Кристина Юраш – Выброшенная жена для генерал дракона (страница 11)

Но мы всех предупредили! К тому же вы видите здесь покупателей? И я не вижу!

– Ой! – простонала Марта, а я извинилась и повела ее в лабораторию.

– Я отведу бабушку в кровать, – улыбнулась я, надеясь выиграть время.

Мы вошли в лабораторию, а я уложила Марту на кровать, накрывая одеялом.

– Тс… – прошептала я, глядя ей в глаза. – Просто подыгрывай!

– Итак, вот предписание, – произнес чиновник.

– Одну минутку! Бабушке плохо! – остановила его я. – Сейчас я найду, куда она положила лекарство.

Я шуршала по всей аптеке, а сама старалась создать шум, суету и прочие неприятные моменты, которые так раздражают людей. Схватив первое попавшееся зелье, я отнесла его в лабораторию и поставила на стол.

– Пей, бабушка! – громко произнесла я, чувствуя, как пульс застучал в висках.

Я вышла и вернулась к чиновникам, стараясь улыбаться.

– Я не буду подписывать! – ответила я. – У нас есть табличка! Мы не работаем! У нас генеральная уборка!

«Хоть бы прокатило!» – подумала я.

И тут в дверь постучались.

– О! Строители! – обрадовалась я, решив показать, как сильно сегодня мы «не работаем».

На пороге стоял тот самый сопливый бородач.

– Дай еще зелье от насморка! – потребовал он.

– Завтра! Все завтра! У нас санитарный день! Мы следим за гигиеной помещения! – громко произнесла я. – У нас санитарный день!

Я дождалась, когда он уйдет, а потом закрыла дверь на засов.

– Ба! Там краску привезли! – закричала я, решив пользоваться моментом. – Дай деньги! Я схожу, заберу! А то перед людьми неудобно!

Чиновники стояли, не зная, что и думать.

Марта отслюнявила мне денег, а я бросилась прочь, зная, что Марта акт не подпишет.

За углом был магазинчик со всякой магической ерундой. И я купила две огромные банки краски, кисти и средство для отмывания грязи.

Я вошла, но упрямые чиновники все еще стояли.

– Ба, тебе продавец передает привет! Извиняется, что вчера не было. А то у нас день простоя получился. Он спрашивал, как твое здоровье! – врала я, видя, как чиновники переглядываются.

– Подпишите акт, – произнес чиновник, тыча мне бумагу.

– Я не буду ничего подписывать! Табличка есть! Санитарная обработка идет полным ходом. В чем проблема? А то, что грязно – это понятно! Поэтому и убираем! – возмутилась я, махнув кистью и оставив белые следы из капель на полу.

– Хм… – кивнул чиновник с бумагой. – Лорд Арвейн в своей жалобе утверждает, что вы не соблюдаете гигиену! А это – злостное нарушение, когда речь идет о жизни и здоровье людей!

Но я не опустила глаза.

– А, лорд Арвейн! – воскликнула я, будто вспомнив. – Да, был у нас вчера. Только… Вы точно уверены, что это тот самый лорд Арвейн?

Чиновники переглянулись.

– Что вы имеете в виду? – нахмурился второй.

Глава 19

– Ну как же! – Я развела руками, будто объясняю очевидное. – Тот, кто пришёл, торговался за каждую монету, будто у него в кармане – дыра! Требовал скидку на «Слёзы совы», потому что, мол, «у соседа дешевле». А когда я сказала, что не торгуюсь, – чуть не упал в обморок от тахикардии! Пришлось дать ему воды и соли!

Я понизила голос, будто делюсь секретом: – Он сказал, что если не сэкономит сегодня – завтра придётся продавать фамильные портреты.

Я закатила глаза: – Мы, конечно, понимаем, что времена тяжёлые… Но мы – аптека для малоимущих. Для тех, кто действительно в беде. А не для тех, кто притворяется нищим, чтобы сбить цену!

Один из чиновников слегка усмехнулся. Второй – поморщился, будто почувствовал запах чего-то неприличного.

– Вы утверждаете, что лорд Арвейн… торговался? – переспросил он уже с сомнением.

– Торговался! – кивнула я. – И ещё требовал, чтобы мы привезли зелье к нему домой – «по скидке за доставку». Я сказала: «Милорд, у нас тут не лавка с овощами!»

Чиновник закрыл блокнот.

– Возможно, произошла ошибка, – сказал он сухо.

Да! Получилось! Чиновники всегда ценили титулы и статус. Поэтому по просьбе бедных не часто бегали на проверки. Но вот если попросит кто-то богатый и влиятельный, они тут как тут! А теперь, глядя на нашу аптеку, слушая мою выдуманную историю, они начинали сомневаться, а что богатый и влиятельный лорд делал у нас?

Он кивнул напарнику: – Уходим.

– Но… санитария? – робко спросил второй. – Аптека закрыта на ремонт, – бросил первый, указывая на мой импровизированный листок на окне. – И, судя по всему, клиентура у них… специфическая.

– Да-да, ручку осторожно трогайте. А то вчера тут чесоточный был, – с тревогой соврала я. – А я еще не вытирала ее!

Чиновник, который хотел ухватиться за ручку рукой, тут же отдернул ее. Он достал из кармана платок и взял ручку через платочек.

Проверка очень быстро вышла.

– Проклятые исмерийцы! Что ж им в Исмерии не сиделось! – заметил второй чиновник, глядя на нашу вывеску. – Пусть бы в своей Исмерии аптеку открывали!

Исмерийцы? В смысле? Насколько я знаю, у нас с Исмерией, соседней страной, есть много разногласий. Там правит магический совет и король. Так вот, король за мир, а магический совет – против мира с Объединенным Королевством.

Я опустилась на стул, дрожа от адреналина.

В аптеке повисла тишина. Только скрип вывески да далёкий лай собаки.

– Ты гений, – прошептала Марта. – Теперь он не только жалобу подал – он позор на себя навёл!

– Пусть знает, – сказала я, поправляя косынку, – что унижать других – не способ скрыть свою нищету.

– А при чём здесь исмерийцы? – спросила я, глядя на её напряжённое лицо.

Марта долго молчала. Потом подошла к шкафу, достала потрёпанную шкатулку, открыла её – и вынула кольцо. Не жемчужное, как у меня, а простое серебряное, с гравировкой: «Сердце важнее крови».

– Артур… Мой Артур… Его настоящее имя Арктюр. Он был членом Магического Совета Исмерии, – тихо начала она. – Высокородный. Могущественный. Ему прочили место в Совете на всю жизнь. Но он… полюбил меня.

Она усмехнулась, но в глазах блеснули слёзы.

– Я была дочерью аристократа. И меня звали Маринель. Без магии. Ни капли. В Исмерии это – позор. У нас в Исмерии даже цветы не расцветают без заклинания. Но отец обещал Совету древний артефакт – Сердце Дарайа – в приданое, чтобы меня приняли. Только… отец умер до свадьбы, а артефакт пропал из дома. Об этом стало известно уже после свадьбы.

– И что случилось? – прошептала я, чувствуя, как почему-то волнуюсь.

– Совет потребовал развода. Все сказали: «Она – ничто. Брак недействителен». Но Артур… Он собрал мои вещи ночью, взял меня за руку и сказал: «Если мир не хочет тебя – я уйду из этого мира».

Она сжала кольцо так, что костяшки побелели.

– Мы бежали. Сменили имена – стали Артуром и Мартой. Открыли эту аптеку. Жили скромно, но… свободно. Артур не был идеальным мужем. Нет! Он был ворчлив, терпеть не мог, когда ему мешают, иногда мог поругаться на ровном месте. Но без этого никуда. Я знала, что Артур переживал, что мы не живем в роскоши, как должны были. Но я каждый раз его утешала. И говорила, что роскошь мне не нужна. Мне нужен он. Артур никогда не спрашивал: «Где твоё приданое?» Он спрашивал: «Ты счастлива?»

Она посмотрела на меня – прямо в душу.

– Вот почему я не боюсь их сегодня. Потому что однажды мужчина выбрал меня – не за золото, не за магию, а просто за меня.

Марта вздохнула, доставая маленький портрет мужа из кармана.

– А ещё он каждую зиму ходил по переулкам и оставлял у дверей бедняков мешки с углём. Говорил: «Пусть хоть огонь не предаст их». Он сам создал уголь, который горит дольше, чем обычный.