Кристина Выборнова – Нейронная сеть "Колин" (страница 10)
– Эй! – громко окликнул ее Колин. – Ты чего опять зависаешь-то? Или это ты так взгляд тренируешь? Уставилась на меня и молчит, вот дает…
– А, да, извини, – Лида поморгала, возвращаясь к действительности. – Задумалась.
– Ладно, ничего, зато я хоть разглядел, какого у тебя цвета глаза. Может, если бы ты подольше посидела, и глазное дно бы посмотрел – зрачки большие, удобные…
Лида рассмеялась, Колин тоже. Как раз на этой веселой ноте в комнату вошел клиент-свидетель по проходному сценарному делу – потрепанный немолодой мужчина со срезанным подбородком, в костюме с несколько коротковатыми рукавами и штанинами. Как и все третьестепенные персонажи, он был не слишком умен, многое понимал буквально, а чувство юмора у него присутствовало ровно настолько, насколько это позволял распознаватель простейших шуток-действий, вроде торта, брошенного в лицо, или ведра, надетого на голову. Говорил он скучно и длинно, повторяя, как с ужасом заметила Лидия, через равное количество предложений слово-паразит «так сказать», и при этом все время шаркал одной ногой под столом – похоже было, что у него не полностью сработало отключение функции ходьбы.
Колин общался с ним минут двадцать, таким же скрипуче-официальным тоном, с невыразительным, как у собственной отключенной 3 д модели, лицом; но как только клиент вышел за дверь, нейронная сеть быстро повернулась к Лидии, потянулась, опустив руки вниз, забавно наморщила нос и громко сообщила впечатления от общения с себе подобным:
– Ну и дебил… Так сказать. Ты, кстати, заметила, что он это свое «так сказать» через каждые три предложения повторяет?
Лидия, что было делать, кивнула.
– И ногой трясет, как неврастеник, – продолжил Колин. – Некоторые люди, черт возьми, в самом деле недалеко от обезьян ушли. По сравнению с ними тамагочи Спинозой кажется…
Это тоже было какое-то новенькое сравнение, которого Лидия не слышала и не выдумывала. Она с удовольствием посмеялась, решив, все же, сказать Маркову, чтобы он подрегулировал третьестепенных персонажей, пока их не заподозревали более продвинутые первостепенные. Писательница выключила компьютер и сошла вниз вместе с Колином. Он должен был по сегодняшнему сюжету ехать допрашивать очередных мелких свидетелей, а она сделала вид, что ей нужно в отдел кадров – на самом же деле, просто хотела проводить Колина, поскольку вряд ли они уже увидятся в сегодняшнем сценарии…
Колин ходил, по Лидиной же собственной задумке, всегда легко и быстро, поэтому обогнал он ее довольно сильно. Спустившись по лестнице, Лидия поспешно поискала его глазами и вдруг увидела, что он стоит, опираясь двумя руками на стойку раздевалки и наклонив голову. Та часть лица, которая оказалась не завешанной упавшими вперед волосами, как это ни удивительно, кажется, даже побледнела. В холле кроме них двоих не было никого – охранник из своего скворечника куда-то отошел, поэтому Лидия устремилась к главному персонажу, в недоумении присматриваясь к нему и пытаясь вспомнить, какие его болезни заложены в сценариях. Но ничего похожего она не вспомнила, подбежала вплотную и еще более удивленно заглянула Колину в лицо:
– Ты чего? Что с тобой?
Он с усилием перевел на нее взгляд – глаза его немного расфокусировались, и вообще он имел стандартный вид человека, у которого приступ сильной головной боли. Будто с трудом собираясь с мыслями, Колин ответил вполголоса:
– А черт его знает… У меня всякое бывает, после комы. В башке шум, как на митинге…
Прекрасно осознавая, что это совершенно бессмысленно, Лидия взяла его за плечо и сказала:
– Ты лучше сядь…
Колин, прикрыв глаза и морщась, будто от сильной боли, послушно опустился под ее рукой на ближайшую деревянную скамью. Теперь он выглядел так, будто того гляди потеряет сознание – проклятая система визуализации основательно сбивала Лидию с толку, и писательница никак не могла отвязаться от мысли, что нужно дать ему нашатыря. А может, это правда сценарный ход? Надо бы спросить у Маркова, но как оставишь Колина? Лида села с ним рядом, чтобы он мог опираться на нее, и быстро атаковала главного героя вопросами:
– В глазах у тебя плывет?
– Есть немного.
– Ты меня хорошо слышишь?
– Не очень… И говорить трудновато.
– Голова болит?
– Нет, просто шум… И путаница какая-то… – неожиданно он посмотрел на нее и слабо улыбнулся.
– Да не волнуйся, Лидка. Ты просто меня еще не видела во всей моей… Задохлой красе.
Слова он тоже выговаривал все менее разборчиво. Зрение, восприятие, речь – все основные участки нейронной сети!
И более того, состояние это явно усугублялось – Колин потихоньку сползал вниз, как обычный человек, который теряет сознание. На нанороботов он не разлетался – визуализация работала, и сама нейронная сеть, хоть и с грехом пополам, видимо, тоже. Лидия быстро прошептала:
– Все будет нормально, не бойся… Я сейчас, – и, пробежав по скользкому линолеуму холла, стремглав выскочила на мокрую улицу.
Там как ни в чем ни бывало ездили машины и разгуливали прохожие – значит, проблемы были действительно только у Колина. Стоя в нанолуже у порога, писательница поспешно выхватила мобильный и позвонила разработчикам.
– Да, Лидочка, – спокойно отозвался Марков.
– Что случилось?! – закричала Лидия без предисловий. – Срочно проверьте 35 сервер! Идут какие-то сбои в основных центрах нейронной сети – он сам это интерпретирует как шум в ушах, потерю координации и зрения. Чего там у вас? Охлаждение проверьте, питание! Интернет-доступы!
– Ах ты, черт возьми! Сейчас. Ждите. Отойдите от него подальше на всякий случай, а лучше и вовсе выйдите из симуляции.
Лида ничего не ответила и, не отрывая мобильника от уха, зашла обратно в здание. Колин уже не сидел, а частично лежал на скамье, свесив ноги вниз и подложив руки под голову. Вокруг него собралось несколько испуганных персонажей: Ирочка охала и что-то говорила про нашатырь, Толстая Светлана Яковлевна пыталась, видимо, дозвониться в скорую, а Андрей и Женек молча и бестолково перетаптывались. По всему первому этажу стояло тревожное гудение голосов.
Лидия молча и довольно бесцеремонно распихала работников локтем свободной от телефона руки и, сев на корточки перед Колином, постучала рядом с ним по скамье, пытаясь определить, реагирует ли еще программа на внешние раздражители. Реагировала, хоть и с замедлением: секунды через три Колин медленно повернул голову, взглянул на нее полуприкрытыми потемневшими глазами и прошептал почти неразборчиво:
– Да уж… Не хватало мне отключиться еще. Не хотелось бы. Не люблю я этого…
– Ничего, ничего, подожди, – сквозь неизвестно откуда взявшиеся слезы ответила ему Лидия и рявкнула в мобильник:
– Да что у вас там?!
В мобильном неразборчиво шуршало, кто-то ругался и спорил. Наконец, Марков отозвался:
– Сейчас, секунду… Вы уже вышли?
– Еще нет, и не собираюсь, пока вы не поймете, в чем дело!
– Вот воюет, – пропищала Красавица с уважением, пытаясь приподнять голову Колина. – Так их, Лидка, этих врачей. Пусть уж они быстрее чешутся…
– Выходите немедленно! – зазвучал напряженный голос Маркова в ухе Лидии. – На нейронную сеть была вирусная атака, мы сейчас выключим 35 сервер и завершим программу, пока от нее хоть что-то осталось!
– Что, при них?! – выкрикнула Лидия, кивая на персонажей и позабыв, что Марков не может ее видеть. Но он, кажется, понял.
– Ничего не поделаешь. Мы сейчас экстренно завершаем сценарий, а потом добавим им воспоминаний вручную, всего двадцать персонажей, мы это осилим… Лишь бы потом удалось перезапустить Колина. Лидия, выходите через дом, только побыстрее, я серьезно говорю! Вы нам тут нужны.
– Да-да, иду, – очнулась Лидия, нажала на кнопку сброса и, сунув мобильник в карман, взглянула на Колина. Визуализация все еще работала – он даже смотрел на нее сквозь ресницы своим расфокусированным взглядом.
– Слушай, у тебя вирус. Постарайся его переработать или ассимилировать, у тебя много возможностей, понимаешь? И главное, подольше оставайся в сознании, – быстро сказала Лидия. – А мы сейчас тебе поможем…
Неизвестно, что понял Колин в этой странной речи, но все же секунд через десять задержки он полуразборчиво прошептал:
– Ладно, Лидка…
Шепот его прозвучал как-то излишне громко. Лидия вздрогнула, бросила взгляд по сторонам и увидела, что все персонажи исчезли, а за окном прямо на глазах темнеет – сценарий завершался. Она в последний раз поглядела на Колина, повернулась и стремглав бросилась прочь из отделения. И почти в это же время Марков и еще два разработчика в серверной склонились над трехмерным экраном, в котором плавала красная надпись «экстренное завершение программы. Сохранение последних параметров», а под ней, в глубине, мигая, сворачивались в странные клубки и гасли большие участки нейронной сети. Наконец экран окончательно потемнел. Марков выдохнул сквозь зубы со смесью волнения и облегчения, и проговорил:
– Вроде как успели. Хорошо бы вышло. А то семь месяцев труда насмарку же пойдут! И главное, перед самым первым делом… Я им теперь Шерлока Холмса за неделю-то не склепаю… Давай, Паша.
Загудел лифт, по гладкому полу серверной гулко застучали торопливые шаги Лидии. Старший разработчик Павел Перерубов, нагнувшись, с помощью специального штыря нажал глубоко утопленную кнопку. Тридцать пятый сервер, быстро мигнув зелеными лампочками, ушел в перезагрузку.