Кристина Юраш – Выброшенная жена для генерал дракона (страница 2)
– Нет, – сказала я чётко, глядя лорду Арвейну прямо в глаза. – Я не буду стоять на колени. Ни перед вами. Ни перед кем. Вы – не король!
– Я – король этого дома! Я – твой хозяин! И хозяин всего, что ты видишь! – произнёс лорд, пока я сжимала кулаки, стараясь держать себя в руках.
– На колени! – страшным голосом закричал лорд Арвейн.
– Нет, – прошептала я сквозь стиснутые зубы.
Лицо лорда Арвейна побагровело. Он задохнулся от ярости.
– Ты! – прошипел он, тыча в меня тростью, кончик которой я отбросила в сторону. – Ты приползла сюда без гроша, без приданого! Ты стоишь мне двести лорноров в день – на еду, на стирку, на уборку, на выполнение слугами твоих прихотей. А взамен – ни гроша, ни приданого, ни даже приличного поведения. Завтра кредиторы сожгут мне поместье, а ты лежишь здесь, как принцесса. Вставай. Ты не гостья. Ты – долг. И будешь его отрабатывать! А мы еще на свадьбу поиздержались! Пришлось заложить фамильные драгоценности! Чтобы узнать, что за тебя и гроша не дают?!
Я сжала губы. В горле стоял ком. Но я не заплакала.
Потому что боль уже переросла в ярость.
– Вы не имеете права, – сказала я звенящим от гнева голосом. – И будьте так любезны – покиньте нашу спальню!
В этот момент лорд Арвейн схватился за грудь.
– А-а-а… – выдохнул хрипло, роняя трость из рук. Она с гулким стуком упала на каменный пол.
– Сердце… капли… капли в карете… Сынок…
Глава 1
Старик упал на колени, держась обеими руками за грудь.
– Держись, папа! Я сейчас! – подскочил муж, словно ошпаренный.
Он был еще в штанах, поэтому слетел с кровати и бросился бежать к двери, на ходу подхватывая свою рубаху с пола.
– Мое сердце, – цедил лорд Арвейн, сморщившись от боли.
На миг мне стало жаль старика.
Уж больно страшная гримаса боли исказила его лицо.
Я даже подумала: может, помочь? Все-таки я фармацевт. В медицине немного шарю! Точнее, шарила – до той промозглой осени, когда я закрывала аптеку, а двое с ножницами в руках решили, что мои ключи важнее моей жизни.
Дверь за мужем закрылась.
В коридоре стихли шаги.
“Может, если я помогу ему, то он сменит гнев на милость?” – дернулась я вперед, чтобы попытаться помочь.
Как вдруг лорд Арвейн изменился в лице.
Пропала гримаса боли, исчезло всё, что могло бы свидетельствовать о сердечном приступе.
Он усмехнулся, глядя на меня ледяным взглядом, а потом поднялся с колен.
Медленно. Уверенно.
Без единого признака слабости.
Он поднял упавшую трость, стряхнул с неё несуществующую пыль. Посмотрел на меня – и в его глазах не было ни сострадания, ни усталости. Только холодная, расчетливая жестокость.
– Думала, я старый дурак? – прошипел он, подходя ближе. – Думала, сможешь здесь командовать?
Я не успела пошевелиться.
Удар.
Набалдашник трости врезался в мою скулу. В глазах – тьма.
Рывок.
Лорд Арвейн схватил меня за волосы – жёстко, как верёвку, – и стащил на пол.
– Ты, паршивка! Знай свое место в доме, – процедил он, глядя сверху. – И не вздумай мне указывать, что делать!
Я дёрнулась, чтобы встать, но не успела.
Удар.
Ещё удар.
Ещё.
Мне казалось, что он сейчас сломает об меня трость!
– В этом доме ты – лишний рот. И раз уж ты не принесла ни монеты, ни связей, ни даже приличного воспитания – будешь делать то, что скажут. Не жена. Не леди. Служанка. И если через неделю не научишься молчать и кланяться, а если нет – сдохнешь быстрее, чем ты думаешь! Или что? Не царское это дело? Да на улице полно таких, кто готов за кусок хлеба чистить мои сапоги?! – прошипел он сквозь зубы, когда я смотрела на него снизу вверх, сгорая от ненависти. – И будешь выполнять правила этого дома. Потому что за тебя ничего не дали. Поэтому ты должна быть благодарна мне и моему сыну по гроб жизни за то, что тебя пинком не вышвырнули обратно!
Лорд Арвейн отступил на шаг.
Медленно, почти с изяществом, поправил манжету на левой руке – будто только что вытер руки от пыли.
Я попыталась встать.
Не помня себя от боли.
Стиснув зубы. С гордостью.
Но он снова резко схватил меня за волосы и чуть не свернул мне шею.
– В следующий раз, – произнёс он тихо, почти ласково, – я не стану ждать, пока ты нарушишь правило, мерзавка!
Он наклонился, и его дыхание коснулось моего уха:
– Я просто избавлюсь от тебя. Тихо. Незаметно. Как от испорченного вина.
Я уже приготовилась к новому удару, но лорд Арвейн бросил в меня скомканное письмо.
– Мне что? Нужны твои платья? Твои украшения? Нет. Мне нужны деньги. Завтра в полдень придут люди из Гильдии ростовщиков. Они не спросят, хорошая ли ты жена. Они спросят: «Где залог?» А я должен показать им золото – или отдать дом.
Он наклонился, голос стал тише, почти шёпотом:
– Ты не жена моему сыну. Ты – дыра в моём бюджете. И если не начнёшь приносить пользу – я закрою эту дыру. Любой ценой. И раз уж ты – лишний рот, запомни: лишний рот не имеет права открываться в моём доме!
Что-то мне совсем нехорошо.
Перед глазами всё тускнеет.
Я держусь из последних сил.
И в момент, перед тем как сознание начало гаснуть, я увидела его.
Йенсен стоял в дверях.
В руке – пузырёк с зельем. Пальцы так сжимали стекло, что костяшки побелели. Он сделал полшага вперёд…
Моё сердце вздрогнуло от надежды. Но лорд Арвейн бросил на него один взгляд – и сын замер, как будто его окатили ледяной водой.
– Спасибо, сынок, – ласково произнёс старик, погладив его по плечу. – Мне уже намного лучше.
А в моей голове, сквозь боль и туман, звучала только одна мысль: Он не защитил меня. Он даже не попытался. Он выбрал отца.
Я одна.