Кристиан Жак – Убитая пирамида (страница 44)
— Я хочу есть.
— Потом разберемся. Истинный воин способен биться, даже когда его силы на исходе.
Наемник отвел Сути на опушку леса и дал тяжеленный лук. Спереди деревянная дуга была отделана костяными накладками, с тыльной стороны — корой. Тетива — бычья жила, покрытая льняными волокнами — была закреплена узлами с обеих сторон.
— Мишень в шестидесяти метрах, на дубе прямо перед тобой. У тебя две стрелы, чтобы в нее попасть.
Натягивая лук, Сути подумал, что мышцы спины вот-вот порвутся. Перед глазами заплясали черные точки. Сохранить натяжение, вставить стрелу, прицелиться, забыть о том, что поставлено на карту, сосредоточиться на мишени, стать луком и стрелой, взлететь в воздух, вонзиться в середину ствола.
Он закрыл глаза и выстрелил.
Наемник сделал несколько шагов вперед.
— Почти в центр.
Сути взял вторую стрелу, снова натянул лук и прицелился в солдата.
— Ты неосторожен.
Наемник выпустил из рук меч.
— Я говорю правду, — твердо сказал Сути.
— Да ладно, ладно!
Молодой человек выпустил вторую стрелу. Она вонзилась в мишень чуть правее предыдущей. Солдат вздохнул.
— Кто тебя научил так стрелять?
— Это талант.
— К речке, солдат! Мыться, одеваться и завтракать.
Вооруженный своим любимым луком из акации, снабженный сапогами, шерстяным плащом и ножом, досыта накормленный, умытый и умащенный благовониями, Сути предстал перед офицером, командовавшим сотней пехотинцев. На сей раз его рассказ был выслушан внимательно и на его основе составлен рапорт.
— Мы отрезаны от основных сил и от полководца Ашера. Он со своим элитным отрядом стоит лагерем в трех днях ходьбы отсюда. Я пошлю двух гонцов на юг, чтобы основное войско поспешило.
— Мятеж?
— Объединились два азиатских царька, иранское племя и бедуины. Возглавляет их ливийский изгнанник Адафи. Он мнит себя пророком бога-мстителя и мечтает сокрушить Египет и взойти на трон Рамсеса. Для одних — просто кукла, для других — опасный безумец. Он любит наносить удар внезапно, не считаясь ни с какими соглашениями. Если остаться здесь, нас перебьют: между Ашером и нами — хорошо укрепленная крепость. Придется взять ее приступом.
— А колесницы у нас есть?
— Нет, зато много лестниц и осадная башня на колесах. Нам как раз недоставало первоклассного лучника.
Не десять и не сто раз Пазаир порывался заговорить с ней. А на деле лишь поднял старика, отнес его под пальму, где было поменьше ветра и солнца, вычистил его дом и помог Нефрет. Он ждал какого-нибудь знака неодобрения, хоть тени упрека в глазах. Но она была поглощена работой и казалась безучастной ко всему остальному.
Накануне судья побывал у Кани и узнал, что его розыски не дали никакого результата. Между тем, соблюдая осторожность, садовник обошел большинство селений и беседовал с десятками крестьян и ремесленников. Никаких следов ветерана, вернувшегося из Мемфиса. Если этот человек и жил на западном берегу, он тщательно скрывался.
— Дней через десять Кани принесет вам первую партию лекарственных растений.
— Управитель селения предоставил мне заброшенный дом на краю пустыни; сделаем из него лечебницу.
— А вода?
— В самое ближайшее время подведут канал.
— А ваше жилище?
— Маленькое, но опрятное и уютное.
— Вчера Мемфис, а нынче эта дыра.
— Зато здесь у меня нет врагов. А там все время как на войне.
— Небамон не вечно будет возглавлять корпорацию лекарей.
— Это решит судьба.
— Вы вновь займете достойное положение.
— Какая разница? Да, забыла вас спросить, как ваш насморк?
— Весенний ветер мне не на пользу.
— Придется снова сделать ингаляцию.
Пазаир подчинился. Ему нравилось смотреть, как она смешивает лекарства, как готовит дезинфицирующую массу, раскладывает ее на камне, а потом накрывает горшком с дыркой. Любое ее движение доставляло ему удовольствие.
Комната судьи была перевернута вверх дном. Даже москитные сетки были сорваны, скомканы и брошены на деревянный пол. Все содержимое дорожной сумки высыпано, таблички и свитки разбросаны повсюду, циновки растоптаны, набедренная повязка, туника и плащ порваны.
Пазаир встал на колени в поисках какой-нибудь улики.
Но взломщик не оставил следов.
Судья подал жалобу тучному чиновнику, тот дивился и возмущался.
— Есть подозрения?
— Не осмеливаюсь их высказать,
— Прошу вас!
— За мной следили.
— Вы определили, кто именно?
— Нет.
— Описание?
— Невозможно.
— Жаль. Мне нелегко будет расследовать.
— Понимаю.
— Как и все остальные управления стражи в нашем районе, я получил адресованное вам послание. Ваш секретарь вас повсюду разыскивает.
— Зачем?
— Не уточняется. Он просит, чтобы вы как можно скорее вернулись в Мемфис. Когда вы отправитесь в путь?
— Ну… завтра.
— Вам нужна охрана?
— Мне достаточно Кема.
— Как пожелаете, но будьте осторожны.
— Кто посягнет на судью?