Кристиан Бэд – «Персефона». Дорога в ад 2 (страница 42)

— Потому что называется эта фигня — «Экспериментальная колония Дарина Аска». ИР-процессор им после рождения имплантируют прямо в мозг, под череп. Не сразу, череп должен слегка подрасти. Сначала ставят стандартный чип…

Белок задрал штанину и показал «окошечко» в икре.

Эберхард от ужаса икнул, сумев наконец разглядеть, что это за дрянь!

Это был контрольный чип. В Содружестве такие иногда ставили преступникам: или чип, или смертная казнь. Он контролировал всю деятельность мозга!

— Но!.. — выдохнул Эберхард. — Это же… Это…

— Это смотря как его применять. — Белок веселился, видя потрясение парнишки. — Любая техническая приблуда — это или твоя власть над железом, или — его над тобой. У чипов была строгая система запретов и возможностей контролировать их работу. Я просто ношу у себя в ноге маленькую вычислительную машину, вот и всё. Чего так пугаться?

— Вы врёте, — сказал вдруг Лес.

— Почему? — удивился Белок.

— Речь, — уверенно сказал наследник дома Сиби. — Искусственные нейроны чипа прорастают в мозг, они контролируют вашу речевую зону. Посылают импульсы органам речи. И вы легко говорите с нами на языке Содружества. Значит, мозгом руководит чип.

— Да я просто пользуюсь им, как переводчиком! — рассердился Белок. — Тут дело: кто кого контролирует, вот и всё! В самом чипе зла нет. Если бы не чипы — мы бы никогда не выбрались со станции. Но у нас всегда была под руками необходимая база знаний. Не хватало еды, воздуха — а знания — вот тут! — Он похлопал себя по колену.

— А если туда что-то зашито опасное? В алгоритмы чипа? — спросил Рао.

— А как бы он тогда прошёл ОТК? — удивился Белок. — В моё время всё это строго контролировалось государством. Этот чип — моя машина, помощник. А вот в поселении тюхлей людей решили отдать контроль ИР. Можешь сравнить.

Эберхард вспомнил «гуляющих» по саду камней и состроил такое лицо, будто хлебнул яду.

— А у мальчишек? — спросил Лес. — Кто проверял их чипы?

— Женька, — нахмурился Белок. — За это он у них и «злой», и «свирепый Вений». Мы вырезали у них то, что стояло. И вживили свои, проверенные.

— Зачем?

— Совсем без чипов дети бы уже не смогли, — признался Белок.

— Так всё-таки чипы — зло? — уточнил Эберхард.

— Нет. Это — как твой коммуникатор, не более. Просто без него — как без рук, если привыкнешь.

— Коммуникатор? — Рао приподнял бровь. — С нейросетью, вживлённой непосредственно в мозг?

Белок вздохнул и насупился.

— Давайте вернёмся к «иглам»? — попросил Лес. — С чипами — мы ничего сейчас не решим. Белок прав — они встроены в жизнь, так просто от них не отделаться. А вот с «иглами» надо что-то решать. — Он поймал взгляд щекастого стаэра: — Насколько вы уверены в том, что рассказали нам про Меркурий? Что если вас дурачили? Создавали фантомные цели? Как я понял, на Земле сразу две системы Искусственного разума? Они могут намеренно врать, я знаю.

На этот раз Эберхард точно уловил накат! Мягкий, аккуратный, но…

Ну, Лес, ну, хитрюга. А говорил, что у него — не выходит, не получается!

— Да, — покорно кивнул Белок. — Есть тюхлячья система и тех, кто за ними следит. Белых шаров. Это — тоже ИР.

— Почему вы уверены, что это ИР?

— Нет самостоятельного мышления. Мы никак не обозначены для обеих систем — и они нас — в упор не видят, не в состоянии идентифицировать. Мало того, тюхлячью систему мы взломали и используем, а вторая — отвечает на правильно заданные вопросы, считая нас, скорее, за местное население, чем за помеху.

— Системы ИР тоже наблюдают за «иглами»?

— Мы залили контрольные записи со спутников в тюхлячью Систему, она довольно шустрая и теперь помогает нам мониторить.

— То есть «иглы» — реальность? И они реально исчезают в атмосфере Меркурия?

— Понятия не имею, но пока приходится считать так. — Белок потёр виски, прищурился и уставился на Леса, тут же ослабившего хватку, словно бы отодвинувшись в тень.

— И вы не пытались выяснить? — продолжал он уже без наката.

— И демаскировать себя? Есть многое такое, друг Горацио, что почему-то и не снилось рацио, — пояснил щекастый. — Что-то голова у меня гудит. Может, после продолжим?

— Нет, — сказал Лес. — После будет поздно. Я — знаю.

— А на башку мне — это ты давишь? — в лоб спросил Белок.

Похоже, они с Лесом друг друга стоили.

— Я, — согласился парень.

— А зачем?

— Ну, это мой аналог «чипа в голове»: умение понимать и видеть вселенские связи. Я вижу, что иначе нельзя. Мы должны. Обязаны с вами договориться.

— Значит, ты из тех психанутых колонистов, которые что-то там видят в черноте космоса? — Белок подобрался в кресле.

Лес кивнул.

— Жуть, — признался стаэр.

И посмотрел на парней, как на кровавых ёжиков из сериала про Магу-зомби.

— А нам — чипы ваши — жуть, — сказал Эберхард. — Паутину в башку никому не пихают. Видеть могут не все, учатся долго. Если сами хотят. А вы… Вы… Биороботы…

Лес обернулся и посмотрел на него, как на придурка.

— Наследник, уймись, а? Нам надо работать вместе. «Иглы» — это серьёзно, ты понимаешь?

Эберхард нехотя кивнул и закрыл рот. А он только-только придумал парочку обидных фраз про нейрощупальца ИР в голове у щекастого!

— Сколько вы засекли «игл»? — спросил Белока Лес.

— Сейчас у Меркурия их не меньше восемнадцати, — отозвался тот. — Две — так и бродят в окрестностях, а шестнадцать — внизу.

— А может, они за вами охотятся? — спросил Рао. — За вашими удивительными кораблями?

Он едва не подавился этим «вы», но раз Лес его использует, наверное, надо?

Белок покачал головой.

— Мы тут сидим тихо, вряд ли нас кто-то засёк. Скорее, они что-то ищут возле Меркурия или готовят там кому-то засаду.

— Нашим! — осенило Рао. Он обернулся к Лесу и уставился в его наивные глаза: — Ты сразу всё знал! Ты же говорил, что «Персефона» идёт к Земле. Что в Содружестве сумели раздобыть эту информацию. Но тогда её смогли бы раздобыть и враги. И устроить ловушку!

Лес пожал плечами:

— Разведданных там было — чуть да маленько. Но я вижу линии, и они меня пугают.

— А почему Меркурий, а не Земля? — спросил Эберхард.

Он силился тоже что-нибудь увидеть, и даже пару раз глаза закрывал.

— Наверное, потому что там сходятся сразу несколько узлов, — пояснил Лес. — Меркурий — это же была основная база Станислава Хэда? — он обернулся к Белоку. — Верно? Он там погиб? Может, они ищут какие-то документы?

— На Меркурии? — с сомнением покачал головой щекастый. — В раскалённой каше? Но ты прав, основное собачье гнездо было именно там.

— Надо лететь! — сказал Лес. — Пожалуйста!

— А смысл?

— Чтобы наши не попали в засаду.

— Ты хочешь, чтобы мы пошли на контакт с колонистами, давным-давно потерявшими всякое уважение к Земле? А ты знаешь, что люди…

— Злы, глупы и неблагодарны? — перебил Лес. — Знаю. И потому мы не дадим погибнуть своим. Пусть даже злым и неблагодарным!