Кристиан Бэд – «Персефона». Дорога в ад 2 (страница 71)

— С чего ты это взял? — неискренне удивился он и вернулся к раскручиванию пульта.

— А потому ты пушку отключил, — враз «срезал» его Кирш своей проницательностью. — А она сильная. Значит, сопротивляться бесполезно, да?

Вений прекратил работу, отогнул бороду и почесал шею. Посмотрел на оживлённые физиономии щенков. Вздохнул.

— А ну, брысь отсюда, умник! — прикрикнул он на Кирша. — Пушку — это я для другого. Старая она, развалится, если чужой кто полезет. Да и не будем мы больше стрелять. Тебе же сказали, что это свои?

— Значит, не убьют? — Кирша, похоже, только это и волновало.

— А ты смерти боишься? — удивился Белок и сел в ложементе. — С чего это вдруг? Что ты о ней знаешь?

Кирш замялся.

— Больно, наверное, будет, — сказал он, поёжившись.

— Да ну! — рассмеялся Вячер. — Просто темно. Как будто энергия кончилась. Пуффф! И нету тебя! Только темнота!

— А я там один останусь? В темноте? — нахмурился Кирш.

Лес обернулся и окинул взглядом его лохматую шевелюру, грязные коленки, коротко до самого мяса обрезанные ногти.

— Мы и сейчас в темноте, не бойся, — сказал он.

Голос наследника дома Сапфира зазвучал вдруг странно, угрожая разбиться или разбить этот мир, недостойный и грубый. Чтобы потом из кусочков можно было сложить новый мир.

Вений нервно оглянулся и сделал рукой жест, словно отмахивался от невидимой птицы. Белок, как раз глотнувший воды, подавился и вытаращил глаза, боясь закашляться. Только Вячер, открывший пластиковую читалку, не замечал повисшего в пультовой напряжения, погрузившись уже в какой-то роман.

Лес широко улыбнулся. Его глаза стали прозрачными, словно сапфиры в воде. Он смотрел и не видел, не замечая, как пугает всех этот странный взгляд.

— Да и темноты на самом деле никакой нет, — прошептал он. — Есть линии. Линии вселенской паутины. Они тянутся через миры, завязываются сияющими узлами. Закрой глаза? И ты их увидишь!

Кирш, не в силах отвести взгляда от физиономии Леса, затряс головой.

Он смотрел не моргая, словно это по воле наследника мир могли проткнуть сейчас сияющие паутинки. И стоило Киршу моргнуть, как они прошили бы и его самого.

— Лес! — заорал Эберхард. Щенки были погружены в войну. — Смотри! Ну смотри же, хэдова бездна!

Лесард повернулся, и иллюзия стеклянного мира рухнула, обнажив бытовое и серое нутро пультовой. Но она не исчезла совсем. Весь ближний космос мерцал теперь от пыли.

Пыль была вездесущей, сияющей. Наверное, она осталась от уничтоженных «собак», но почему же она закручивалась вокруг поверженного крейсера, словно нарождалась маленькая галактика?

— Наши победили, — сказал Рао с самодовольством в голосе. — И похоже, теперь они летят к нам!

— Да ну, — не согласился Эберхард. — Неужели нас так быстро вычислили?

— Нас уже давным-давно вычислили, — поморщился Вений и потеребил бороду. — Просто им было не до всякой пузатой мелочи. А тут, наверное, вспомнили. Да и близко мы тут от «собак».

Первый и Второй, словно почуяв что-то, завозились в своём углу.

— Точно! К нам летят, — сказал Рао.

Он наблюдал за шлюпкой. Она шла на предельной скорости, но не на антивеществе, а на жидком топливе. Это было понятно по тому, как мощно двигатели сбрасывали раскалённый газ.

Топливо давало возможность быстрее гасить скорость, а значит, шлюпка и в самом деле планировала опуститься на астероид.

Кирш подошёл к Рао и встал рядом. Пилот, живущий у него внутри, победил, и любопытство вытеснило страх.

— Жуткие они, эти «ваши», — сказал он. — А вот корабли у вас — красивые. Как комета летит. С хвостом.

— Вообще-то — это не корабль, а шлюпка. А хвост — значит, на атмосферных двигателях, — пояснил Рао. — В космосе на топливе летать расточительно. Но, видно, очень торопятся.

— Неужели топливо — это быстрее плазмы? — удивился Кирш.

Ашшесть тоже не выдержал. Подкрался тихонько и втиснулся рядом.

— На дальних расстояниях — конечно, нет… — Рао рассказывал охотно, он любил благодарных слушателей. — Но тут у нас ситуация близка к атмосферной. У астероида есть искусственная сила тяжести. Она раза в два меньше привычной, вон Белоку как хорошо с его больными ногами, но уже по одной гравитации нас давно должны были вычислить.

— Не должны! — перебил Вений. — Тут куча заброшенных баз. И на многих гравимассеры ещё пашут себе потихоньку. Техника-то дешёвая, кто бы её демонтировал? А ещё тут есть объекты с аномальной массой, когда размера почти что нету, а гравитация огромная. Так что тут мы как раз надеялись проскочить… А вот…

Он замолчал и грустно посмотрел на пульт.

Шлюпка заложила вираж, одновременно гася скорость. Стала хищно кружить над базой.

И входной шлюз, и маленький корабль «Ласточку» — давно занесло реголитом. Но шлюпка словно бы чуяла — вход где-то здесь.

— Крутой пилот, — оценил Кирш.

— Бо — вообще очень крутой, — пояснил Эберхард. — Я бы никогда не догадался, что он — машина.

— А зачем ему шлюпка, если он может летать как рой? — спросил Ашшесть.

— Не знаю, — пожал плечами Эберхард. — Может, энергии много тратится?

— Надо открыть второй шлюз, — решил Вений. — Всё равно найдут и просочатся. Пусть хоть войдут как люди.

Он протянул руку, дёрнул за рычажок, и шлюз, вздымая клубы пыли, раздулся, показываясь из-под реголита.

Шлюпка тут же пошла вниз.

Шлюз заурчал, открываясь. Вряд ли он мог присосаться к незнакомой технике так, как надо, хотя… Существовала ещё домагнитка, способная сыграть при необходимости и роль стыковочного туннеля. И скоро по урчанию шлюза стало понятно, что незваные гости справились.

Вений дёрнул ещё один рычажок и открыл двери, ведущие в коридор. По нему уже металлически стучали шаги.

Лес тут же пошёл к дверям. Он понимал, что хозяева станции боятся хаттов. Нужно было встать между Бо и стаэрами. Успеть ему объяснить, что хозяева базы — тоже свои, не надо их трогать.

Он не успел. Первым в дверь шагнул хатт в странном обтекающем костюме, отдалённо напоминающем компрессионку. Но лицо было знакомое, с привычной широкой улыбкой.

Лес подался навстречу, но Левый и Правый оказались быстрее.

Правый сбил парня с ног, а Левый загородил его от более совершенной и смертоносной машины.

Бо поднял руку и скомандовал двоим, что уже возникли у него за спиной:

— Уберите!

Хатты выдвинулись вперёд, и по шкуре Левого пошли волны живого железа, сжимая его и закатывая в комок.

— Нет! — заорал Ашшесть, бросаясь к «собаке» и повисая у неё на шее.

Лес тоже вскочил.

— Это наши «собаки»! — сказал он. — Не нужно их трогать! Привет, Бо!

Пилот улыбнулся и жестом остановил двух других хаттов. Он не возражал: наши так наши. Опасности он не фиксировал.

Бо быстро обвёл глазами пультовую и вежливо поздоровался со стаэрами.

— Сержант спецона первый пилот Себастиан Бо, — представился он. — Что ты тут делаешь? — Хатт протянул Лесу руку как взрослому. — Тебя ищут!

— Кто? — удивился наследник. — Только меня?

— Тебя и Эберхарда, — пояснил Бо, коротко кивнув Рао. Он узнал грантса, но знакомы они не были. — Содружество отправило за вами корабли.

— А где они? — лицо Эберхарда удивлённо вытянулось.

Никакой официальной миссии они с Лесом не углядели, только два стареньких судна Содружества.

— Висят чуть дальше от Солнца. — Бо вызвал над запястьем голограммки кораблей. — «Мирный» принадлежит дому Сапфира, а на «Лазаре» — сам регент.