Кристина Пизанская – Книга о Граде женском (страница 37)
LXXXIX. О Пенелопе, жене Одиссея
«Древние книги повествуют о многих целомудренных и добродетельных язычницах. Пенелопа, жена царя Одиссея, отличалась добродетельностью, и среди многих ее достоинств самым похвальным было целомудрие. О ней упоминается во множестве историй, поскольку эта женщина, пока ее муж принимал участие в осаде Трои, которая длилась десять лет, вела себя очень благоразумно. Несмотря на то, что из-за ее великой красоты к ней сватались многие цари и властители, она никого не хотела слушать. Мудрая, рассудительная, благочестивая Пенелопа вела примерную жизнь. Даже после падения Трои она еще десять лет ждала своего мужа, когда все думали, что он погиб в морском путешествии, где могло случиться множество бедствий. Когда Одиссей вернулся, Пенелопу осаждал один царь, который силой хотел на ней жениться из-за ее великого целомудрия и доброты. Ее муж пришел, одетый странником, расспросил людей и возрадовался добрым вестям, которые он услышал о жене. Он также возликовал, увидев своего сына Телемаха, которого оставлял маленьким, а нашел взрослым».
Тогда я, Кристина, ответила ей: «Моя госпожа, если я верно вас понимаю, красота не была препятствием для этих женщин. А ведь многие мужчины говорят, что слишком трудно найти женщину, обладающую и красотой, и целомудрием одновременно».
Она ответила: «Те, кто так говорит, сильно ошибаются, поскольку были, есть и всегда будут прекрасные собой и целомудренные женщины».
XC. Здесь осуждают утверждающих, что едва ли красивые женщины бывают целомудренными. Говорится о Мариамне
— Мариамна[267] была еврейской женщиной, дочерью короля Аристобула, настолько прекрасной, что люди не только полагали, будто она превосходит красотой всех женщин, но считали ее скорее небесным и божественным созданием, чем живой женщиной. Когда ее портрет отправили правителю Антонию[268] в Египет, он восхитился ее красотой и назвал дочерью Юпитера, поскольку не мог поверить, что от смертных людей может родиться такая красавица. Несмотря на свою исключительную красоту и искушение покорить многих царей и правителей, эта женщина из-за великой добродетели и силе духа отринула их всех и снискала хвалу и уважение. Она заслуживает еще большей похвалы, поскольку ее замужество было исключительно несчастливым, так как она вышла замуж за Ирода Антипу, царя иудеев, человека очень жестокого, который даже убил ее брата. Из-за этого и по причине многих других жестокостей, причиненных ей, Мариамна возненавидела Ирода, но все равно не перестала быть женой достойной и целомудренной. Ей было известно и о приказе Ирода немедленно ее убить, если он умрет раньше нее, чтобы никто другой не завладел такой красотой.
XCI. Об Антонии, супруге Друза Тиберия
— Часто говорят, что красивой женщине труднее уберечься в кругу юношей и мужчин, жаждущих любовных утех, и не пасть, чем находиться внутри пламени и не сгореть. Однако хорошо умела защищаться прекрасная и добрая Антония[269], супруга Друза Тиберия, брата императора Нерона. Эта женщина, еще молодая и блиставшая исключительной красотой, овдовела, когда ее мужа Тиберия отравил его брат, отчего благородная Антония очень печалилась. Тогда она решила никогда больше не выходить замуж и вести целомудренную жизнь во вдовстве, и обет этот соблюдала всю свою жизнь так рьяно, что никакая другая языческая женщина не снискала большей похвалы за свое целомудрие. Это тем более похвально, говорит Боккаччо, поскольку она постоянно пребывала при дворе среди юношей, богато одетых и украшенных, красивых и привлекательных, живущих праздной жизнью. В течение всей ее жизни никто не оклеветал ее, не поставил ей в упрек легкомыслие, что, по мнению Боккаччо, достойно похвалы тем более, что она была родной дочерью Марка Антония, который, напротив, жил в разврате и похоти[270]. Но дурной пример не помешал ей остаться невредимой среди пламени, исполниться целомудрия не на короткий срок, а на всю жизнь до старости и смерти.
Я могла бы привести тебе множество примеров прекрасных собой и целомудренных женщин, живущих в обществе, и даже при дворе, в окружении юношей. В наше время, не сомневайся, их тоже предостаточно. Необходимо говорить об этом, чтобы заставить замолчать дурные языки. Но я не думаю, что в прошлом было столько злых языков, как сейчас, и что мужчины настолько же стремились злословить о женщинах, как сегодня. Уверяю, если бы эти добрые прекрасные женщины, о которых я тебе рассказала, жили бы в наше время, вместо похвал, которые им расточали древние, их бы предавали осуждению и порицанию из зависти.
Но возвращаясь к нашему предмету, могу назвать среди других добрых и целомудренных женщин, ведущих честную жизнь, даже вращаясь в самых светских кругах, в частности, благородную Сульпицию, о которой упоминает Валерий Максим. Она обладала исключительной красотой и все же среди всех римских женщин слыла самой целомудренной[271].
XCII. Речь против утверждающих, что женщинам приятно насилие. Даны примеры нескольких женщин, в первую очередь, Лукреции
Тогда я, Кристина, сказала так: «Госпожа моя, я охотно верю тому, что вы говорите, и твердо уверена в том, что много существует добрых, чистых женщин, которые умеют уберечь себя от козней искусителей. Поэтому меня сильно печалят и причиняют обиду слова мужчин о том, что женщины желают над собой насилия и с приязнью относятся к нему, даже если отрицают его вслух. Ведь едва ли я могу поверить, что им приятно такое великое зло и унижение».
Она ответила: «Не верь, дорогая подруга, в том, что целомудренным женщинам, ведущим добродетельную жизнь, доставляет удовольствие подвергаться насилию, напротив, это для них высшее горе. Истинность этого была доказана многими примерами, как, например, история Лукреции, знатнейшей римлянки, превосходившей в целомудрии всех женщин Рима, жены патриция по имени Тарквиний Коллатин[272]. Но другой — Тарквиний Гордый, сын царя Тарквиния, пылал сильной любовью к благородной Лукреции и не осмеливался ей в этом признаться, видя ее исключительное целомудрие. Отчаявшись добиться ее дарами или мольбами, он задумал заполучить ее хитростью. Он стал ближайшим другом ее мужа, стал вхож в их дом в любое время и однажды пришел туда, зная, что муж в отъезде. Женщина приняла его радушно, как величайшего друга своего мужа. Но Тарквиний, цель которого была совсем другой, вошел ночью в спальню Лукреции, отчего она сильно испугалась. Говоря кратко, он долго упрашивал ее, сулил дары, если она исполнит его желание, и увидел, что никакая мольба ее не трогает. Тогда он вынул меч и стал угрожать убить ее, если она скажет хоть слово и не согласится исполнить то, что он требует. Она же ответила, что предпочтет скорее умереть, чем согласиться. Тарквиний, видя, что ему не удается добиться желаемого, прибег к другой хитрости и сказал, что объявит публично, что застал ее с одним из слуг. Лукреция испугалась, думая, что его словам поверят люди, и поддалась силе. Но вынести этого великого бедствия она не смогла, и когда наступил день, послала за своим мужем, отцом и ближайшими родственниками, самыми могущественными в Риме, и с плачем и стенаниями поведала им о том, что с ней произошло. Пока ее муж и ее родные, видя ее раздавленной горем, утешали ее, она вынула нож, спрятанный под платьем, говоря: „Раз я запятнала себя грехом, то должна показать свою невиновность. Я не освобожусь от мучения, не перестану страдать, но отныне не будет опозоренная и обесчещенная жена жить по примеру Лукреции“. Сказав это, она с большой силой воткнула нож себе в грудь, упала замертво и скончалась на глазах у своего мужа и друзей. Все они, обезумев, напали на Тарквиния. Восстал весь Рим и изгнал царя прочь. Что касается его сына, то его убили бы, если нашли. С тех пор в Риме никогда не было царя. Из-за этого насилия, учиненного над Лукрецией, как некоторые говорят, был принят закон, по которому мужчина приговаривался к смерти за насилие над женщиной, и закон этот необходим, справедлив и свят».
XCIII. О царице Галатии
— Как раз об упомянутом рассказывает и история благородной царицы Галатии, супруги царя Ортиагонта[273]. Случилось так, что во времена, когда римляне совершали свои великие завоевания в чужих землях, царь Галатии потерпел поражение в битве и был захвачен римлянами в плен вместе с женой[274]. Когда их привели в лагерь, благородную царицу, прекрасную собой, скромную, добрую и целомудренную, возжелал один из военачальников римского войска, который сторожил царя и царицу. Он упрашивал ее и сулил богатые дары. Когда же он увидел, что она не внемлет его мольбам, то взял ее силой. Это оскорбление было таким тяжелым для женщины, что она не прекращала думать о мести. Она стала притворяться и ждать благоприятную возможность. Когда сообщили, что за царя и царицу принесли выкуп, она настояла на том, чтобы он был передан тому военачальнику, который их сторожил. Ему она сказала взвесить золото, чтобы лучше сосчитать его и не быть обманутым. Когда женщина увидела, что он собирался взвешивать золото и рядом с ним никого из его людей не было, она выхватила нож, ударила его в горло и убила. Она взяла его голову и, не обременяя никого, сама отнесла ее своему мужу, рассказала обо всем, что произошло и как она совершила отмщение[275].