Кристиан Бэд – «Персефона». Дорога в ад 2 (страница 9)

Стало понятно, что к закупкам он никакого отношения не имел.

— Я и не сомневаюсь, — сказал кэп. — Повара сюда!

Повар решил, что «Персефона» отправилась в последний путь? Мол, гори всё огнём? Персики эти «земные». Теперь вот — хвосты зому.

Самое лучшее мясо зому — это его хвост, редкий и бешено дорогой деликатес. Чтобы обеспечить хвостами даже офицерскую столовую…

Млич в разборе хвостов и копыт не участвовал — он наворачивал мясо. И когда прибежал запыхавшийся повар, зааплодировал ему.

— У вас не прожаренный стейк? — кинулся повар к капитану, грозно зыркая на преступника-официанта.

— Прожаренный. Кто накладные подписывал? — мрачно спросил капитан.

Повар замялся.

— Да не было накладных. Но я проверял, мясо — отличное…

— Не было накладных? Где вы взяли это мясо? Ограбили какого-то фермера? У меня что, уже кухня втихаря каперством промышляет?

Капитан не мог сейчас продуцировать психический накат — он очень устал. Однако повару хватило и обвинения — он побледнел и осел на стул.

— Мясо нам десантники привезли, — признался официант. — Рэмку доставили с Асконы. И мясо тоже. Сорок тонн. В подарок. Все бумаги на него в порядке, кроме накладных. Эрго они не взяли.

— Просто привезли? — не понял капитан. — Сорок тонн?

— Сказали, что раздобыли где-то случайно. Они иногда что-то подкидывают, господин капитан. Обычное дело. То персики…

Тут Дерен так широко улыбнулся, что кэп уставился уже на него.

— Ну и чего ты ржёшь? — спросил он.

— Мне кажется, я разгадал эту загадку.

— Ну?

— Ну если вы отпустите повара…

— Ты со мной торгуешься?

Дерен шутливо развёл руками.

— Можете идти, — вздохнул капитан, махнув бойцам кухни рукой. — Ну?

— Я думаю, это подарок не от десанта, а от одного вашего хорошего знакомого.

— С Асконы? Но от кого?

— На Асконе, в доме регентши, знали, что Рэм любит и компот, и мясо зому, — улыбнулся Дерен. — Он вообще любит поесть и не особенно об этом молчит. Сначала нам закинули персиков, чтобы проверить — пройдёт ли с нашей кухней такой финт. Он прошёл. И тогда привезли уже основной подарок.

— Это регентша, что ли, расстаралась?

— При всём уважении, таких средств у неё нет.

— А кто?

— Когда наследница дома Оникса обрела цвет и стала Источником, у дома сменился регент. И опекунша наследницы смогла наконец выйти замуж за главу Торгового Альянса, Рюка Хилинга. И вот он — человек и богатый, и благодарный.

Капитан задумчиво посмотрел на мясо. Да, для главы Торгового Альянса — подарок был вполне по карману.

— Придётся отблагодарить! — вздохнул он и вонзил в отбивную сразу и нож, и вилку. — А как?

— Можно привезти ему какую-нибудь безделушку с Земли, — подсказал Дерен. — Он — полукровка. Артефакт с колыбели человечества может перекрыть этот недостаток в биографии.

— Ах ты, интриган! — фыркнул кэп. — Качаешь меня за Альянс? Попортили тебя на Асконе!

Давясь от смеха, он взялся за остывшее мясо.

Дерен попросил принести салат, есть ему не хотелось совершенно. Он думал про Рэмку и Бо.

Когда пилоты сумели «оседлать» шлюпку Итона, и стало понятно, как действовать дальше — Бо продолжал разгоняться.

То ли был программный сбой навигационной машины, то ли он сам врубил движок в режим форсажа, но скорость его шлюпки росла. И возникла опасность, что хатт неконтролируемо уйдёт в зону Метью раньше, чем парни сумеют его догнать.

А потом Эмор вдруг очухался сам. Маячок его возник в чате, и шлюпка начала тормозить.

Парни обрадовались, заорали по связи. И Эмор сообщил, заикаясь, что в какой-то момент у него в голове словно бы что-то щёлкнуло, и он услышал голоса своих.

Дерен понимал, что там могло «щёлкнуть». «Шум» погасил работу сознания, но подсознание продолжало метаться и, стимулированное перекличкой шлюпок в эфире, всё-таки достучалось до хозяина.

Рэмка же, решив, что можно достучаться и до хатта, просто «порвал» эфир. Он нёсся за Бо, что-то орал ему, даже пел.

Дерен понимал, что у машины — нет подсознания и ничего там щёлкнуть не может, но…

Бо всё-таки как-то пришёл в себя.

И вставал интересный вопрос: а машина ли он вообще?

Глава 39

Убежище. «Братство щенков»

Свет закатного солнца подрастерял в атмосфере свой синий спектр, и небо пошло розовыми полосами.

Пора было искать укрытие на ночь, а до города ещё пилить и пилить. И тут, понимаешь, аборигены повылазили…

Рао оскалился в улыбке и отпустил плечо парня в белом комбинезоне, которого тощий пацан в шортах назвал «тюхля».

Парень, с виду совершенно взрослый, лет, может быть, тридцати или вроде того, беспомощно заморгал, попятился, замер.

А потом вдруг дёрнулся — словно перезагрузился. И механически зашагал по тропинке к следующему камню.

— Это — биологическая машина? — потрясённо спросил Эберхард. — Мясной робот?

— Чё? — удивлённо вытаращился пацан в шортах.

Он был грязный, недокормленный. Волосы, обрезанные вкривь и вкось, торчали неаккуратными патлами. Рубаха была в пятнах, а карманы шортов из грубой материи так вызывающе оттянуты, словно он пихал туда половинки кирпичей.

Лет пацану могло быть и четырнадцать, и семнадцать — из-за худобы было не разобрать. Коленки ободраны, ноги в синяках. Руки до самых запястий закрывали рукава клетчатой рубашки и непонятно было, есть у него там «окошечки» или нету?

— А вы сами-то — чьих будете? — Пацан так едко и бесцеремонно уставился на незваных гостей, что, казалось, он расчленяет их тела глазами и выкидывает лишние руки-ноги в мусорную корзину.

— А ты не видишь? — нахмурился Рао. — Люди мы. Нормальные люди. Обычные.

— Если вы и люди, то не обычные, а странные! — подвёл итог своих наблюдений пацан. — И одёжа на вас странная! И слова! Колитесь уже — кто вы такие?

— Я тебя первым спросил! — оскорбился Рао. Он и за меньшее хамство вызвал бы чужака на дуэль, будь они на родной Гране. — Немедленно отвечай! И тогда мы тоже представимся. Может быть.

Тощий пацан не испугался угрозы в голосе Рао.

Он состроил презрительную рожицу, сунул руки в свои слишком объёмистые карманы, сгорбился и сплюнул на землю.

— Я-то — понятно «кто», — сказал он с вызовом. — А вот ты… И эти твои… Они у тебя говорить-то вообще умеют? Клоны, что ли?

Лес и Эберхард, молчавшие всё это время, и в самом деле были немного похожи на клонов.

Белолицые, одетые в одинаковые новенькие комбинезоны. Только Эберхард был блондином с длинными волосами, а Лес — рыжеватым и довольно коротко стриженным. Для будущего эрцога, конечно.

Рао посмотрел на друзей оценивающе и фыркнул — одно слово — наследники.

Вот он отличался, да. И потёртым комбезом, и небольшим для аристократов Содружества ростом, и острыми чертами смуглого лица, и чёрными как смоль волосами. Не спутаешь.