли так быстро носится.
– Да все твои последние превращения мне приходится прерывать. А если меня не будет рядом, а?
– Да ты мне и не нужен!
Мы остановились на перекрёстке, дожидаясь, пока запищит светофор. Аня тяжело дышала – злилась. Рэм с другой стороны от меня тоже явно сердился. Между ними повисло такое напряжение, что, казалось, меня сейчас раздавит. Да и в голосе Ани я уловила что-то едва заметное, непохожее на обычную злость. Скорее, на обиду – глубокую, наверное, даже ей самой ещё не осознанную.
– Ребят, вы говорили про прорицателей, – робко напомнила я, и они оба ухватились за этот вопрос, как за спасительную соломинку.
– В общем, способности у всех разные, – объяснила Аня. – Иногда такие странные прорицатели попадаются… Например, те, которые по расположению звёзд в момент рождения определяют будущее человека.
– Да это скукота, – вмешался Рэм. – До недавних пор у нас был пацан, который видел прошлое предметов. Даёшь ему древнюю ложку – и он рассказывает, что ей ели вплоть до пятнадцатого века. Или мог пофамильно назвать всех владельцев охотничьего ножа. А когда ему отдали труселя статского советника…
– Не было такого! – возразила Аня.
– Было! Я сам видел, как он хихикал, потирая в ручонках чужие подштанники.
– Ну ты и болван!
Они болтали о каких-то вещах, а я не понимала, шутят они или это всё правда. Омены, заглушающие голод? Прорицатели, предсказывающие программу телепередач? Антикварный магазинчик, вмещающий целый склад магических штук? Всё это звучало будто байки из чужого мира.
Это не было похоже на прогулку или поход с мамой в магазин. Мы шли быстро, и из-за этого мне не хватало времени задумываться над каждым шагом. Аня легко приспособилась вести меня и теперь притормаживала перед всеми неровностями и возвышениями. Я научилась этот жест понимать и старалась ступать аккуратно.
– Мы почти пришли! – сообщил Рэм.
– А где этот антикварный находится?
– Знаешь площадь Ленина? Он там ещё в центре стоит и рукой путь в светлое будущее показывает. Так вот, нам в другую сторону. Этот антикварный магазин стоит тут уже… в общем, его построили примерно одновременно с памятником. У него даже названия нет! И в этом его главная прелесть – стоит у всех на виду, но это настолько бесполезный магазин, что в него никто не заходит. Я слышал, что штаб прорицателей хотели разместить в ритуальных услугах, но там почему-то постоянно много клиентов.
Мы остановились. Аня открыла двери, впуская меня внутрь.
– Тут ступени вниз, осторожнее.
Я подняла очки на лоб, собрала трость и нащупала стену. Продвигалась вперёд медленными шажками, боясь упасть с крутой лестницы. Наконец нашла край ступени и шагнула вниз.
Восемь ступеней, непривычно высоких, неудобных. И слишком темно вокруг. Даже слабый свет, который я могла различать, исчез.
– Тут немного странная атмосфера, – предупредила Аня, идя позади. – Ты привыкнешь. На самом деле это не просто антикварный магазин, это большое помещение. Тут у нас и отдельные комнаты, и склады. Много чего. Ещё одна дверь!
Дверь открылась с лёгким переливом колокольчиков, как в некоторых магазинах. В нос тут же ударил запах лимонного ароматизатора.
– Опять мебель полируют, – недовольно проворчал Рэм.
Аня взяла меня под руку. Мы шагали неспешно, в такт часам – их тиканье раздавалось отовсюду. Будто сердцебиение большого организма, а мы – в самом центре сердца. Мои наручные часы притихли, словно не решались конкурировать своим тихим стрекотом с громадными настенным собратьями.
– Здесь повсюду полки с антикварными штуками, – подсказала Аня. – Есть ещё старинные шкафы и столы.
На них предметы поменьше: статуэтки, фарфоровые фигурки, посуда, механизмы, книги.
Дзынь! Какие-то из часов ударили чуть сильнее, и я вздрогнула, вцепившись в руку Ани.
– Это место не для меня. Я тут всё разобью!
– Ничего страшного, – ответил Рэм. – Если что-нибудь разобьёшь, достанется всем троим. Так что тебе будет не так одиноко в загробной жизни. А вообще не волнуйся. Сильные омены невозможно разбить, а слабые не жалко.
– Тут есть хозяин? – спросила я и мгновенно почувствовала себя глупо. А что, если мы стояли прямо перед ним?
– На самом деле это место принадлежит одному из бывших прорицателей, – объяснила Аня. – Он тут практически не появляется. Отдал нам помещение по старой дружбе.
– Почему бывший?
Я старалась говорить тихо, чтобы не перебивать стрекот секундных стрелок. Сложенная трость слегка задела что-то, я услышала тихий «дзынь» и прижала её к груди. Не хватало ещё разбить что-нибудь!
– В прорицателях не задерживаются надолго. Каждый находит повод уйти. Кто-то присоединяется к воронам, а кто-то просто… впрочем, сложно объяснить, почему они уходят. Единственная бывшая прорицательница, с которой мне удалось про это поговорить, рассказывала странные вещи. То ей решения начальства не нравились, то помогать неправильным людям устала… Всё это звучит очень эгоистично.
Мы подошли к очередной двери. Я закончила счёт, который начала, переступив порог комнаты: двадцать два шага. Не такое уж большое помещение, как обычный маленький магазин.
В следующей комнате Аня держала меня не так крепко. Рэм попрощался и убежал куда-то, громко хлопнув дверью. Сказал, что нужно отнести омены, которые помогли повлиять на моих родителей. Звучало это жутко – будто бы их гипнотизировали.
– Можешь расслабиться. Мы прошли антикварный магазин. Здесь начинается наш штаб, и тут ты вряд ли что-то разобьёшь. Говорят, его строил автор лабиринта Минотавра. – Аня усмехнулась. – Это неправда, конечно, но заблудиться здесь точно можно. Идём, я познакомлю тебя с теми, кто сегодня в штабе.
Ещё одна дверь. За ней – люди. Я различила тоненький детский голосок и несколько более взрослых.
– Всем привет! – поздоровалась Аня, и я повторила за ней.
Кто-то подошёл, и она отпустила мою руку. Наверное, здоровалась с кем-то. Я почувствовала себя неуютно: несколько раз бывало, что кто-то знакомый подходил, раскидывал руки, желая обняться, а я просто этого не видела. Чтобы сейчас не произошло того же, я нарочно покрутила тросточку в руках. Пусть видят, кто перед ними. Рядом тут же раздались приветствия. Кто-то называл свои имена, и я тоже спешила представиться, не запоминая совершенно никого. Кажется, их было человек семь, не больше.
– Народ, не наваливайтесь все сразу! – успокоила их Аня. – Аврора здесь не последний раз, надеюсь.
– Надеюсь? – Это слово показалось мне странным. – То есть это не точно?
– Мы должны убедиться, что ты сумеешь за себя постоять. Тогда можно будет доверять тебе омены, давать задания… Впрочем, тебя вряд ли будут нагружать подобным. Возможно, твой дар поможет нам найти пару амулетов. В любом случае сначала тебе нужно пройти небольшое испытание.
– А если не получится?
– Ты просто забудешь всё, что случилось в последние дни. Омен останется с тобой. Раз он тебя выбрал, значит, это зачем-нибудь нужно, – успокаивающе произнесла Аня.
Я затряслась. Впервые выбралась на свободу – и всё тут же может закончиться?
– Что за испытание? – Мой голос дрожал.
– Не волнуйся, тобой займётся настоящий профи. Это Вика. Малышка, поздоровайся.
– Привет. – Я услышала тот самый детский голосок. Девочка явно смущалась возложенной миссии. Но я боялась ещё больше.
– Что за испытание, Ань? – повторила я вопрос.
– Тебе нужно будет выбраться из эфира. У тебя это уже получалось, но нужно убедиться, что это не совпадение. – Аня подошла ко мне. – Слушай: когда ты оказываешься в эфире, твоё тело перестаёт двигаться. Как и тело человека, который создаёт иллюзию. Чтобы поймать в эфир, нужно подловить жертву, когда он ничего не видит – зашёл в тёмное помещение, что-то попало в глаза, может, он просто моргнул. Эфир держится не больше десяти минут, а иногда и меньше. Зависит от способностей создателя.
– Я могу научиться его делать?
– Не знаю точно, – задумалась Аня. – Я умею, хоть и пользуюсь редко. У меня получилось само собой. Как езда на велосипеде – научившись в детстве, даже во взрослом возрасте ты сможешь кататься. Даже если сам момент обучения не помнишь… Я будто умела это всегда. Но мне это не по душе, понимаешь? Куда проще забраться другому в душу и найти крючок, чтобы он сам согласился мне помогать.
– Так как из него выбираться? Из эфира? – Я поймала себя на том, что уже несколько минут беспокойно заламывала пальцы. Страшно! Но боялась я не эфира, а что мне память сотрут. Что же, придётся вернуться к обычной жизни? Я не согласна!
– Есть несколько способов. Проще всего найти дыру, как ты сделала в прошлый раз, с сундуком. Несовпадение с реальностью. Впрочем, это срабатывает не всегда. Лучший вариант – сбить противника. Создатель эфира почти всегда находится в иллюзии вместе с тобой. Или неподалёку от тебя в реальности. Если приложить усилие, можно пошевелить телом и толкнуть врага – этого будет достаточно, чтобы нарушить эфир. Как в страшном сне: обычно мы не можем шевелиться, но если очень-очень постараться, то получится дёрнуться. Ты всё запомнила?