Кристина Янг – Пока не найду (страница 73)
Снова последовало тяготеющее молчание.
— Я должна поверить Вам на слово? — с осторожностью спросила она.
— Придется. Я знаю, что в день автокатастрофы я находилась в машине, после чего у меня полная потеря памяти, но об этом нигде не упоминается. Про моих родителей больше ничего не пишут, у моего отца было дело всей его жизни, а теперь каждый отель распродан. Я ничего не помню и пытаюсь понять, почему так происходит. Я в отчаянии и вы мой единственный источник информации. Прошу мне помочь.
Я не заметила, как начала давить на жалость, но у меня больше нет выбора.
Журналист тяжело вздохнула, а я замерла, сжимая телефон в руке и прижимая к покрасневшему уху.
— Где Вы сейчас находитесь?
— Завтра буду в Чикаго.
— Хорошо. Я могу прилететь и рассказать о том, что сама знаю.
— Нет, это плохая идея. Лучше через телефонный разговор. За мной постоянно следят, если я выхожу за пределы дома. Так я могу подставить Вас.
— Но каким образом подставите? Кто за Вами следит?
— Человек, который назвался моим мужем, но есть уверенность, что он ведет свою игру. Я просто его не помню. Джексон Райт.
— Черт! — бросила она резко в трубку. — Так Вы еще и в самом пекле!
Я просто подозревала, что за всем стоит Джексон и ему не стоит знать, с кем я встречаюсь. Если у Каролины такая реакция на него, значит мои подозрения верны, и я могу ее подставить.
— Алиса, Вам нужно как можно скорее разобраться во всем и бежать от этого страшного человека. Все нити моего расследования вели к нему и когда я выпустила статью, ко мне в квартиру уже на следующий день ворвались мужчины с пистолетами и угрожали, что отнимут мою жизнь, если я сейчас же не уничтожу источник информации. Они так меня запугали, что я ничего не оставила. Есть лишь мои слова.
— Я слушаю. Обещаю, он ничего не узнает.
— Да, действительно в машине был кто-то третий и я написала о том, что это дочь погибших, хотя следствие Измира выставили Вас за неизвестного человека. Может они бы смогли установить личность третьего человека, только вот и следствие распустили по этому делу. Джексон Райт прикрыл все и видимо ради того, чтобы Вас считали пропавшей без вести.
Я медленно начала оседать на кресло, ощущая головокружение.
— Теперь об отельной империи. Отели действительно распроданы и это дело рук Джексона Райта, здесь я Вам без сомнений говорю. Я лично наблюдала за тем, как он продавал отель в Нью-Йорке пять лет назад.
— Но как? Он имел на них права?
— Я не изучала досконально информацию про Коллинзов, поэтому ничего не могу сказать. По всей видимости, Ваш отец хорошо ладил с ним, и они работали вместе. Если перед обществом Вы, дочь Даниэля, считаетесь пропавшей без вести, то все права перешли в его руки.
Теперь объяснимо то, откуда у Джексона столько денег. Он просто продал все, что принадлежало моему отцу. Я оперлась локтями в свои бедра и схватилась за голову свободной рукой, взлохматив волосы.
— Алиса, еще кое-что. Это всего лишь мои подозрения, учитывая то, сколько всего дерьмового сделал Джексон. Думаю, он и на это способен.
Я затаила дыхание, подготавливая себя к худшему.
— Тормоза были срезаны.
— Да, я это смогла вспомнить. Я вспомнила день катастрофы.
— Я подозреваю, что это сделал Джексон Райт. Сами посудите. Он тут же начал продавать отели, живет в роскоши и…Вас присвоил себе, — тише добавила она. — Не знаю, какие чувства у него к Вам, но они явно нездоровые.
Я чувствую, что уже не выдерживаю никакой информации. То, что я услышала сегодня, те подозрения, которые подтвердились, принесли за собой груду камней, которые навалили на меня разом и теперь я задыхаюсь под ними. Я поднимаю глаза к небу и осмысливаю, что мне уже катастрофически не хватает свободы. Ее у меня отобрали со всеми крупицами, скрутили тяжелыми стальными цепями и повесили огромный замок, а ключ хладнокровно выбросили.
— Надеюсь я Вам помогла. Берегите себя, — с каким-то отчаянием добавила Каролина.
— Спасибо, что рискнула, — сдавленно ответила я и сбросила звонок, затем встала, вцепилась в перила балкона и склонившись выдохнула.
Сегодня я еще планировала прочитать то, что фотографировала с блокнота в кабинете Джексона, но у меня просто не хватает моральных и умственных сил. Я сейчас стою и думаю только о том, что мою жизнь жестоким образом отобрали. Джексон вершит ею так, как сам того желает. Он скрыл от меня мое происхождение, мое наследство и управляет всем сам. Даже мною.
Неужели все только из-за денег? Тогда зачем ему я? Если мне удалось выжить в катастрофе, то он бы мог просто меня убить. Зачем нужны эти сложные схемы с экспериментальным препаратом, который блокирует мои воспоминания?
Я подняла глаза к серому небу и неосознанно начала верить в высшие силы, которые способны мне помочь. Молила их мысленно о помощи, которая необходима мне как воздух. Я совершенно одна и это понимание вселяет в меня страх и сомнения, что я смогу выбраться из этой дикой истории живой и невредимой.
Мне хотелось вжаться в угол и расплакаться. Моя участь настолько чудовищна, что я заставляю себя видеть этот выход среди черноты, которая обволокла меня и ослепила. Я копаюсь в этой густой смеси из трудностей, страха, сомнений, опасений, безысходности и отчаяния, стараясь всплыть и добраться до берега, где меня укутают спасение, свобода и уверенность в собственной безопасности.
Джексон превратил мою жизнь в игру, когда для меня она стала выживанием. Земные испытания, которые обеспечивает человек для слабого, страшнее адских, которые готовит дьявол. Он наверняка милосерднее Джексона, который осмелился стать властелином моей судьбы.
Я уничтожу его за это.
Когда есть мотивация, то и желание действовать возрастает. Желание растереть Джексона в порошок стало сильнее моего желания вырваться на свободу, поскольку в моем сознании заработал несомненный факт: нет Джексона — есть свобода.
Во время ужина я сильнее прежнего испепеляла его ненавистным взглядом. Сжимая столовый нож, я не отбрасывала из головы представления, как вонзаю его в руку Джексона, затем в ногу и ударяю его по голове тарелкой так, что он теряет сознание и падает. А я тем временем забираю с собой все улики, некоторые вещи и деньги и сбегаю.
Казалось бы, как все легко. Но этого монстра не стоит недооценивать. Рядом с ним важна бдительность, а не хорошо распланированный план бегства. Рядом с ним важно ждать подходящего момента.
Я сильнее сжала нож в руке, когда в меня неистово ударила очередная волна ненависти. И эта волна вызвала воспоминание…
Я затаила дыхание. Слезы застыли на глазах. Мне с трудом удалось как можно скорее вернуться в реальность, пока Джексон не заметил, что со мной что-то не так. Взглянув на нож, а затем на Джексона, который все свое внимание отдал пище, кусая с куриной кости мясо, я задалась одним вопросом: «Кто он, черт подери, такой?»
В моем воспоминании Джексон выглядит моложе, значит этот инцидент произошел давно. Воспоминание появилось, но в какую временную рамку его засунуть это проблематичный вопрос. Ясно одно — я ненавижу его с давних времен. Я даже почувствовала то, что чувствовала тогда, стоя с ножом перед ним, пытаясь защититься — полная враждебность по отношению к Джексону. Разве я бы хотела выйти за такого человека? Потеря моей памяти на руку этому монстру. Он придумал эту жизнь для меня и удобную для него.
Когда Джексон начал вытирать руки салфеткой, я расслабила хватку и осторожно оставила нож на столе, опуская глаза на свою тарелку. Взяла вилку и засунула в рот кусочек огурца. Джексон откинулся на спинку стула и начал наблюдать за мной как за музейным экспонатом.
— Собрала вещи?
— Да, — ответила я, не поднимая глаз, делая вид, что увлечена едой, медленно употребляя ее.
— Вкусно?
— Очень.
Ненавижу этот голос, эту манеру общения, этот дикий хищный взгляд на мне, эту походку…
Джексон остановился рядом со мной и погладил меня по голове.
— Пойдем со мной, — приказной тон можно уловить сразу.
Я поднялась из-за стола и Джексон взял меня за руку, ведя в спальню. Стоило ему закрыть дверь, как он набросился на меня и стал осыпать поцелуями мою шею, которые чередовались легкими укусами. Я сморщилась от отвращения и пыталась оттолкнуть его от себя.
— Джексон…
Но он меня не слышал. Жадно обхватил руками мои ягодицы и начал толкать к постели. Во мне пробудилась злость, которая наполнила меня силой, и я смогла оттолкнуть его от себя с криком.
— Я не хочу!
Джексон спиной ударился в стену. По недоброжелательному выражению его лица я поняла, что ему это не понравилось. В черных глазах появился беспощадный зверь. Он сделал два стремительных шага ко мне и не жалея сил ударил по щеке. Моя голова повернулась в сторону, но я устояла на ногах. Накрыла холодной ладонью свою горящую щеку, совершенно шокированная действиями Джексона.