Кристина Выборнова – Гостиница "Камелия", или отель "Водяной тычиночник" (страница 8)

– Ну да, в общем, торгую я. Торговцев вы к себе принимаете?

– Конечно, у нас всякие профессии тут бывают, – кивнул Делий и меланхолично добавил:

– Жалко, полицейских еще не было. У вас каких знакомых нет в полиции?

– Есть! – лихо ответил Урац, сверля его прозрачными глазами.

– Так приводите. Вот отдохнете у нас, если понравится, пусть и они приходят.

– И приведу! – громко, но с ноткой растерянности воскликнул полицейский. Делий медленно кивнул:

– Давайте. У нас же тут гостиница, а не что-то такое. Хоть поглядят. А то о нас, может, думают что.

– Что?

– Ну, чё мы отбираем.

– А чё вы отбираете?

– Так я вам говорю: места же мало. Сто мест – это под самую крышу заполнение, а если еще приедут…

– Ну да, а зачем же вам тогда с каждым разговаривать? – поинтересовался Урац совершенно полицейским тоном, а Делий в ответ отозвался привычным тоном провинциального дурачка:

– Как же я не буду разговаривать? Отель у нас чё хороший? Потому что везде публика не пойми какая, а у нас отобранная.

– А-а-а… а как отобранная?

– Мной.

– А меня-то вы отбираете или нет?

– Так я давно уже вас вписал, – удивился Делий, показательно похлопав по краю стола пухлой серой тетрадью и постучав толстой ручкой с самопроизводящейся пастой – на ней была выдавлена малюсенькая магическая картинка. – Вы идите отдыхайте, можете хоть щас начать.

– Да? – Урац возбужденно вскочил, видимо, обрадовавшись, что все так удачно для него складывается. – У вас, говорят, тут такие кровати… Такая столовая…

– Да, столовая у нас, – согласился Делий, тоже вставая. – И море. Сходите, гляньте. Вам, небось, понравится.

– Обязательно схожу! Ну, до свидания! – полицейский, скрипя ногтями по толстому материалу, подтянул сползшие от долгого сидения тесные штаны и помаршировал восвояси. Делий, прищурив один глаз, медленно и лениво провел рукой в воздухе, как музыкант-виртуоз проводит смычком по скрипке. Он сразу нащупал, что одна из нитей, тянущихся от управляющей картинки, стала толще. Полицейский был уже в «Камелии».

– Ну, там-то ему точно что понравится, – заключил Делий и выбросил незадачливого сыщика из головы.

ГЛАВА 7

Полицейский благополучно провел в «Камелии» целый день, купался в тамошнем море и вообще радовался жизни, а в «Водяной тычиночник» пришло его «отражение»: мрачный и раздраженный молодой человек оборотов двадцати пяти от роду, явно считающий себя осью планеты безо всякой на то причины – Делий перевидал множество таких и среди людей, и среди магов, и все они были дураками и бездарностями как на подбор.

Впрочем, и среди других он не наблюдал хотя бы отдаленно равных себе по уму и способностям. То, для чего остальным магам города требовались все умственные силы, типа составления сложных картинок, производящих предметы, Делий разрешал краем мозга, фактически не напрягаясь, и из-за этой привычки постоянно все делать вполсилы он и производил такое обманчиво-медлительное и туповатое впечатление. Много оборотов он если и прикладывал старание, то только в вопросе, где достать хотя бы относительно сложную задачу для обдумывания. На население Ирхоруна Делий смотрел, как человек, одиноко живущий на последнем этаже небоскреба, смотрит на кучку маленьких уродливых избушек у подножья: и поговорить с ними невозможно, и раздражают, а в то же время очень досадно, что ты тут один, а они живут своей жизнью, даже не собираясь поднимать на тебя голову…

Так что известие о том, что какая-то человеческая девушка из тамосторонних переместилась сюда, в «Водяной тычиночник», Делий воспринял не только безо всякого волнения, но и с некоторым удовольствием. Он встал из-за своего стола в кабинете, стряхнул с себя крошки мокрой деревяшки, которую грыз (рацион магов был весьма широк по сравнению с людским, а при своей нечувствительности к вкусу они могли есть и пить почти все, вплоть до камней и нефти), уверенно протянув руку, сразу же схватился за пучок нитей переноса и, быстро их перебрав, нащупал нужную, которая переносила в холл.

Когда он появился внизу, там уже царила жуткая суета и беготня. Малограмотный и сопливый черный маг-регистратор Порций (ему было оборотов 16), неумело отругиваясь от только что приехавшей черной магини, разворошил аварийную папку, хаотично высыпав на стол напечатанные на глянцевой бумаге противопожарные, противонаводненческие, противоземлетрясенческие и прочие вспомогательные при чрезвычайных ситуациях картинки. Непонятно, что он хотел найти в этом наборе и как применить, но, судя по обалделому лицу, Порций не знал этого и сам.

Персонал нанимал в основном Ирам, искал его среди каких-то своих знакомых, и, если что-то и учитывал при этом, то уж точно не ум. Порция, например, выгнали даже из местной школы за неуспеваемость, а официант Козорис, злобный и неуравновешенный черный маг шестисот оборотов от роду, все эти шестьсот оборотов почти безвылазно прожил в малоудобной горной пещере, не удосужился получить никакого образования и с трудом умел читать.

Козорис, кстати говоря, тоже пришел и, стоя у лифта, хрипел:

– Дай я ее найду и воздухом об стенку, она и все.

– Как это «все»?! – перепугалась забытая всеми черная магиня-постоялица. – Это что у вас тут?

– Дикая гавкалка, говорят, забежала, вот ловим, – объяснил Делий, не повышая голоса.

Магиня узнала его и так обрадовалась, что чуть не перенеслась в «Камелию»:

– Ой, Делий, здравствуйте! Хорошо хоть вы тут. А то я думала, что меня несчастья преследуют… Я даже хотела к магу-временнику слетать, к Боницию, чтобы он мои нити будущего прощупал…

– Не думайте про всякие глупости, – резче обычного сказал Делий. – Чего вам временник скажет? Они всякие загадки лепят, потому что сами не знают ничего. Дайте я вас перенесу в ваш номер. Порций, который?

Юный черный маг с помощью воздушной нити с трудом добросил до директора карточку. Она летела криво и попала бы Делию в глаз, если бы он вовремя не сжал ее неотрезанными ногтями. Рукой с карточкой он подцепил под локоть беспокойно втягивающую воздух магиню, а другой нашел переносящую нить, ведущую к нужному номеру, и дернул за нее.

Они с магиней понеслись на пятый этаж, под самую крышу. За эти несколько мигов полета Делий по смещению нити и по колебанию соседних понял, что перебежавшая девушка находится где-то совсем недалеко. Поэтому, сунув магиню в ее номер, он сразу же выскочил наружу и принялся быстро искать и перебирать жизненные нити существ, которые сейчас были на пятом этаже.

На этот процесс у него ушло даже чуть больше стараний, чем обычно, поскольку жизненные нити очень тонкие, располагаются не всегда в тех местах, где от них этого можно ожидать, да еще и загибаются в разные стороны, спутываясь с другими нитями. Делий прекрасно знал, что вслепую их можно найти, проведя по более толстым и ровным нитям направлений, но сейчас у него было не так много времени, и он обмотал вокруг головы свою косу, которая обеспечила его глазам нужный уровень темноты.

Перед Делием задрожало пусть немного смутно видимое, но различимое нитяное пространство. Нужная нить сразу же нашлась: он с удовлетворением констатировал, что и не глядя собирался искать именно в этом месте. Девушка, видимо, пробежала по коридору и выскочила на большой общий балкон. Нащупав нужную переносящую нить, Делий сразу перелетел туда и, конечно, обнаружил то, что нужно: невероятно перепуганную, и, похоже, плачущую человеческую девушку в короткой майке и шортах, которая металась по балкону, как дикий крухт по клетке, и, судя по лицу, всерьез собиралась взлететь.

В общем-то, черный маг не ошибся: примерно это Олеся и хотела сделать, поскольку частенько летала во снах, а этот сон все никак не хотел кончаться. Другой возможности, кроме полета, чтобы выбраться из проклятой гостиницы, она уже не видела: холл заполонили жуткие создания с землистой кожей, что-то рычащие басом, от которого вибрировали стены…

Олеся отпрянула, ударившись спиной о каменные перила балкона; перед ней вдруг прямо из воздуха возникло одно из черных созданий, только у этого еще в довершение жути были невообразимые зрачки в неожиданно светлых глазах: то ли в виде ромбов, то ли в виде трапеций…

Одного только взгляда в эти глаза Олесе хватило, чтобы принять бесповоротное решение о взлете: она развернулась, подпрыгнула и кое-как перевалилась через перила.

– Куда еще? Убьешься же! – пробасило создание, дернуло на себя руками, и выпавшая было с пятого этажа Олеся, как втянутая невидимыми веревочками, свалилась обратно, внутрь балкона.

– Ну чё? – поинтересовалось создание, стоя над ней. – Хватит, что ль, бегать?

Манерой построения речи и этим «чёканьем» оно живо напомнило Олесе Катю с Таней и будто разом сдернуло покрывало ужаса со всего происходящего. Она вдруг услышала раздающиеся вокруг сонные ночные звуки каких-то насекомых и птиц, почувствовала запах моря и сырости и ощутила, какой пронзительный ветер обдувает балкон.

Существо по-прежнему возвышалось над ней, сильно сутулясь. На привидение, вампира, оборотня и всякое такое подобное оно не походило ничуть: по крайней мере, Олеся, даже при ее буйном воображении, не могла представить нежить, которая выражалась бы в стиле: «Ну чё, есть-то мы тебя будем, иль как?» Значит, сон был не кошмаром, и вылетать с балкона не обязательно, можно и поговорить.