Кристина Выборнова – Гостиница "Камелия", или отель "Водяной тычиночник" (страница 14)
Потом и про Землю узнали. В старинном разрушенном городе Дребезге – конечно же, опять в центральном регионе – компания детей обнаружила так называемый «Замок» – упавший корабль. Сделали его тоже маги, но из другого мира – их называли «серыми» из-за цвета волос и глаз. Корабль работал на переносящих картинках, к которым крепились пространственные и временные нити. Столичные ученые на него набросились, собираясь разработать технологию перелетов и тоже бывать в других мирах и в космосе…
Но ничего толком из этого не вышло. Технологии оказались сложными и требовали объединения усилий всех талантливых магов и людей. Только народ Лины больше привык не объединяться, а сидеть по своим мелким горным городкам, и, глядя в круглые окошки на вечно плохую и дождливую погоду, обсуждать противными голосами, из-за кого жизнь такая скучная. Исторически виноватыми во всем привыкли делать белых магов, но иногда, как в случае с Дамнозисом, общественное мнение смещалось против черных, или даже против людей, как в более древние времена…
Короче, общего энтузиазма хватило оборотов на пятьдесят. За это время построили шесть кораблей, один из которых вообще не смог никуда перенестись, другой – улетел и не вернулся, третий оплавился и развалился в полете, а остальные три умудрились куда-то долететь, но правительство Лины результаты этих полетов не порадовали, потому что пятый и шестой корабли попали во Вселенную, где жили те самые серые маги: они расплодились на целую галактику и вели между собой бесконечные войны…
Корабли вернулись, чуть не погибнув, и тогда-то правительством был наложен категорический запрет на проникновение в другие Вселенные: как во Вселенную серых магов, так на Землю, потому что к тому времени разведка выяснила, что земляне обладают мощным оружием, которое способно мгновенно поубивать даже магов, и с испугу вполне способны его применить. Все сообщения с Землей были перекрыты специально нанятыми черными магами. В правительстве решили пока оттачивать технологии постройки кораблей и летать только по своей Вселенной.
Но в этой самой своей Вселенной пока никак не удавалось обнаружить планеты хоть с какой-то жизнью, не говоря о разумной. Общий энтузиазм стал спадать: в космос, конечно, иногда летали, но гораздо больше обсуждали не очередную безжизненную планету, а какую новую развлекательную передачу сделали для информационных нитей и на какой длины балахоны мода в этом обороте…
В общем, не получилось никакой «Любви сквозь миры». А пресловутая книжка, написанная пятьдесят оборотов назад человеческой женщиной – кажется, внучкой тех самых Таранама и Нолы, у которых работал замаскированный под конюха Дамнозис, – дошла до Ирхоруна и была зачитана до дыр Делием.
Черный маг очнулся от неприятных раздумий, вспомнил, что давно не дышал, и со свистом набрал воздуха. Рваные маленькие тучи все-таки превратились в одну большую, которая полила на город косым от сильного ветра дождем. Капли хлестнули Делию в лицо, полились по гладким и жестким, как у куклы, волосам, но он не двинулся с места, только немного прищурился, чтобы вода стекала с ресниц – в понимании магов «плохой погодой» считались смерчи, цунами или извержения вулкана, а остальное называлось «нормально».
Дурацкие строчки из выученной в детстве книжки полезли ему в голову: «Она увидела его и затрепетала под его пристальным взглядом. «Не бойся меня», – произнес он глубоким голосом, глядя на ее прекрасное белое лицо, синие, как шкурка молодой квакри, глаза и пышные, словно стог сена, желтые волосы…»
– «Прекрасное белое лицо». Вот ведь пишут, а? – сказал Делий вслух. Несмотря на родителей, он, как большинство черных магов, не находил в белой коже ничего прекрасного. Перечитывая в который раз книжку, он к концу всегда изменял свои симпатии: ему переставал нравиться этот столичный Дамнозис, который становился чересчур удачливым, а вот несчастная загнанная полиция начинала вызывать сочувствие. Он знал по себе, каково это, когда ты со своим умом и талантами никому не нужен, и более того, все только и мечтают, чтобы ты убрался поскорее и не морочил ни магам, ни людям головы.
Делий старался как мог. Он читал те книги и газеты, которые находил в домах соседей, из-за чего его лексикон сильно обогатился садово-огородными словечками, а цепкая память прекрасно сохраняла сведения о том, на ком же, наконец, женился троюродный племянник короля Брама Пятнадцатого, как распределились места на юбилейных 150-х конных скачках и как составить картинку для стойкой окраски волос мага в зеленый цвет. С газет он перешел на школьные учебники, большей частью ужасно устаревшие, и школьную же библиотеку. Потом он окончил школу, перепугав своим энтузиазмом всех учителей, которые часто знали меньше него, и от нечего делать принялся за местную библиотеку и те книги, которые сохранились у местных же магов – коренных жителей Ирхоруна.
Маги, даром что жили в городе со дня его основания, то есть битых 600 оборотов, не отличались образованностью: гораздо больше было сущих дикарей, типа официанта Козориса. Делий выжимал из них все что мог: то есть древние книги и рассказы о старых временах.
Рассказы, однако были неразнообразны. Согласно им, Ирхорун всегда был маленьким курортным городком, куда приезжали поправить здоровье из плохой погоды центрального региона в здешнюю менее плохую. А вот книги помогли. Видимо, их писал кто-то умный и живший если не в столице, то, по крайней мере, не на таком отшибе. Так в 15 оборотов Делий отыскал ужасно древнюю, всю осыпающуюся книгу некоего черного мага Инципия под названием «Попытки анализа закономерностей расположения и ветвления предметных нитей».
Несмотря на грозное название, автор писал хоть и древним языком, но внятно, а главное, он говорил о том, чему с самого детства так старался научиться почти слепой в нитяном пространстве Делий: как можно колдовать не глядя, с открытыми глазами.
Начав читать, Делий обнаружил, что сам опытным путем дошел до некоторых описанных закономерностей: почти не видя нитей и не желая все время жмуриться, он тем не менее буквально на ощупь освоил основные принципы колдовства и в школе с ним проблем не имел. Поэтому учителя, к которым он обращался с вопросами насчет техники управления нитями, только отмахивались либо удивленно спрашивали: «Зачем тебе голову свою грузить? Не видишь ничего – и ладно, тебе в институт-то не надо, у нас тут не столица. Зато вон как хорошо колдовские картинки рисуешь. Будешь их туристам продавать и горя не знать!»
Автор книги про расположение нитей тоже мог бы ее и не писать: он был обычным черным магом со здоровыми глазами, но, на счастье Делия, решил все-таки потрудиться. Делий много раз перечитывал книгу, очень сожаления, что автор ее давно скончался: ему казалось, они могли бы подружиться. Отрывочные заметки Инципия он дополнил своим опытом, и дальше в течение нескольких оборотов вывел множество новых закономерностей расположения ниточек, которые проверял на себе. Все работало: ниточки оказались ровно там, где рассчитано.
В восемнадцать оборотов Делий получил возможность колдовать наравне с видящими магами и пришел в восторг, почти такой же сильный, какой бывает у первооткрывателей-людей. Он оформил свои разрозненные записки в виде толстого труда и некоторое время рассказывал об открытии родителям, соседям, знакомым и учителям. Его слушатели вежливо кивали и говорили примерно одно и то же: «А-а, ну молодец, умница», что звучало одновременно отстраненно и оскорбительно. И Делий, конечно, оскорбился и решил, что раз в его городе живут одни дураки и неучи, он подастся в столицу. И подался, да… Если бы он еще знал заранее, чем это кончится.
Тут черный маг встряхнулся, не желая переходить от неприятных воспоминаний к совсем отвратительным. Это все было давно, пятнадцать оборотов назад, и собственная прошлая наивность у него теперь ничего, кроме досады, не вызывала. Непонятно, с чего он взял, что наличие тех, кто по достоинству сможет оценить его таланты, зависит от региона? Таких просто нет нигде: ни на Лине, ни на этой запрещенной властями Земле, откуда в «Водяной тычиночник» уже который сезон сыпятся ворчливые, глупые, претенциозные нытики-люди, которые смешно возмущаются «ужасными условиями» и грозятся написать жалобы в какой-то там свой Интернет: видимо, их главную государственную газету. Всем, даже относительно образованным существам, дело есть в первую очередь до себя. Во вторую очередь, впрочем, тоже. И в третью. И в девяносто девятую. Вот и Делию со временем стало точно так же. Слегка пожалел он, впервые за все эти обороты, только свою недавнюю знакомую Олесю. Еще один товарищ по несчастью…
– Проведать что ли, как она там, – решил Делий опять вслух: за неимением другого умного собеседника, он чаще всего говорил сам с собой.
Ловко встряхнувшись, как большая вертикальная собака, черный маг сбросил с волос и одежды остатки воды: снова выглянуло солнце, даром, что здесь был курорт, и осветило зелеными лучами расстилающийся внизу влажный городок. Делий быстро прошел сквозь маскировочный склон, схватился за переносящую нить и снова очутился внутри привычного «Водяного тычиночника».