Кристина Солт – Сознание (страница 3)

Вернувшись домой, она в каком-то отупении бродила по квартире. Мысли путались. Волков мертв. Следователь подозревает ее. А впереди еще четыре карты. Отшельник. Дьявол. Тройка Мечей. Смерть.

Не в силах больше сопротивляться дурному предчувствию, она достала шкатулку. Руки тряслись. Она знала, что не должна этого делать, но не могла остановиться.

«На кого я гадаю?» – пронеслось в голове. «На себя».

Она закрыла глаза, стасовала колоду и вытянула одну карту. Потом вторую, третью… пятую.

С замиранием сердца она перевернула их.

Башня. Отшельник. Дьявол. Тройка Мечей. Смерть.

Тот же самый расклад. До единой карты. Колода вынесла приговор не только Волкову. Она вынесла приговор и ей.

Глава 4. Отшельник

Осознание пришло не сразу. Сначала был шок, потом отрицание, потом – ледяная, всепоглощающая паника. Алиса сидела на полу перед разложенными на бархате картами, и мир сузился до этих пяти зловещих изображений.

Это не было предсказанием. Это был сценарий. План. И первый акт уже сыгран.

Она должна что-то делать. Бежать? Куда? Воронов велел не покидать город. Да и куда ей бежать в этом чужом мире? Обратиться в полицию? Рассказать Воронову, что ей выпали те же карты? Он решит, что она сошла с ума или пытается запутать следствие.

Ей нужен был кто-то, кому можно доверять. Но в этом мире у нее не было никого. Она была одна.

Отшельник.

Следующий день начался со странного звонка. Звонила «Марина-салон», судя по перепискам Лизы, владелица эзотерического магазина, где та закупала свечи и благовония. – Лиза, привет! Слушай, тут такое дело… Ты не могла бы пока ко мне не заходить? – Что? Почему? – не поняла Алиса. – Ну, ты же понимаешь… слухи по городу поползли. Про тебя и Волкова. Говорят, ты ему смерть нагадала. Клиенты нервничают. Да и я не хочу проблем с полицией. Ты уж извини, ничего личного.

Это был первый звоночек.

Потом позвонила «Света-йога». Отменила их встречу, сославшись на внезапную мигрень. Потом хозяйка квартиры, которой Лиза платила наличными, вдруг потребовала оплату за три месяца вперед, заявив, что «времена неспокойные».

К вечеру ее банковскую карту заблокировали. В банке ей туманно объяснили, что это связано с «проверкой по делу Волкова». Все ее немногочисленные сбережения, оставшиеся от Лизы, оказались заморожены.

Она оказалась в ловушке. Без денег, без друзей, под колпаком у полиции. Изолированная от мира. Карта Отшельника отыгрывала свою партию медленно, но верно, отрезая ее от всех связей, оставляя одну наедине со своим страхом.

На следующий день к ней снова пришел Воронов. На этот раз без вызова, без предупреждения. Он просто позвонил в дверь.

– Я могу войти? – это был не вопрос, а утверждение. Он прошел в комнату, огляделся. Его взгляд задержался на круглом столе. – Новые клиенты были? – Нет, – глухо ответила Алиса. – Слухи быстро распространяются. – Да, наш город – большая деревня, – он сел на тот же стул, что и в прошлый раз. – Я пришел не по делу. Точнее, не совсем. Я проверил ваши счета. Они заблокированы по моему распоряжению. – Зачем? – в голосе Алисы прозвучали злые нотки. – Чтобы я умерла с голоду, не дожидаясь вашей следующей карты? Воронов удивленно поднял бровь. – Моей карты? – Вашей… вашей… – она осеклась. – Неважно. Зачем вы это сделали? – Я же говорил, мы рассматриваем версию заказного убийства. Возможно, вам заплатили. Крупная сумма на счету была бы косвенной уликой. Пока там чисто. Но на всякий случай… – То есть вы лишили меня средств к существованию на всякий случай? – У вас есть наличные? – он проигнорировал ее возмущение. – Немного. На пару дней хватит. А потом что? Он помолчал, изучая ее лицо. В его взгляде промелькнуло что-то новое. Не просто скепсис, а… интерес? – Вы боитесь, Воронцова. И не полиции. Чего вы боитесь? Алиса горько усмехнулась. – А вы бы не боялись на моем месте? Мне выпал тот же расклад, что и Волкову. Первая карта уже сбылась. Вторая сбывается прямо сейчас. Вы сами помогаете ей сбываться, следователь. Вы делаете из меня Отшельника.

Воронов нахмурился, его лицо стало непроницаемым. – Прекратите этот мистический бред. Вы пытаетесь меня разжалобить или запутать? – Я пытаюсь выжить! – почти выкрикнула Алиса. Вся выдержка, которую она старательно копила, рухнула. – Вы мне не верите, я понимаю! Я сама бы не поверила! Я всю жизнь считала, что миром правит логика! Но я здесь, в этом чертовом городе, с этой проклятой колодой карт, и я вижу, как предсказание сбывается! И мне страшно. До ужаса страшно.

На ее глазах навернулись слезы. Слезы отчаяния и бессилия. Она быстро смахнула их. Она не позволит этому холодному следователю видеть ее слабость.

Воронов долго молчал. Он смотрел не на нее, а куда-то в сторону, на окно, за которым шумело море. – У меня было дело, – заговорил он тихо, и его голос изменился, стал глуше. – Пару лет назад. Одна такая же «одаренная», как вы, предсказала одной женщине, что ее муж ей изменяет и хочет ее убить, чтобы завладеть бизнесом. Предсказала в мельчайших деталях. Женщина поверила. И убила мужа. Превентивно. А потом выяснилось, что эта «одаренная» была любовницей того самого мужа. И они вместе разработали этот план, чтобы избавиться от жены и получить ее деньги. Только он не учел, что его любовница окажется хитрее. Она подставила их обоих. Его – под нож, жену – под статью. А сама исчезла с деньгами. С тех пор я не верю в предсказания. Я ищу мотив.

Он снова посмотрел на Алису. – Так какой у вас мотив, Елизавета? – У меня нет мотива! – ее голос звенел от обиды. – И я не Елизавета!

Она зажала рот рукой, но было поздно. Слово вылетело. Воронов медленно подался вперед. – Что вы сказали? – Ничего. Я… я просто не в себе от всего этого. Но он уже не слушал. Его взгляд стал острым как лезвие. – Кто вы? Молчание. – Я задал вопрос. Если вы не Елизавета Воронцова, то кто вы?

Алису затрясло. Рассказать ему правду? Правду о том, что она из другого мира? Он тут же вызовет санитаров. Но и молчать дальше было невозможно. Этот человек был единственным, кто мог ей помочь. Или посадить в тюрьму. Или в психушку.

– Вы все равно не поверите, – прошептала она. – А вы попробуйте. Удивите меня.

И она рассказала. Все. Про Москву, про работу, про блошиный рынок и старую колоду. Про вспышку света и пробуждение в чужой квартире. Про то, что она не имеет никакого отношения к Лизе Воронцовой, кроме внешности.

Она говорила сбивчиво, путано, ожидая, что он в любой момент рассмеется или вызовет подмогу. Но Воронов слушал молча, не перебивая, его лицо было абсолютно непроницаемым. Когда она закончила, он еще несколько минут сидел в тишине.

– Допустим, – наконец произнес он, и Алиса вздрогнула от неожиданности. – Допустим, на долю секунды я поверю в эту фантастическую историю. Что это меняет? – Все меняет! – воскликнула она. – У меня не было причин желать Волкову зла, я его в глаза не видела до того дня! У меня нет здесь связей, врагов, прошлого! Я чистый лист! – Или очень хорошо подготовленная легенда, – парировал он. – Вы понимаете, как это звучит со стороны? – Понимаю. Но это правда. Воронов встал и прошелся по комнате. – Хорошо. Я сделаю вот что. Я не буду вызывать врачей. Пока. Я проверю вашу историю. Если Лиза Воронцова действительно та, за кого себя выдает, у нее должно быть прошлое. Школа, институт, соседи, которые помнят ее ребенком. Я подниму архивы. А до тех пор…

Он остановился и посмотрел на нее. – …до тех пор вы под моей ответственностью. Раз уж я сделал вас «отшельником», я не могу оставить вас без средств.

Он вытащил из бумажника несколько крупных купюр и положил на стол. – Этого хватит на первое время. На продукты. Сидите дома и не высовывайтесь. И не прикасайтесь к своим картам. Если мне позвонят и скажут, что в городе случилось еще одно предсказанное несчастье, наш разговор пойдет совсем в другом русле. Ясно? Алиса кивнула, не в силах вымолвить ни слова. – И еще одно, – он уже стоял в дверях. – Мой номер у вас есть. Если произойдет что-то странное, звоните. В любое время.

Дверь за ним закрылась. Алиса подошла к столу и посмотрела на деньги. Он не поверил ей. Ни единому слову. Но он не сдал ее в психушку. И он дал ей денег. Почему? Из жалости? Или это был хитрый ход, чтобы держать ее на коротком поводке?

Она не знала. Но впервые за эти дни у нее появилось крошечное, призрачное ощущение, что она не совсем одна в своей борьбе. Даже если ее единственный союзник – это ее главный подозревающий.

Глава 5. Дьявол в деталях

Проверка Максима Воронова была тщательной и дотошной. Он поднял все архивы на Елизавету Воронцову. И они были безупречны. Свидетельство о рождении в Нижнеморске. Аттестат из местной школы. Диплом психолога заочного отделения столичного вуза. Никаких белых пятен. Соседи помнили тихую, замкнутую девочку, которая рано осталась сиротой – родители погибли в автокатастрофе. Она жила с бабушкой, которая и научила ее гадать на картах. После смерти бабушки Лиза стала жить одна. Все сходилось. Личность Елизаветы Воронцовой была реальной и подтвержденной.

История Алисы на этом фоне выглядела бредом сумасшедшей. Но Воронова что-то цепляло. Что-то в ее глазах. Тот неподдельный ужас, который он видел, когда она говорила о картах. И еще одна деталь. Он запросил ее отпечатки пальцев и прогнал по всем базам. Система не выдала ни одного совпадения. Словно человека с такими отпечатками не существовало. Это было странно. У Лизы Воронцовой, получавшей паспорт и диплом, должны были быть отпечатки в системе.