Кристина Юраш – Нищенка, дракон и болгарские перцы (страница 3)

Мне до сих пор не верилось, что у меня получилось.

На старом столе лежали три «жопки» от болгарского перца с белыми семечками.

Никогда не думала, что ради них буду рисковать жизнью.

Я выдохнула, понимая, что мой позор был не напрасным.

Старые обрывки газеты, лежащие на столе, пестрели заголовками.

«В наше королевство завезли сладкую диковинку! Его прозвали королевский перец!». А рядом фотография, как на огромном-огромном золотом блюде подают обычный болгарский перец, которого всегда полным-полно в супермаркетах.

Следующий обрывок газеты рассказывал о невероятном сладком вкусе, который оценил король и все его приближенные.

«Модный овощ, который никто не сумел вырастить! Магия оказалась бессильна!» – прочитала я типографский заголовок.

Эта заметка вызывала у меня наибольший интерес. Все дело в том, что здесь все привыкли растить фрукты, овощи, деревья с помощью магии. Но хитрый болгарский перец оказался на редкость устойчивым к магическим удобрениям и заклинаниям роста. Так что как ни бились над ним чародеи, у них ничего не вышло. Хитрые крестьяне тоже пытались, но и тут выяснилось, что на магических прикормках и пропитанной магией земле он тоже не растет, а по-другому они не умеют.

Стараясь взять себя в руки, я осмотрела скудный интерьер комнаты.

Список моего имущества был коротким, как выстрел из рогатки.

Два кресла, причем одно я утащила из помойки богатенького соседа. Оно сохранило внушительные следы пролитого вина на персиковой обшивке. Или крови. Впрочем, какая разница, что это. Ведь отстирать это пятнище мне так не удалось. Но меня это не смущало.

Теперь роскошное кресло выглядит так, словно изысканная дама в лучшем наряде стоит посреди унылой богадельни.

Старая кровать сверкала дырявой простыней, изрезанный ножом стол, стул, на который не позарились бы даже бабушки, деловито стаскивающие на огород всё, что выбросили расточительные жители микрорайона, – вот и вся обстановка. Не считая почерневшего камина.

– Так, без паники! Мы получили семена, – прошептала я, стараясь унять волнение. – Теперь надо вспоминать, как растила их бабушка.

Я считала себя слишком молодой для огорода. Я была уверена, что время, когда я буду с тележкой топтаться по ногам молодежи, никогда не наступит. Что маньяк, распахнувший передо мной свой плащ, никогда не напомнит мне, что у меня огурцы не политы.

«Это ты еще молодая просто!» – твердили мне знатоки рассады. – «Тебя еще к земле не тянет!»

Я слушала их с вежливым взглядом, а сама думала о том, что круглогодично красивые, вечно цветущие пластиковые цветы смотрятся на подоконнике куда лучше зачуханной, но живой фиалки.

И вот теперь мне было ужасно стыдно за свои мысли.

– Так, перчик, – заметила я, осторожно рассматривая семена. – Будем тебя сажать. Но для начала нам нужно тебя прорастить…

Глава 4

«Его величество обещал огромную сумму денег тому, кто научится выращивать королевские перцы!» – прочитала я вырезку из газеты, пиная уставшую на сегодня мотивацию.

Да тут и без королевской награды деньги сами потекут ко мне рекой. Если на килограмм перцев меняли карету и лошадей, то я, сумев снять даже первый урожай, навсегда забуду об этой лачуге.

Я вспомнила тоненькие ломтики изысканного лакомства, которые пробовали на балу, и усмехнулась, вспоминая, сколько их видела у нас в магазинах.

– Так, приступим! – выдохнула я, начиная бережно очищать «жопки». Каждое семечко было на счету. Не, а что?

Если они все растят магией или с ее помощью, то, может, дело как раз в этом? А что, если удастся вырастить его по-старинке? У бабушки же как-то получалось? Только землю взять в том месте, где точно ничего никогда не сажали. Чтобы в ней не было ни капли магии.

Казалось, успех у меня в кармане. Теперь у меня не было права на ошибку.

Три «жопки» – это, конечно, маловато. Но лучше, чем ничего.

Как говорится, если что-то делать, что-то будет. А в моем положении нельзя сидеть сложа руки.

Я осторожно счистила семена, пересчитала их и положила на старую пыльную газету полувековой давности.

У меня из головы не шел тот красавец.

– Выпороть меня! – проворчала я, дернув плечами. – Вот как у него язык повернулся!

Было до слез обидно. Что я ему сделала? В мусоре порылась? И что? Жалко стало мусора?

Скрипнув зубами от досады, я решила отложить семечки и помыться. Но для этого нужно было разжечь камин.

Взяв старый ржавый топор, я спустилась по лестнице и направилась на улицу. Где-то валялись старые чурбаки, которые я хотела пустить на растопку.

– Эть! – размахнулась я и ударила по чурбаку, представляя голову герцога.

У меня никогда не хватало силы, чтобы как следует ударить топором. Но сейчас получился такой славный замах, что мне казалось, я и пень на две части разобью.

В потемках я промахнулась, и топор впился в огромный пень.

– Эй! Отдай сюда! – уперлась я ногой в пень, пытаясь вытащить из него топор.

Сейчас я напоминала себе юного короля Артура, который по легенде вынул меч из камня. Кажется, я знаю, на чем он тренировался. Пройдет еще месячишко-другой, и я вытащу не только меч из камня, но еще и камни из почек того, кто осмелится поднять на меня руку, голос и другие части тела без моего согласия.

– Вот кто бы сказал мне три месяца назад, что я буду колоть дрова, – ворчала я, все-таки вырывая топор у пня. – Никогда бы не поверила. А еще бы в лицо плюнула!

Размахнувшись еще раз, я ударила по чурке, и та отлетела в кусты. Уставшая, я сходила за ней, нашла ее и поставила на место. На этот раз я была хитрее и вогнала в нее топор без замаха. Топор застрял в чурке. Так, мы быстро учимся!

Я стала отчаянно колотить этой композицией по пню.

– Есть! – утерла я пот.

Где-то вдалеке что-то громыхнуло. Небо расцвело невероятным волшебством салюта.

– Ого, – прошептала я, глядя на красивые цветы из огня, которые расцветали в ночном небе.

Словно зачарованная я смотрела на все это, чувствуя, что раз уж не могу попасть домой, то сделаю все возможное, чтобы выбраться из этой беспросветной нищеты.

Собрав поленья, я вздохнула, представляя, как красавец-герцог выходит на роскошный балкон, обнимает свою невесту, и они вместе любуются фейерверком.

Мне вдруг стало так обидно, что пришлось закусить губу, чтобы не заплакать.

– Ничего! Придет и мое время ездить в карете! – проворчала я, неся дрова в дом и зажигая камин.

Заткнутая тряпкой дыра в оконном стекле, обрывок шторы, обои, которые слезают со стен, как кожа с обгоревшего на солнце туриста, деревянный пол с гнилыми досками – скоро все это останется позади, если только мне удастся прорастить этот перец!

Но чтобы это сделать, нужно раздобыть хоть какую-нибудь книгу про садоводство. Желательно, без магии!

А это значит, что придется снова идти на дело!

Глава 5

Я растопила камин, спустилась к старому колодцу и зачерпнула воды. В воде плавали осенние листья, а я вытащила их, с трудом неся воду в сторону дома.

Старый котелок по кличке Бойлер грел мне кипяток. Поленья потрескивали. А в комнатушку пробирался осенний заморозок.

Я плеснула горячей воды в ушат, сбегала за холодной водой, сняла грязное платье и достала обмылок. Сложившись, как кузнечик, я отчаянно терла руки и лицо. Грязные колени торчали из мыльной белой воды.

– Нет, ну надо же! – ворчала я, пытаясь смыть с себя грязь чужой мусорной кучи.

Жадность требовала, чтобы я еще немного там порылась. А вдруг эти семена пропадут? Что тогда делать?

Задумавшись, я решила, что пойду туда на рассвете, когда все гости разъедутся, а хозяин уляжется спать. Сонная стража вряд ли будет сильно бдеть!

Помыв голову, отмыв руки и ноги, я дотащила ушат до окна и выплеснула его прямо на кусты. Немного почистив свое единственное платье, я поняла, что разницы особой нет.

– Ничего, справимся, – выдохнула я, глядя на сложенные бумаги в шкафу. Именно благодаря им я узнала, что меня зовут Лаванда Чаворт, я – сирота, и все мое имущество было конфисковано за долги.

Где-то среди бумаг лежал старый портрет, на котором была изображена рыжая улыбающаяся семья. И маленькая дочка улыбалась шире всех. Полагаю, что это – родители той девушки, в чьем теле я очутилась. А портрет был сделан в далекие, хорошие времена.

Я сидела и мечтала о волшебной стране Какраньшии, когда у меня был душ, удобства, и я придирчиво читала составы шампуней.

Окрестив завтраком две вареные картофелины, я тут же съела их, запив водой.