Кристина Выборнова – Стройка любви (страница 6)

– Правильно, Оля, – поддержала ее Мила. – Я это тоже не перевариваю: как на рынке… Почему я должна всему миру сообщать, что у меня проблемы в личной жизни?

– А чего, у остального мира в личной жизни проблем никаких? Вы одни на весь сайт будете? – закашлял от смеха Александр. – Там же миллионы сущностей.

– Может, им все равно, а нам неприятно, – поддержала я девчонок, – какая-то мерзость: все на тебя смотрят, оценивают…

– А что потом детям рассказать, – подхватила Мила. – Мы с папой на сайте или в приложении познакомились?! Долго перебирали анкеты и по параметрам подошли эти? Кошмар!

– Кошмар, – согласился Александр. – Кошмар, что резонанс двух уровней зависит от таких диких личностей, как вы!!

– Ну, тише, тише, – забеспокоился Анатолий.

Его учитель, не слушая, кипятился:

– Уши вянут! Что вы соображаете, девчонки! Неужели способ знакомства сущностей важнее целой счастливой жизни в резонансе?! Это несравнимые вещи!

– Ну, конечно, но с другой стороны, бывают люди, у которых есть и то и другое, – возразила Мила.

– Значит, у них нет чего-то третьего, о чем вы не знаете! – отрезал Александр, и, тяжело дыша, обвел нас взглядом.

– Короче, – сказал он, сбавляя тон. – Хорош чудес ждать. Мы и так вам чудо обеспечили, то есть, себя. Без нас вы бы еще десять лет всякую гадость подбирали и на жизнь жаловались.

– А сейчас мы, конечно, счастливы, – усмехнулась Ольга.

– Можешь мне не напоминать, что у тебя никакого терпения нет, это я давно понял. А вот вы, я смотрю, не поняли, что все ваши проблемы в первую очередь связаны с вами самими! Вы даже нам не даете как следует себе помогать! Эта падает, как корова, этим детям рассказать нечего…

– Да они просто боятся, – мягко и понимающе сказал Анатолий.

– Мы?! – вскинулась Ольга. – Я лично ничего не боюсь!

– Нет, вы все боитесь, только разного, – улыбаясь, возразил ученик. – Например, вам, Оля, кажется, что вы, выставив себя на всеобщее обозрение, не найдете подтверждения вашей исключительности. Вы, Мила, боитесь, что разрушатся ваши немного… хм… иллюзорные представления о любви и других сущностях. А вы, Аля, просто уверены, что на вас все равно никто там не обратит внимания, поэтому и время не стоит тратить.

– Эгоист, утопист и пессимист. Ну и компашка, – дернул щекой Александр. – Нет, если они ничего с собой не сделают, даже подходящая сущность с ними в резонанс не войдет.

– Вы хотите сказать, что мы больные? – вскинулась Мила. – Между прочим, я ведь уже встречаюсь с мужчиной!

– Это называется «перезваниваюсь», – скрипуче поправил Александр. – И не говори «гоп», пока не перепрыгнешь. Значит так, Ольга и Аля: будем с вами набирать подходящих сущностей. Чтобы через неделю имели по нескольку кандидатур! Минимум двух! Ищите в интернете, среди друзей, на работе. Если можете обойтись без ваших ненавистных сайтов знакомств – обходитесь. А мы будем за вами присматривать.

– А можно спросить? – посмотрела на него я. – Вы же, как говорите, живете в измерении времени. Почему бы вам не глянуть в будущее и не увидеть, какие кандидатуры подходящие для восстановления вашего равновесия?

– А почему ты не видишь снизу, что находится на крыше небоскреба? – ответил Александр вопросом на вопрос. – Ты же трехмерное существо, измерение высоты тебе доступно.

– Потому что я не ростом с дом. Но я ведь могу взять вертолет, и…

– А мы не можем ничего взять. С техникой у нас давно уже проблемы. Накрылась наша техника из-за расслоений реальности. Законы физики неустойчивые стали. Поэтому мы видим будущее так же, как ты видишь небоскреб. Только представь, что он вверху еще и раздваивается или растраивается, и ты не знаешь, какая из крыш настоящая. Про многовариантность времени тоже забывать не надо. Так что одна надежда на вас. Разбирайтесь. Думайте! Мила, встречайся со своей сущностью и не опережай события, – Александр кивнул подруге, и она исчезла из-за стола. – Ольга, думай, чего тебе действительно надо, потому что сущности, обладающей сразу всеми качествами, которые ты хочешь, нет в природе.

Недовольная Ольга тоже исчезла, и Александр повернулся ко мне.

– А ты, – сказал он, – помни, что в идеалах ничего плохого нет, и не зарься на что попало, а если потянет, сразу представляй, что тебе всю жизнь с этим жить.

– Но ведь есть разводы…

– Какие еще разводы?! – тут же закричала сущность, начиная махать руками. – Это у других могут быть разводы, а вы – на одной из главных осей! Мы вам ищем такую сущность в пару, с которой вас только кончина разведет!

– Извините, – я втянула голову в плечи и вдруг почувствовала под затылком подушку.

Теперь я находилась в горизонтальной плоскости, под одеялом, в своей темной комнате. Слышался приглушенный храп родителей. Выдохнув и пытаясь успокоить колотящееся сердце, я уставилась в потолок. Вот Милке повезло! Нашла себе какого-то идеального, который ее во всем устраивает! А мы с Ольгой страдай!

Немного еще позлившись, я стала подробно вспоминать слова сущностей, и, к своей досаде, обнаружила, что какая-то справедливость в них есть. Действительно, кто еще мешает нам устроить свою жизнь, как не мы сами? Я вон даже об собаку с первого раза не умею споткнуться! А Ольга твердит, что все парни козлы, но сама почему-то хочет замуж… За кого? А Милка страдала по волшебным стечениям обстоятельств, а сама выходила из дома только на работу. Да, так мы и вправду каши не сварим. Надо браться за ум. С этими решительными мыслями я перевернулась набок и погрузилась, наконец, в сон…

Глава 6

Начало тяжелой недели

Решимости моей хватило, к сожалению, ненадолго: во сне она основательно подыспарилась, а проснувшись утром, я совершенно не понимала, что мне теперь делать. Мама иногда предлагала познакомить меня с какими-то там симпатичными сыновьями ее подруг и коллег, но, во-первых, я всегда отказывалась, а во-вторых, самой спросить ее об этом было как-то стыдно. Еще стыднее спрашивать такое у других моих подруг, кроме Милы и Ольги: они думали, что у меня никаких проблем в личной жизни нет, я всегда держалась бодро, а тут на тебе… Нет, это просто невозможно, рука не поднимется кому-то из друзей позвонить!

Со слабой надеждой я полезла в интернет и нашла какой-то сайт знакомств, но через пять минут вылетела оттуда, как ошпаренная: люди, собравшиеся там, вызывали у меня рвотный рефлекс или брезгливое презрение, а мерзкие вопросы анкеты, на которые надо было отвечать при регистрации – отвращение, будто я испачкалась в грязи. Как сущности вообще могли подумать, что я стану ковыряться в таком? Да и кого там можно найти? Какого-нибудь маньяка?

Передернув плечами, я решительно вышла с гадкого сайта и взялась за открытки. Не обязана я выполнять всякие невозможные задания!

Позвонившая вечером Ольга, похоже, имела аналогичный настрой. Правда она, в отличие от меня, даже где-то зарегистрировалась, но сказала, что из этого все равно ничего не выйдет.

– А родителей и друзей ты не спрашивала, нет ли у них каких знакомых? – поинтересовалась я.

– Что я, с дуба рухнула?! – возмутилась Ольга. – Как я потом с ними общаться буду?

Успокоившись от такой солидарности, я распрощалась с подругой и не очень охотно, опасаясь контузии чужим счастьем, позвонила Миле.

Та, конечно, была счастлива. Как сорока, не закрывая рта, она пересказывала мне последний разговор со своим Димой, какой он заботливый, хороший и предупредительный, и что их первое свидание будет завтра, и она как раз отдаст ему подарок на день рождения, который уже купила. Потом мы немного поговорили о том, какие свадебные платья подойдут к Милиному типу фигуры, и распрощались. Вздыхая, но стараясь не завидовать, я повесила трубку и подошла к окну. И, конечно же, увидела во дворе брюнета с собакой.

И неожиданно мне в голову пришла мысль: а что если попробовать познакомиться с кем-нибудь на улице? Ну, то есть, не познакомиться, а сделать так, чтобы он познакомился со мной. Почему такого не может быть? Объективно говоря, я не страшная, поэтому брюнет-не брюнет, но уж кто-нибудь может мной заинтересоваться, если я накрашусь, оденусь как следует и пойду, скажем, в парк. Это гораздо легче: гуляй себе, удовольствие получай, а сверху еще и кавалеры налипать будут! И у меня еще целая неделя впереди, неужели двоих не найду!

На радостях я прыжком пересекла кухню, вбежала в комнату и схватилась за косметичку…

– Здравствуйте, – вежливо сказал сзади меня сущностный голос, и в трюмо отразился приветливый Анатолий.

Теперь на его лице я разглядела кроме глаз и подбородка широкий пухлый рот, только нос все еще расплывался. – Меня учитель послал узнать, как у вас дела?

– Неплохо, – ответила я бодро. – Собираюсь на охоту.

Я изложила сущности свой план. Анатолий в восторг почему-то не пришел, озабоченно почесал подбородок и сказал:

– Ну ладно, давайте попробуем, если хотите. Наверное, Александр сказал бы, что это не очень эффективно…

– Зато приятно!

– Это конечно, да, это важно, – поспешил он со мной согласиться. – Вы тогда идите, а я буду идти с вами, но немного в другом времени, чтобы меня не было видно. А вы, если что, меня зовите, я приду не больше чем через миллисекунду.

– Ага, – сказала я, ожесточенно расчесываясь.