Кристина Вольфф – Привидения Пандоры Пиквик (страница 28)

– Выпьем за мост! – загремели голоса.

И снова по спине Фанни пробежала дрожь.

– Аластер, – хрипло позвала она, но мальчик-призрак, казалось, совсем её не слышал. Он не сводил взгляда с чёрного волкодава у стула его предка. Аластер даже не поднял глаз, когда один из слуг подал ему тарелку с куриными бёдрами.

Слуг и горничных, раздававших гостям жареное мясо с тушёными овощами и картофелем, было девять или десять. Однако блюда выглядели совсем не так, как человеческая свежеприготовленная пища. Всё было таким же тускло-серым, как мороженое с вокзала Паддингтона, и совсем ничем не пахло. Печальный какой-то пир, со вздохом подумала Фанни. Есть совершенно не хотелось. Однако остальные призраки за столом с жадностью набросились на угощение, точно голодные гиены.

Из вежливости Фанни тоже взяла куриное бёдрышко и потянулась за тем, что, как ей показалось, было похоже на горох. Когда же она присмотрелась, странная закуска больше напомнила ей вывалянный в пыли кроличий помёт.

– Осторожнее, глупая ты гусыня! – внезапно прикрикнул на кого-то сэр Пакстон. Фанни испуганно подняла голову. Как оказалось, обращался именинник к молоденькой горничной, которая случайно пролила соус на чёрный камзол Пакстона. Там была совсем крошечная капля. Пакстон мог бы просто спокойно убрать её салфеткой, но вместо этого он разразился настоящей гневной тирадой в адрес своей служанки.

– Никчёмное, неуклюжее создание! Посмотрите, что вы наделали, – возмущённо гудел он, указывая на небольшое пятнышко на своей одежде. – Видно, руки у вас не тем концом вставлены, раз вы не можете аккуратно разложить соус по тарелкам!

Фанни было искренне жаль бедную горничную. Её лицо стало бледнее обычного, и казалось, что она вот-вот расплачется от обиды и отчаяния. Соусник в её руке дрожал.

– Прошу прощения, сэр, я…

– Не тратьте время на болтовню! – отрезал Пакстон. – И не стойте каменной статуей. Другие гости тоже хотят, чтобы их обслужили!

Девушка тотчас поспешила прочь, а сэр Пакстон брезгливо вытер испачканную одежду.

«Вот, значит, каким он может быть», – подумала Фанни. Эта резкая вспышка гнева подтверждала слова Аластера. От любезного гостеприимного хозяина не осталось и следа. Фанни покосилась на друга, но тот как раз беседовал о чём-то с соседом по правую руку от него и, похоже, даже не заметил этого происшествия.

В этот момент рядом с Фанни остановился слуга и выложил ей на тарелку немного овощного пюре, даже не спросив, хочет ли она овощей. Расстроенная, Фанни уставилась на серую кашицу.

– Что, совсем нет аппетита? – поинтересовался сэр Пакстон и снова мило улыбнулся.

– Вроде того, – призналась Фанни. В отличие от Пакстона, она после этой сцены с горничной чувствовала себя несколько подавленно, хотя ругали совсем не её. Девочка крепко вцепилась в тарелку, которая вдруг куда-то поплыла, почти сразу же после того, как слуга положил ей странную овощную кашу.

Сэр Пакстон кивнул.

– Понимаю. Вы привыкли к лучшему, – доверительно прошептал он.

– Нет, что вы, я… – тут же поспешила оправдаться Фанни.

– Не извиняйтесь, – перебил Пакстон. Сейчас его голос звучал дружелюбно, даже мягко. – Говорите, как есть, я всё пойму. На самом деле многие призраки впервые пробуют призрачную пищу спустя десятки лет после своей смерти. Как там говорится? В беде и дьявол поедает мух, – с этими словами он сунул себе в рот большую порцию жаркого и начал жевать её с явным удовольствием.

– Нет, я… Дело в том, что… – Фанни почувствовала, как её щёки стали горячими. – Всё очень вкусно, просто чудесно!.. Просто я сама не очень голодная.

Пакстон нахмурился. Было ясно, что он не поверил ни единому её слову.

– Я так часто вспоминаю былые дни!.. – мечтательно пробормотал он. – Сливовый пудинг, зелёная фасоль и паштет из оленины. Просто чудесно… – он подцепил ещё картошки. – А вы любите сливовый пудинг?

– Да, очень люблю, – закивала Фанни. – Особенно пудинг, который готовит тётя Харриет, – тут она осеклась. Харриет ведь вовсе не была её тётей. Она была её сестрой. Сможет ли девочка когда-нибудь привыкнуть к этому?

Руки Фанни мелко дрожали, и она поспешно спрятала их под стол.

– Сэр Пакстон, а что такое… просто уже не первый раз слышу это выражение… все твердят про какой-то мост, почему? Что это за мост?

Она была готова к любой его реакции. Неприятный осадок на душе ещё остался после ругани Пакстона, но ей нужно было наконец всё выяснить. Владелец замка перестал жевать. По выражению его лица было трудно сказать, злится он или смущается. Но вопрос Фанни явно застал его врасплох.

– Мост, хм… – он пригладил бороду. – Это просто выражение такое, которое мы с друзьями используем в тесной компании. Это метафора, если вам так будет проще, или лучше, наверное, сказать – символ. Да, это символ светлого будущего, – Пакстон внимательно посмотрел на Фанни. – Кажется, мои объяснения вас только больше запутали, – улыбаясь, он вытащил расшитый носовой платок из кармана своего камзола и вытер губы.

– Ну, в общем… да, – призналась Фанни и криво улыбнулась.

– Давайте я вам попозже расскажу про этот мост, – предложил Пакстон. – Обещаю, что ничего от вас не скрою, но и вы мне кое-что пообещайте взамен. Чувствуйте себя свободнее на моём празднике, повеселитесь от души. Мне, право, так неловко, что моя почётная гостья ничего не ест. Ну же, возьмите курочку! Ради меня. И попробуйте призрачного вина, – он протянул Фанни свой бокал, и она, чтобы не казаться невежливой, сделала глоток. Чересчур большой глоток. Жидкость обожгла ей горло, и девочка с трудом смогла подавить кашель.

– Чудесно, правда? – улыбнулся Пакстон и выпил из своего бокала. Поскольку он не сводил с Фанни пристального взгляда, ей не оставалось ничего другого, кроме как взять с тарелки куриное бедро и откусить от него кусочек. На вкус курица была примерно такой, как она и ожидала: будто кусаешь старый диван.

– Так-то лучше, – просиял Пакстон. – Празднуйте! – тут он вытащил из кармана золотые часы на цепочке и озабоченно посмотрел на циферблат. – А теперь прошу меня извинить, мне нужно кое-что обсудить со слугами. Но к полуночи я снова к вам вернусь!

– Хорошо, – промычала Фанни, тщетно пытаясь прожевать сухую курицу. В глубине души она даже радовалась, что сэр Пакстон уходит и не будет смотреть, как она ест.

– Дружок! – позвал он, уплывая от стола. Призрачный пёс помчался за ним.

Сейчас Фанни бы с удовольствием воспользовалась шансом поболтать с Аластером, им тоже было что обсудить, но тот продолжал беседовать с другим призраком и сидел спиной к Фанни.

«Символ светлого будущего», – подумала девочка.

Много из этого объяснения она, конечно, не узнала, но всё же слова Пакстона немного успокоили её. Может, в загадочном мосте действительно не было ничего страшного? А тогда, на кухне Харриет, её просто напугал тон голоса, который впервые заговорил про этот самый мост…

Фанни снова оглядела гостей за столом. Большинство из них не выглядели пугающе, и это не могло не радовать. Лишь у некоторых на телах проступали жуткие признаки насильственной смерти, как у того висельника с Портобелло-Роуд. У одной дамы в бордовом коктейльном платье болтался на шее электрический кухонный блендер, в котором запуталось её длинное жемчужное ожерелье. А у джентльмена в напудренном парике между рёбер торчала рукоятка ножа, что, однако, совсем не мешало ему наслаждаться трапезой. И он как ни в чём не бывало болтал со своей соседкой, пухлой блондинкой в вечернем синем платье.

Стол, за которым сидела Фанни, был почти весь занят. Однако стул рядом с лордом Гельдерманом и место прямо напротив девочки оставались свободными. Только сейчас она заметила, что там парит тарелка с жареным мясом и овощами. Ждали кого-то ещё? Она огляделась, снова посмотрела на место напротив себя и заметила, как по тарелке лениво движется вилка. Вот она зависла в воздухе, и с неё постепенно пропал кусочек морковки. Потом вдруг поднялся в воздух бокал, чуть наклонился и бесшумно вернулся на прежнее место на столе.

«Видимо, это дух воздуха», – решила Фанни.

– Вот так и выживаем, молодой человек. Если бы мы не были сейчас заперты в этом измерении, то уже давно бы захватили власть, – донёсся до Фанни чей-то сердитый голос. Это был сосед Аластера, худощавый мужчина в двубортном твидовом костюме с седой копной волос и грушевидным лицом, которому, судя по всему, что-то очень не нравилось.

– Вот я уже больше ста лет обитаю в здании парламента, – с жаром рассказывал он. – Знаете, сколько я там повидал и послушал? Я бываю на всех секретных совещаниях и знаю, пожалуй, даже больше, чем сам господин премьер-министр. Но знает ли кто-нибудь там моё имя? – он фыркнул. – Разумеется, нет!..

Аластер молча покивал головой. Активно в разговоре он, судя по всему, и до этого не участвовал.

– Да вы вокруг оглянитесь! – воскликнул человечек с грушевидным лицом. – Здесь, вероятно, собрались те, кто знает самые важные государственные тайны во всей Англии. А вот их самих не знает никто… – он сокрушённо покачал головой. – Вот лорд Роузбаттон, он обитает в Вестминстерском аббатстве, – тут мужчина указал своим тоненьким указательным пальцем на пожилого джентльмена в расшитом золотом фраке, который только что сунул себе в рот сразу две картофелины и кусок жаркого. – А вон леди Кэтрин Дэшвуд из Букингемского дворца. Как видите, сэр Пакстон сделал хороший выбор.