Кристиан Бэд – «Персефона». Дорога в ад 2 (страница 72)

— «Мирный»? За мной? — рассмеялся Лес. — Так значит, дядя одобрил нашу миссию? Это здорово, Эберхард!

— С чего ты взял? — растерялся наследник.

— Локьё говорил, что на «Мирном» — самый бездарный капитан во всём флоте Содружества. У него не было ни одного шанса меня найти, а значит, дядя послал его для отмазки. Ну а регент на «Лазаре»!.. Это же как регент на телеге!

Эберхард задумчиво почесал давно не мытую шевелюру.

Да, регент на «Лазаре» — это было сильно. Понять бы ещё почему? Вряд ли Линнервальд смирился с побегом наследника. Может, пытается скрыть побег от Совета Домов?

— Кто вы? — спросил Бо, подходя тем временем к пульту и разглядывая стаэров. Мальчишек и «собак» он не особо и замечал. — Представьтесь! А ещё я хочу знать, из чего был произведён выстрел по североимперскому крейсеру?

Вячер хмыкнул, Вений и Белок переглянулись, и инженер развёл руками:

— Это взорвался какой-то научный прибор, — сказал он, кивнув на пульт. — Вряд ли эта штука «выстрелит» ещё раз.

Глава 69

«Персефона» спускается в ад

Когда «Персефона» нырнула в пылающую атмосферу Меркурия, капитан как раз собирался поспать.

Он стянул надоевший форменный комбинезон, запинал его в нишу для грязного белья, надел удобные спортивные штаны и футболку и завалился в таком домашнем и почти мирном виде в ложемент.

Оставалось закрыть глаза, уже давно воспалённые и слипающиеся.

Однако, как только организму официально разрешили немного посаботировать, вся его сонливость тут же пропала. Этак ведь можно было и проспать что-нибудь важное. Всё-таки не каждый день «Персефона» падает на Меркурий.

Капитан верил, что навигатор Ивэн Млич принял вкусную таблетку для бодрости и прекрасно справится один. Но любопытство пересилило, и, поворочавшись немного, он встал, набросил на плечи тяжёлый чёрный китель с наградными нашивками, висевший на спинке ложемента на случай неожиданного «звонка» от начальства, и побрёл в навигаторскую.

К счастью, лифты уже работали, и кэп даже подремал пару минут, привалившись к пружинящему резинопластику.

— Ну у тебя и видок! — обрадовался капитану Млич. — Спортивка плюс парадный китель — это ты эффектно придумал!

— Не зуди, — добродушно огрызнулся капитан, снимая китель и вешая его на свободное кресло. — Может, я у тебя досплю, если всё нормально пойдёт? Чего разведка-то доложила?

— Ну спи, — ухмыльнулся Млич. — Если ты даже сообщения от разведчиков не прочёл, значит, тебе точно надо поспать. Я тут и без сонливых справлюсь.

Вид у навигатора действительно был вполне довольный и бодрый — таблеточки, они такие. Только у капитана таблеточка была бы уже четвёртая. А потому нужно было всё же иногда и перерывы делать.

— Зря ты подорвался, — посетовал Млич, глядя как капитан опускает изголовье ложемента, чтобы устроиться поудобнее. — Скучно будет. С «Росстани» умудрились скачать из базы «Короля Георга» некую «схему прохождения коридора» и расшифровать её. Тут есть набор «параметров для прохождения» и, похоже, — контрольные точки. Я сейчас разверну это поле точек как шахматную партию, и буду отслеживать — правильно мы погружаемся или нет. Нежданчиков не планирую. Приборы выставлены, как рекомендовано в базе, упёртой у северян.

Он развернул файл, наложил его на карту и сдержанно рассмеялся.

Капитан подавил зевок. Глаза у него слипались.

— Зануда ты, Млич, — вынес он вердикт. — Я думал, мы реально нырять будем, Хэд не знает, куда. С а-аа… — Этот зевок подавить не удалось. — С адреналином.

— Куда тебе ещё адреналина? — неискренне удивился Млич. — По-моему, он на тебя уже действует как снотворное.

— Да-аа? — Капитан плюхнулся в ложемент и ещё раз душераздирающе зевнул. — Ну тогда ты поныряй, а я посплю? Но если что — прямо буди меня, понял?

Млич посмотрел на капитана оценивающе. На его футболку, на расслабленную позу…

— Скажи, а ты реально хотел, чтобы мы ныряли, не зная куда? Очертя голову? Ну тогда надо было точнее инструктировать всю нашу… гм… большую команду.

Млич хотел сказать банду, но не сказал.

Последние сутки союзники вели себя на редкость прилично. А ведь «Мирный», учитывая его прошлую репутацию, вполне мог бы уже сам свалиться на Меркурий, чисто по тупости и неуклюжести. Да и хатты, как только к ним прибыло подкрепление, могли бы распотрошить на орбите всё, что плохо висело.

Жуткий рой всё ещё стоял у Млича перед глазами — это ж надо было такое изобрести? И как теперь с ними сотрудничать, зная, что могут накинуться на крейсер и превратить его в пыль?

Однако, несмотря на прошлые и настоящие казусы, союзники слушались теперь капитана беспрекословно, и слаженность постепенно установилась. Сначала шаткая, а теперь, вроде, даже и боевая. Вот только…

Куда бы сплюнуть для верности? Или по дереву постучать?

Млич завертел головой. Дерева на навигационном балконе не имелось. Раньше стучать по нему потребности не было. Как не было и таких странных союзников.

— У нас деревяшку только в оранжерее можно найти? — пробормотал он.

Капитан вздрогнул и открыл глаза. Успел задремать.

— У техников спроси, — он приподнялся в ложементе, узрев наконец пылающую «карту» меркурианской «атмосферы». — На второй палубе многие режут по дереву, я видел. Или у Рэмки возьми, у него в каюте есть дарёные техниками фигурки.

— Рэмку ты на «Лазаре» оставил, — напомнил Млич. — Регенту сдал.

— Это ещё неизвестно, кого я кому сдал, — заулыбался капитан. — Рэмка способен поставить на уши крейсер и помощнее. А вообще — на фига тебе дерево?

Капитан, которого неожиданно взбодрили несколько секунд сна, полез в навигационную базу выяснять, о какой-такой «схеме прохождения коридора» говорит Млич?

Выяснилось, что когда регент Линнервальд премило общался по связи с генералом Санчосом, он вырубил ещё и связиста «Короля Георга», чтобы не шалил и не починял примус.

Связист, почуяв неладное, как раз пытался отсечь рубку от навигаторской базы крейсера, но не успел. «Росстань» подсуетилась, перехватила управление базой и выпотрошила архивы «Короля Георга», как тыкву.

Может, поэтому Млич взялся искать дерево? Решил ей медаль какую-нибудь экзотическую придумать? Деревянную?

— Мда… — Капитан в очередной раз подумал, как всё-таки хорошо, что воюют они не с хаттами Гамбарской группы. — Ну и союзнички…

Это ж надо — один-единственный раз зевнули северяне пешку-связиста, а кто-то уже запустил свои грязные лапы в навигационную базу крейсера. И хорошо, что только обокрали…

— А что тебе не нравится? — удивился Млич.

— А то, что если бы я знал возможности «Росстани», можно было бы спланировать этот рейд совершенно иначе.

— Не вышло бы, — хищно осклабился Млич.

— Почему?

— Да потому что никто не мог знать заранее, в какую переделку мы попадём. Я и сейчас не до конца понимаю, что замышляли тут северяне?

Капитан почесал щетину.

— Ну, допустим, уже понятно, зачем восемь эгидрофов несли к Меркурию не меньше восьми, а может, и все шестнадцать тяжёлых кораблей.

— А те, что мы накрыли у Сцелуса?

— А те… Могли организовать… отвлекающий удар.

— С чего ты взял?

— А с того, что слишком много там было убито на маскировку. Они рассчитывали куснуть нас и попрятаться. Чтобы оттянуть основные силы крыла к Сцелусу. А тем временем Долгин вывел бы своих на другом конце освоенного Юга, на орбите никем не охраняемого Дайяра. И ударил бы нашим в спину. У Севера там и возможные союзники есть — Архат. Он стал бы базой для крейсеров.

— Ну если Арха-ат… — протянул Млич.

Да, космос — кривой, это все знают. И осваивали его тоже криво.

А потому часть планет Юга формально находилась на северных границах, а североимперский Архат — ещё глубже Дайяра, рядом с Чёрным сектором, в самом что ни на есть южном нутре.

Млич задумчиво пожевал губами. Если учесть, что в тылу у Долгина имелась мятежная планета, план северян напасть от Дайяра становился уже не таким и мутным.

К тому же был у них и ещё один козырь — банальное человеческое предательство.

Суровое и непонятное наивному 30-летнему капитану, который отродясь ещё не предавал никого. За это ему генерал Мерис прощал такое, за что с другого давно бы сняли нашивки.

Долгин, скорее всего, делал ставку на бунт в крыле новоявленной Империи южан.

Он полагал, что стоит Северу показать, кто тут настоящая Империя, и часть кораблей Юга вернётся под привычное крыло.

Это не было бы странным. Странным было как раз то, что такого бунта не случилось в момент разлома Империи на Северную и Южную. Что командующий Объединённым Югом Колин Макловски по прозвищу Дьюп сумел удержать ту часть Армады, что базировалась на Юге, и не допустил дезертирства.

Однако, говорить об этом с капитаном было бесполезно, и навигатор, покопавшись в базе, открыл сектор зеленоватой звезды Йоко, вокруг которой вращался Архат.