Кристина Ло – Сорок с хвостиком или мечты сбываются (страница 5)

– Госпожа! – голос стал громче, и вдруг чья-то рука осторожно коснулась моего плеча.

Я резко вскочила, сердце бешено заколотилось. Десять лет жизни в одиночестве не прошли даром – чужие прикосновения теперь вызывали у меня животный страх. Передо мной стояла хрупкая девушка, не старше семнадцати. Ее пальцы дрожали, а глаза смотрели с опаской.

– Так ты та самая служанка? – спросила я, садясь на кровати и с наслаждением потягиваясь. Суставы приятно хрустнули после непривычно мягкого матраса.

Девушка закивала так усердно, что ее светлые локоны заплясали:

– Да, госпожа! Его Сиятельство распорядился, и дона Евангелия прислала меня. Я обучена всему – убирать, шить, даже прически благородным дамам делать! – она выпалила это на одном дыхании, словно боялась, что я ее прогоню.

– Успокойся, я не отказываюсь от тебя, – улыбнулась я. Девушка заметно расслабилась, ее плечи опустились. – Как тебя зовут?

– Юстиния, госпожа. – Это «госпожа» резало слух, как скрип ножа по стеклу.

– Зови меня Наталья Павловна, без церемоний.

Юстиния округлила глаза, будто я предложила ей украсть серебро:

– Как можно?! Вы же Элири! – она прошептала это слово с благоговением.

– Кто? – я нахмурилась. Может, здесь так называют гостей?

– Ну как же! – Девушка взмахнула руками, словно рисуя меня в воздухе. – Вы же гостья князя, и вы вся такая… – она замялась, подбирая слова, – непривычная. Элири сразу видно, госпожа.

Я оглядела себя, но не нашла ничего необычного – обычная женщина средних лет, если не считать странного одеяния из замкового одеяла. И вопросительно уставилась на девушку, мне почему-то казалось, что она не договаривает.

– И я слышала, как дона Евангелия шепталась с доной Марджи о вас, – покраснев, опустила она глаза.

Оставив Юстинию, я закуталась в одеяло и направилась в ванную. Грустно вздохнула, увидев свои еще мокрые вещи – придется походить в этом импровизированном хитоне.

Когда я вернулась, комната преобразилась: кровать аккуратно застелена, а на покрывале лежало… платье? Я осторожно подняла его. Ткань – нечто среднее между бархатом и шелком – приятно холодила пальцы. Цвет глубокого бордо напоминал старое вино. Рядом стояли туфли, похожие на балетки, но при примерке оказавшиеся невероятно удобными – мягкие, как тапочки, но с плотной подошвой.

– Это Его Светлость распорядился доставить, – тут же затараторила Юстиния. – Оно недорогое и вас ни к чему не обязывает! – добавила она с какой-то странной настойчивостью.

Я покосилась на девушку. «И кому придет в голову, что молодой красавец-князь может интересоваться женщиной, которая годится ему… ну если не в матери, то уж точно в старшие сестры?» – подумала я. Хотя, судя по всему, в этом мире царило махровое средневековье, приправленное магией и крупицами цивилизации. Кто знает, какие тут нравы?

К моему удивлению, платье оказалось вполне удобным – никаких душащих корсетов, которые так любили в нашем историческом прошлом. Застежки спереди позволили мне одеться самостоятельно, хотя Юстиния буквально танцевала вокруг меня, с тоской поглядывая на шнуровку. Ее обиженная гримаса напоминала щенка, у которого отобрали любимую игрушку.

«Прости, девочка, – мысленно извинилась я, – но десять лет самостоятельной жизни не проходят даром».

– Госпожа, – служанка сделала изящный реверанс, – Его Сиятельство просил проводить вас в малую столовую.

– Тогда веди, – кивнула я.

Замок оказался настоящим лабиринтом. Мы шли бесконечными коридорами, поднимались по винтовым лестницам, проходили через несколько арочных переходов. Мои легкие, привыкшие к лифтам и коротким дорогам от метро до дома, начали предательски пошаливать. Когда наконец показались резные двери столовой, я с трудом сдерживала одышку.

«Подожди, – жестом остановила я Юстинию, опираясь о холодную каменную стену. – Дайте мне… минуту».

Служанка тревожно забегала глазами:

– Мы уже опаздываем, госпожа…

«Прекрасно, – подумала я, делая глубокие вдохи. – Первое впечатление я уже произвела вчерашним обмороком. Теперь вот опоздание и запыхавшаяся развалюха».

– Помоги мне, пожалуйста, поправить косу, – попросила я, поворачиваясь к Юстинии. – Не могу же я предстать перед князем с растрепанными волосами.

Пока ее ловкие пальцы поправляли прическу, я вспоминала дыхательные упражнения из давно забытых уроков йоги. «Вдох через нос… выдох через рот…» Власть имущие не любят ждать – это универсальная истина для всех миров. А терять расположение Мироэля из-за такой ерунды было бы глупо.

– Готово? – спросила я, когда сердце наконец перестало колотиться как сумасшедшее.

Юстиния кивнула, и я, расправив плечи, приготовилась встретить новые испытания – будь то странные обычаи, неудобные вопросы или просто слишком пышный завтрак.

Глава 4

Как я и предполагала, просторная столовая уже была полна гостей. Высокие сводчатые потолки, украшенные фресками с охотничьими сценами, словно нависали над нами, а свет массивных хрустальных люстр дробился в позолоченных канделябрах, отбрасывая на стены причудливые тени. В воздухе витал густой аромат жареного мяса, пряных трав и дорогого вина, смешиваясь с тонкими нотами дамских духов.

Гостей собралось около десятка – в основном мужчины, чьи мощные фигуры в расшитых камзолах и кожаных дублетах выдавали в них воинов или знатных лордов. Но среди этого моря мужественных лиц выделялись две ослепительные женские фигуры. Их пышные платья – одно, цвета морской волны, переливалось, как глубина северного озера, другое, алое, пылало, словно закатный огонь, – шуршали тяжелым шелком при каждом движении, подчеркивая безупречную бледность кожи и яркость глаз. Сложные прически, увенчанные диадемами и жемчужными нитями, сверкали в свете люстр, но, если честно, обилие украшений делало их похожими на наряженные рождественские елки.

При моем появлении в дверях разговор стих, и все мужчины как по команде встали. Князь, с привычной ему холодной невозмутимостью, сделал шаг вперед, но рядом с ним двинулся и тот самый воин из леса – высокий, с хищной осанкой, чьи темные волосы были собраны в небрежный хвост, а шрам через бровь придавал лицу опасную выразительность. Тот самый, что забрал у меня щенка-оборотня.

Когда они приблизились, высокий мужчина внезапно опустился на одно колено. Удар его кулака о каменный пол гулко разнесся по залу, заставив пару гостей невольно отпрянуть, а я едва сдержала дрожь. А следом исчезли все звуки, и только голос оборотня, словно усиленный, раздался в этой неестественной тишине.

– Я, Дарус Вольский, глава Северного клана Черных Оборотней… – его голос, низкий и глухой, будто рокот далекой грозы, заставил дрогнуть даже воздух. – Благодарю тебя за спасение моего ребенка.

Он поднял голову, и в его глазах – темных, как ночной лес, – вспыхнул дикий янтарный свет.

– Мой клан никогда не забудет этого. Отныне я обязан тебе жизнью. Каждый волк моего клана придет тебе на помощь, где бы ты ни была. Каждый исполнит твою просьбу или желание – чего бы ты ни пожелала…

Он сделал едва заметную паузу, и его взгляд на миг скользнул к князю, будто давая понять, что между ними уже было какое-то соглашение.

– Кроме вреда мне, моему клану или моим союзникам. Да будет так, пока долг не будет возвращен. Слово мое нерушимо, и пусть Финрэ покарает меня, если я нарушу клятву.

Последние слова прозвучали как заклинание, и на мгновение мне показалось, что тени в зале сгустились, будто сама древняя магия вняла его обету.

Когда он закончил, в воздухе повисло напряженное молчание. И вдруг странный серебристый туман сгустился вокруг мужчины. Он стелился по полу, как живой, обвивая его ноги, поднимаясь выше, к рукам, сжимающим рукоять меча. Туман мерцал, словно состоял из тысяч микроскопических звезд, и с каждым мгновением все явственнее впитывался в его кожу, оставляя на ней призрачные переливы.

Мне стало жутко. Ладони вспотели, а в груди защемило – будто кто-то сжал сердце в ледяном кулаке. Все это выглядело слишком неестественно. Такое можно было объяснить только спецэффектами: проектором, голограммой. Я растерянно оглядела зал, ища скрытые лампы, провода, хоть что-то рациональное. Но старинные стены хранили лишь тени, а лица гостей отражали не страх, а… почтительное ожидание.

– Госпожа Наталья…

Мироэль, стоявший рядом, наклонился так близко, что его шепот коснулся моего уха, теплый и настойчивый:

– Скажите "принимаю".

Его голос звучал тихо, но с той ноткой требовательности, что не оставляла места для вопросов.

– Принимаю, – автоматически вырвалось у меня.

Я еще не знала, что в этом мире клятвы, произнесенные под сенью древней магии, имеют силу, а слова иной раз имеют слишком большое значение.

Как только слова сорвались с моих губ, оба мужчины – князь и оборотень – грациозно подхватили меня под руки и повели к столу. Краем глаза я заметила, что во время клятвы встали даже те две дамы, которые первоначально оставались сидеть. Их взгляды буквально прожигали мне спину. "Интересненько," – подумала я, чувствуя, как по спине пробежали мурашки.

Когда мы приблизились к огромному дубовому столу, Мироэль начал церемонию представления:

– Госпожа Наталья, – он произнес мое имя с особой торжественностью. Я неуверенно кивнула, надеясь, что этот жест уместен в местном этикете. Судя по отсутствию реакции князя, моя импровизация прошла успешно.