Криста Ритчи – Тепличный цветок (ЛП) (страница 103)
— Трогал ли тебя Джонатан Хейл как-либо неправильно?
Я опроверг каждое утверждение, каждое обвинение, очерняющее моего отца и ранящее брата.
Подошва кроссовок Nike Ло ударяется о мою, когда он тоже начинает растягиваться на земле.
— Ты говорил, что самые сложные в жизни вещи обычно оказываются правильными, верно? — он хмурит брови. Думаю, брат волнуется, не сожалею ли я о том, что сделал заявление перед прессой.
Нет.
Вовсе нет. Все, сказанное мной, было правдой. Не было причин, чтобы и дальше молчать, кроме желания наказать моего отца, а эту цепочку мне охуенно хотелось снять со своей лодыжки.
— Вне сомнений, это было охуенно верное решение, — говорю я уверенно.
Его плечи расслабляются.
— Спасибо, — говорит он. — Правда. Не только за это, но и за то, что заботишься о Дэйзи, что был рядом со мной в течение всех этих сложных месяцев. Я иногда принимал тебя как должное, но никогда на хрен не забуду, что ты и есть причина, по которой я бросил пить.
Я искренне улыбаюсь. Думаю, мое лицо выражает все. Иногда сложно понять, волнует ли его что-то, но когда наступают подобные этому моменты, сложные жизненные роли уже не кажутся такими уж плохими. Оно того стоит.
Одновременно мы встаем и снова направляемся к почтовому ящику, отпуская все это сложное дерьмо, пока бежим.
— Пять миль, — говорит Ло, подпрыгивая, чтобы разогреться. — И на этот раз ты не перегонишь меня, старший брат. Остерегайся!
Я застреваю на сказанном им с некой нежностью словосочетании "старший брат". Где-то и как-то я заслужил этот титул. И
— Эй ты, смотрящий в никуда, парень, ты меня слышал? — спрашивает Ло, махая мне рукой.
Я бью по его руке.
— Ты спрятал по близости палку для лакросса? Потому что мне пиздец как нравятся мои ноги, так что не переломай их.
Ло раскидывает руки.
— Никакого обмана. Честный забег. Я ожидаю получить гребаный трофей, когда обгоню твою задницу в твоем же виде спорта.
— Это на фиг вряд ли.
И затем мы оба смотрим друг на друга, не отсчитывая от трех до одного. Мы просто одновременно срываемся с места.
Наши шаги синхронны. Движение за движением. Нога в ногу. Шаг за чертовым шагом. Он бежим прямо рядом со мной, наш ритм движений полностью одинаковый. Он начинает ускоряться, и я отталкиваюсь ногами сильнее. Бегу быстрее.
Мое дыхание становится затрудненным, а голова легкой. Когда я бросаю взгляд в сторону, то впервые не вижу груз на плечах моего брата. Я не вижу ничего, что тянет его назад.
Он охуенно улыбается.
И в свете, пробивающемся сквозь кроны деревьев, мы все ближе к нашему финишу. Гордость за него поглощает меня.
И все четыре мили бок о бок с ним я знаю это.
Он собирается меня обогнать.
ГЛАВА 70
ДЭЙЗИ КЭЛЛОУЭЙ
— О боже, как же холодно, — жалуется Лили, кутаясь в одну из белых шубок Роуз. В комплекте с ее Вампа шапкой, она выглядит словно маленькое мохнатое создание. Так и хочется потискать. Вот почему я обнимаю ее за плечи, дотягиваясь до своей старшей сестры.
Наше дыхание клубится в воздухе, когда стоим по колено в снегу, что выпал вчера. Мы скрыты за елью, находясь на центральной лужайке перед домом. Или как называет это дерево Лили:
— Согласна, — говорит Роуз, так холодно, что, кажись, ее тело замерзло в одном положении.
— Я предлагала вам свои свитера, — напоминаю я ей. Она одета в черные легинсы и длинное платье, подол которого мокнет от снега. Ее ботинки полностью утонули в белом снегу. Моя одежда, однако, не намного теплее. Я надела первую попавшуюся обувь возле дверей, торопясь побыстрее вытянуть сестер на улицу.
Этой обувью оказались шлепанцы.
Так что скажу просто, холод несомненно проникает до мозга костей, и мои онемевшие пальцы кричат, требуя горячую ванну.
Роуз сердито смотрит на меня в ответ на мой комментарий, и думаю, она хотела бы дать мне пощечину, сказав,
— Обещаю, это будет стоить боли, — говорю я, широко улыбаясь. Я тянусь и игриво пожимаю руки им обоим. Я люблю то, что теперь мы можем проводить вместе больше времени, и Лили отвечает мне такой же улыбкой, будто бы заражаясь ею от моей.
Роуз закатывает глаза. Но клянусь, уголок ее губ все же приподнимается. Она достает телефон, и Лили тянется мимо меня, чтобы забрать его у Роуз, но та стоит слишком далеко. Потому с легкостью прижимает телефон к груди.
— Это тайная миссия, Роуз, — шепчет Лили.
Я выхватываю телефон из рук Роуз и передаю его Лили, которая проверяет на нем сообщения.
Роуз упирает руку в бок.
— Почему ты шепчешься? — восклицает она. — Здесь нет никого, кроме нас.
Лили изумленно смотрит на экран. Я наклоняюсь к ее плечу и вижу переписку между ней и Коннором.
— Ты не можешь не отвечать ему на сообщения в течение хотя бы часа? — спрашивает Лили.
— Он доставал меня, — отвечает Роуз. — Мой голос должен быть услышан.
Мой собственный телефон жужжит в кармане, и я быстро проверяю его.
Дыра образуется у меня в животе. Я пишу в ответ:
Я жду пару секунд, пока она как всегда напишет быстрый ответ, но мой телефон молчит. Всякий раз, как я заглядываю к ним домой, она отказывается признавать Рика. Думаю, она частично смущена тем, что подала на него в полицию, но слишком горда, чтобы признать свою вину.
Так что она прибегает к обороне в роли защиты.
Но я не могу перед ней притворяться. Не могу быть дружелюбной, тогда как она груба. И я говорила ей много раз, что если она не примет Рика, я не буду с ней милой, веселой дочерью. Я буду вести себя прохладно.
Я готова встретиться с мамой на полпути. Мой отец говорил мне, что она любит меня слишком сильно, чтобы долго упрямиться. Ей просто нужно дать время. Я надеюсь, он прав.
— Шшш, — шепчет Лили, ее глаза расширяются. Как только мы замолкаем, я слышу звук подъезжающего к дому Escalede Роуз.
— Один… — шепчу я, слыша, как открывается пара дверей авто.
Резкий голос Ло раздается в тишине двора.
— Христос, нам нужно нанять кого-то, чтобы снова расчистить подъезд.
— Два, — считаю я для сестер.
— Я могу заняться этим немного позже, — отвечает ему Рик.
Я широко улыбаюсь.
— Три, — мы выбегаем из своего укрытия, или скорее я бегу на замороженных ногах, а девочки идут следом. В их руках в перчатках (и моих без них) лежат снежки.
Я сосредотачиваюсь на парне в кожаной куртке, с упаковками Физз Лайф и картонной пачкой яичного коктейля в руках. И бросаю в него снежок, целясь в грудь, снег рассыпается, смачивая его серую футболку.
Я усмехаюсь. И его мрачные глаза фокусируются на мне, а брови приподнимаются.
— Серьезно, Кэллоуэй?
— Ага, очень серьезно, — говорю я, уже начиная набирать снег для нового боеприпаса.
Лили кричит, и я оглядываюсь, осознавая, что волосы Ло мокрые, и он бегает за ней по засыпанному снегом двору. Она бросает свои заранее заготовленные снежки и бежит прочь, глупо улыбаясь, ее руки накрывают голову, словно Вампа шапка вот-вот может слететь.
— Хороший бросок, Лили! — кричу я.