Кристиан Бэд – «Персефона». Дорога в ад 2 (страница 8)

Капитан оживился. Это было очень хорошее известие. Искать в конкретном месте — это уже не «пойди туда, не знаю куда».

— Слушай, Виллим, — спросил он то, что мучило уже не первый день. (Без лишних ушей они давно были на «ты».) — А чьё оно, это оружие — наше или экзотское?

— Наше, конечно, — удивился генерал.

— И оно сыграло решающую роль в войне, так? Но войну-то выиграли экзоты! Мы же — так, постоять рядом вышли.

— Ну, формально — ты прав, — согласился Мерис. — Но на деле — эрцоги воевали не просто своими узлами и линиями. Но и нами. Как пешками на доске. А вот оружие было в основном наше. Экзоты больше по биологическому тогда упирались. По тем же борусам.

— Значит, имперское? — ещё раз уточнил капитан. — Ну и как мы его тогда потеряли?

— А вот ты представь картинку, — генерал положил на стол дымящуюся палочку. — Огромная система, девять планет, десятки только естественных спутников. Единого руководства нет, только эрцоги чем-то там рулят в своей бессознанке. Представил?

Капитан кивнул.

— Сражались тогда всем, чем только можно, — продолжал генерал. — Наши — на коленке делали и вбрасывали то одно, то другое. Экспериментальных моментов было много, ведь никто не знал, что сработает. А потом Меркурий, где было основное гнездо машин, полыхнул, словно у него рвануло ядро.

— Уничтожили?

— Нет. Но поверхность выгорела вся, по типу, как на Дайяре, где в это время тоже были наши войска. Там лупили по планете светочастотным, тут — вообще не понять, какой хренью. Итог один — выжженная земля.

Генерал Мерис вздохнул и затушил палочку кхарги. Неужели и тут была имитация курения? Вот же жук!

— В общем, про Меркурий, — выдохнул он остатки дыма. — Ему на орбиту сунули какую-то опытную установку. Её сделали рабочие с рудных астероидов. И речь, вроде, шла только о скрытом наблюдении за машинами. Но бригада, которая её обслуживала, чего-то там сотворила такого, что Меркурий накрылся, а с ним — миллионы «собак» и основные заводы по производству живого железа. Думаю, это было вообще не оружие, а какая-то хтонь для терраформирования. Разберёмся. Зато теперь понятно, что и где вам надо искать. Хреновина эта вроде как всё ещё болтается на орбите. Северяне к ней и рвались.

— А хаттские недобитки откуда взялись в системе Кога?

— Пока не понятно.

— Допросить «собак» не сумели?

— Сумели, — генерал опять взялся за палочку и стал крутить её в пальцах. — Утверждают, что тоже с Меркурия. Бред какой-то. Там не Меркурий — одна головёшка.

— А Хаген что говорит?

— Он уверен, что машин на Меркурии нет.

— Хреново.

— А то. Но я в тебя верю. Главное, чтобы экзоты тебе не мешали. С Линнервальдом командующий уже переговорил. Регент посетит тебя вечером, сейчас он помогает в реабилитации команды. Хреново у них на «Мирном». Но возвращаться они не хотят. Локьё — рвёт и мечет.

Капитан почесал бровь. Мерису удалось его удивить. Линнервальд был истником, и он мог при необходимости работать как психотехник. Но возиться с командой «Мирного»?

— Ну, всё, — генерал посмотрел на браслет. — Документы будут попозже, связисты ещё работают. Иди в свою столовую.

— Всё-то ты про меня знаешь, — усмехнулся капитан, но Мерис уже отключился, и экран посветлел, заливая поверх его лица картинку с берёзами.

Кэп в полной задумчивости зашагал в столовую, проскочил мимо двери, вернулся.

Млич помахал рукой от дальнего столика — он уже давно там скучал.

На столе перед ним стояла закуска из красных креветок с Ла-Анамели и зелёный салат с родной корабельной «дачи».

— Сказал что-нибудь интересное? — Млич знал, что вызов был от генерала Мериса.

— Сказал, — кивнул капитан. — И документы сбросит. Скоро развлечёмся, я думаю. Но теперь хотя бы ясно, куда конкретно мы направляемся и что будем искать.

— И порядок наконец есть, — кивнул Млич.

Расспрашивать он не стал, нужно было сначала поесть спокойно.

— Я тут, от скуки, мясо какое-то незнакомое заказал, — объяснил он пустоту на столе. — Тебе и себе. Долгий какой-то рецепт. 27 минут тебя жду. Но вон уже, кажется, и несут.

Мясо оказалось здоровенными сочными круглыми стейками — во всю тарелку.

Это ж какая здоровенная должна быть животина, чтобы вырезать такой ровный и толстый кусок? Как по циркулю…

Капитан вдруг насторожился, что-то скребануло у него в памяти. Но тут он увидел входящего в столовую Дерена.

Млич тут же привстал, подзывая пилота.

— Ну что? — спросил он и глянул на браслет — все ли маячки на месте. — Выловили?

— Всё в порядке, — улыбнулся Дерен. — Всех вернули, догнали. Всё штатно.

Пилот не хотел отрывать капитана от еды и грузить проблемами. Однако кэп уже и сам кое-что вспомнил и отложил вилку.

— Ты зачем Туссекса взял? — спросил он, сдвигая брови. — Он у нас на пенсии, на правах инструктора.

— Виноват, господин капитан, — сразу же сдался Дерен. — Мне трудно было организовать шесть шлюпок за пару минут.

— А если б угробил? Или Леер бы плохо себя показал? Он же северянин.

— По итогу Леер показал себя как раз хорошо, — спокойно ответил Дерен. — Даже очень хорошо. Я ведь не сразу сообразил связь вырубить, ему пришлось хуже всех. У них на Севере облучают по полной. Хороший парнишка, если закусится. А насчёт Туссекса — медики сказали, что полет он перенёс нормально. Даже наоборот — воодушевился и согласен на ревитализацию. Он же списал себя сам — не стал в капсулу ложиться. А тут увидел, что нужен, и начмед его уговорил. Куда, мол, без тебя эта криворукая молодёжь? Он и поверил.

Туссекс как огня боялся ревитализации — это когда удаляли магистральные сосуды и выращивали их заново.

Капитан не смог его уговорить. Но и списать — рука не поднималась. А если он таким манером сам вдруг уговорился — то это дело хорошее.

Повезло Дерену. Ладно…

— А Рэмка почему в медотсеке? — строго спросил кэп, глянув на браслет.

— Ерунда. Вырубил компенсаторы во время манёвра, — пояснил Дерен. — Медик прописал сосудистую терапию. Это дня на два-три. Я посмотрел — мелкие сосуды полопались, конечно, но ничего серьёзного. А вот Бо у него в боксе, похоже, на эти два дня прописался.

— С ним-то порядок?

— Да вы кушайте, господин капитан, — попросил Дерен. — Всё там в порядке. Но Бо уже по одним полётным кривым — сразу просёк, что Рэмка его спасал. Дарам тут хватился своего блудного хатта, а они в реаниматорской головидео смотрят. Бестселлер какой-то про космос. Два пацана.

Капитан фыркнул, поднёс наконец вилку ко рту и замер.

— Это что? — спросил он, внимательно разглядывая сочный, хорошо прожаренный, истекающий соком стейк. Идеально ровный и круглый.

От него всё ещё шёл аппетитный парок.

Млич молча показал большой палец.

— Господин капитан, пробуйте. Это отличное мясо! — широко улыбнулся официант, подскакивая в полной боевой готовности — с полотенчиком через локоть.

— Да мясо-то отличное, я верю, — сказал кэп с угрозой в голосе.

Он вырос на планете-ферме. Его родители всю жизнь разводили зомоящеров, один из которых пожертвовал на стейк кусок круглой мышцы. Есть у него такая.

В детстве капитан сам сопровождал контейнеры с мясом зому для продажи и знал, что стоит один такой стейк не меньше тысячи эрго.

И на Севере, и на Юге галактики очень ценили мясо травоядных ящериц-переростков, выведенных из местных видов и рептилий Земли.

Оно было нежным, мягким, сочным, содержало все нужные человеку аминокислоты и необходимые для переваривания энзимы, которые начинали работать при правильной разморозке деликатеса.

Брикет такого мяса — а на крейсер его закупают именно брикетами весом в несколько тонн — стоил непомерных каких-то денег. Пару сотен тысяч, не меньше. От смерти, что ли, решили отъедаться на крейсере?

— У нас и хвосты есть, господин капитан, — продолжал разливаться соловьём официант.

Он ещё не понял, что его сейчас будут убивать медленно. И может быть, даже жарить.

— Хвосты-ы-ы… — протянул капитан. (Счёт пошёл уже не на тысячи, а на миллионы.) — А накладные вам кто подписывал? — вкрадчиво начал он. — На хвосты? Где главный повар? Может, просроченный какой-то товар? По дешёвке взяли?

— Да они отличные! Не сомневайтесь! — выдал себя с головой официант.