Кристиан Бэд – «Персефона». Дорога в ад 2 (страница 63)

Кэп решив, что задремал и ему всё это снится, потряс головой, как бык, выпущенный на стадо тореадоров. Он поднялся из ложемента и, не моргая, уставился на Гармана. Тот ответил преданным взглядом округлившихся от усердия глаз.

Замполич пытался выглядеть браво. Он приоделся в новый китель, начесал свои рыже-пегие волосы так, что они встали короной вокруг макушки, но лицо у него было хмурое и растерянное.

Капитан тоже нахмурился: если и у неунывающего Гармана развился геморрой с этой капитуляцией, остальным что делать?

— Ты-то чего паришься? — резко спросил он. — С Санчосом же разобрались? Войди уже, сядь нормально? Что у тебя-то не так?

— Да я когда по лестнице поднимался — устав листал, — признался Гарман, добираясь до ложемента и плюхаясь в него. — Раньше-то нам не приходилось принимать именно капитуляцию. Пленных брали иногда, но чтобы целый крейсер?

Капитан вздохнул.

Ну да, не было печали, купила баба порося. А он — подосок ещё, даже жрать сам не научился. Назвали Санчос. Чем кормить — непонятно. Луше бы пустить на заливное…

— Ну так и что? — спросил он резко. — Не брали, так возьмём. Куда нам теперь деваться?

— Но в армейском уставе ничего про капитуляцию нет, — продолжал преданно таращиться Гарман. — Я даже не знаю: это мы должны сейчас лететь к Санчосу или он к нам?

Капитан пожал плечами:

— Понятия не имею. По-моему, однохэдственно. В крыле есть особая служба, которая занимается процедурной всяческой дрянью, но я не вникал. По мне бы — так лучше добить. Четыре крейсера и пятый ещё, покалеченный. Что нам делать с таким стадом капитулянтов?

Дарам, чинно сидевший справа от капитана, не выдержал — рассмеялся. Он один никак не реагировал на учинённую хозяином рубки психодавилку.

Кэп сдвинул брови и засопел:

— Но нет же какого-то правила? Или я не знаю чего?

— Есть, — улыбнулся Дарам. — Спецустав. И там — целая глава о том, как принимать капитуляцию у тех, кто выше тебя рангом. Мы ведь — генерала поймали.

— Да что б он сдох! — набычился капитан. — Я ему кто? Какая у спецона «капитуляция»? Таггеров? В наручники и в трюм? Так что или «Санчос» принимает наши условия: уводит на минимум реакторы и ложится в дрейф, а командный состав своих пяти кораблей присылает на «Персефону» заложниками, или разнесём остатки его к Хэду и пополам. Некуда нам все их экипажи вязать и капитулировать.

Дарам развеселился ещё больше.

— А командный состав мы куда сажать будем? — спросил он. — В трюм?

— А куда ещё? — разозлился кэп. — Спецсудна со спец помещениями у нас нету. Карцер есть. На четыре рыла. Можно туда самого Санчоса и трёх его капитанов. Один не влезет, значит — в трюм! А вот с кем сидеть — Санчос может выбирать сам!

Гарман ошарашенно заморгал, представив любимый карцер, испоганенный генералами.

Дарам закрыл лицо руками, чтобы не было видно, как он откровенно и бесшумно ржёт.

Капитан отрыл было рот, чтобы объяснить хатту, какие помещения на «Персефоне» есть, а каких — отродясь не бывало, но вклинился дежурный Леон.

— Господин капитан, связь наладили, — сказал он негромко, но так, что его услышали все.

Леон знал, с какими новостями можно и перебить начальство.

— И-и? — спросил капитан, поворачиваясь к дежурному и пытаясь подавить раздражение. Леон-то уж точно не виноват, что Дерен с какого-то помрачения кинулся вслед за крейсером Долгина.

Но подавить раздражение не получилось.

— Сто восемьдесят четыре запроса в архиве! — быстро выпалил Леон, опуская глаза, чтобы не смотреть на капитана.

— Ну и Хэд с ними, — буркнул кэп, изо всех сил изображая миролюбие. Он понимал, что Леон тоже отдежурил уже больше положенного и дополнительной головной боли сегодня не заслужил. — Кидай всё это в архив, ну его, пусть поболтается. Высплюсь — и разгребу.

— А может, сейчас? Из них семь — от генерала Мериса, — пояснил Леон. — По выделенке. Она тоже висела. Последнее — двадцать минут назад.

Кэп задумался. Мерис был тем человеком, кто и протокол капитуляции знал, и мог кого-то прислать, чтобы разрулить с северянами.

Пусть и через пару-тройку суток, но все-таки…

А пока можно будет заняться поисками Дерена. А эти «санчосы» — пусть повисят, побоятся. Тоже на пользу.

— Попробуй вызвать Мериса, — велел капитан Леону. — Вдруг он ещё на связи?

— Он мог бы нам спецсудно прислать! — сообразил Гарман и расплылся в улыбке. — Или хотя бы кого-то из крыла, кто более-менее оборудован под капитулянтов. Ту же «Ирину»? Драгое бы разобрался, кого тут куда грузить, а…

— Медблок, господин капитан! — Леон поднял глаза от пульта и поправил в ухе наушник, продолжая набирать сообщение Мерису.

— А там-то что? — удивился кэп.

— Начмед наш, Эмери, говорит, что мы должны оказать помощь пострадавшему североимперскому судну.

— А свои почему ему помощь не оказывают? — снова начал заводиться капитан. — Они нас запрашивали на медицинскую тему?

— Эмери говорит, что нет, — через паузу сообщил Леон.

Соединять начмеда и взвинченного капитана парень поостерегся.

— Ну а нам на фига с ними возиться, если свои не удосужились? — вздохнул кэп, пытаясь упихать куда-нибудь нервы.

На начмеда лучше было бы глянуть лично, а не через Леона. Но разрядиться не выходило, а тем более — успокоиться.

— Эмери говорит — врачебный долг, — пояснил Леон, выслушав возражения медика.

Капитан подумал и решил, что люди-то не виноваты в психозе своего командования. Там ведь и палубные, и обслуга, и просто какие-нибудь повара.

Кивнул:

— Хорошо. Пусть связисты запросят, что у них там? Если помощь нужна — пусть медики снаряжают большую десантную шлюпку…

— Я бы не торопился! — перебил Дарам.

— Почему? — кэп резко обернулся к нему и «связал» глазами.

— Подозреваю, что там не люди. — Дарам в гляделки играть не стал. — Да успокойся ты уже. Давай-ка чайку?

— То есть? — кэп слишком переутомился, чтобы принять игру в намёки и «чаёк». — А кто?

— Крейсер разорвало почти пополам, а они молчат, — пояснил Дарам. — Ни спасательных шлюпок, ни универсальных сигналов бедствия. А ведь часть экипажа скорее всего отрезана от головной части крейсера. Да они бы вопили на всю галактику.

— Думаешь, там собаки? — дошло наконец и до капитана.

— Почти уверен. И «спасение» это — может дорого нам обойтись.

— Эмери, вы слышали? — капитан повернулся к Леону, и тот наконец вывел лицо медика на панель. — Отбой пока! Надо разобраться, что там за начинка у этого корабля.

— Я думаю, нужна разведгруппа из хаттов, — предложил Дарам. — Из генераций, вроде азертов и Бо. Собаки им не противники.

Кэп покивал:

— Вот пусть Бо и займётся. Леон?.. — он обернулся к дежурному. — Росу объясни задачу? Пусть свяжется с «Росстанью», а потом пошлёт на разведку Бо и кого-то из хаттов. С «Росстани», как я понимаю, всю хаттскую группу координируют?

Леон закивал, он умел держать в голове сразу десятки задач.

— Кстати, совсем забыл! — спохватился Дарам. — «Росстань» примерно определилась, откуда стреляли по северянам, когда у них крейсер располовинило. Это один из мелких астероидов рядом с Меркурием. Посмотри, у него тот же наклон оси.

Голо-картинка над пультом сменилась, и вместо чёрных крейсеров северян появился Меркурий, а рядом с ним — условные обозначения нескольких астероидов, пересекающих его орбиту.

— А вот это уже интереснее, — капитан плюхнулся в ложемент, понимая, что стоять уже не в состоянии. — Тот же наклон? А не искусственный он, этот астероид?

— Или там база какая-нибудь древняя на автоматике? — предположил Гарман. — Противометеорная сработка? Вот и пульнула?

— Мерис, господин капитан! — обрадованно выдохнул Леон.

После всего случившегося, даже скрипучий голос родного генерала, способного разрулить любую ситуацию, временно стал приятен дежурному.

Кэп кивком попросил Дарама и Гармана выйти и придвинулся к пульту.