Криста Ритчи – Коснуться небес (ЛП) (страница 40)

Ло сердито смотрит в камеру.

— Сверху.

Рик пожимает плечами, раздраженно.

— Мне пофиг.

— Сверху, — усмехается Коннор. — Всегда.

— Ты думаешь, Дэйзи так же сексуально активна, как и Лили?

Во взгляде Ло появляется леденящий холод. Он встает.

— Я закончил с этим дер***м.

— Что за еб****е вопросы? — спрашивает Рик. Он поднимается и бросает в камеру подушкой.

— Нет, — финализирует ситуацию Коннор. Он встает и застегивает пуговицы на своем пиджаке. — На сегодня достаточно.

Пока идет рекламная пауза, Дэйзи наконец-то решает встать, ее телефон по-прежнему зажат в руке. Она пытается не смотреть никому из ребят в глаза. Очевидно, что СМИ хотят определить, пойдет ли Дэйзи по стопам Лили.

И осознание этого факта заставляет Лили продолжать прятаться в свитере Ло, скрывая не только свой стыд, но и вину.

Моя грудь болит за обеих сестер, но не в моей власти изменить случившееся. Быть может, моя одежда не стоит всего этого внимания.

Я достаю свой телефон. Мои продажи… за время шоу поднялись на 10 %. Маленькое доказательство того, что реклама должно быть помогает. В рекламе, следующей за шоу говориться:

Покупайте одежду, которую носят сестры Кэллоуэй прямо сейчас!

И затем следует ссылка на сайт Кэллоуэй Кутюр.

Мне бы хотелось не так сильно радоваться этому маленькому успеху. Часть меня желает, чтобы это реалити-шоу провалилось, так я бы с легкостью могла поставить на первое место благополучие моих сестер, а не собственную мечту. Мне следует так и поступить. Два года назад, я бы так и сделала. Но я задаюсь вопросом — а простила бы Лили себя когда-то за то, что угробила мою компанию. Думаю, ей нужно знать, что мое дело тоже в порядке, что она не уничтожила все, к чему прикасалась.

Телефон Дэйзи выскальзывает у нее из рук и с треском ударяется об пол. Она наклоняется поднять его, забывая, что на ней черное платье от Кэллоуэй Кутюр с открытой спиной и довольно коротким подолом. Платье сразу же подымается, открывая половину задницы Дэйзи и ее трусики-шортики.

Моя сестра довольно сильно разозлилась на толпу.

Рик ближе всего к Дэйзи.

— Твою мать, — проклинает он, быстро становясь за ней. Он хватает подол ее платья и тянет вниз.

Трое парней оглядываются на ближайшую камеру.

— Они видели ее…? — Ло смолкает, не в силах говорит о попке Дэйзи, не содрогаясь при этом.

— Вот тот кажись видел, — указывая на парня в очках с роговой оправой, и жестами приглашая того подойти к нам, говорит Коннор. Когда фотограф кивает и приближается, Коннор вытягивает свой телефон и делает звонок.

Дэйзи пытается поднять с пола свой мобильник.

— Дэйзи, да, возьми ты уже эту хреновину, — говорит ей Рик, одергивая ее платье в третий раз.

Она наконец хватает телефон и поворачивается к Рику, широко улыбаясь.

— Получилось!

Рик смотрит на подол ее платья, проверяя не задралось ли оно. Это мне следовало одергивать ее платье, но я немного пьяна и боюсь, что могу оступиться на своих четырехдюймовых каблуках. Я уже слегка покачиваюсь. Если бы рука Коннора не лежала у меня на талии, давая дополнительную точку опоры, я бы свалилась прямо сейчас.

— Ты проверяешь мою задницу? — спрашивает Дэйзи, приподнимая брови.

— Ага, так же как и все присутствующие на этой чертовой вечеринке.

— Ну, и что ты думаешь? По шкале от одного до десяти, — они игриво улыбается.

— Я не стану оценивать твою попку.

— Но ты бы хотел ее объездить?

— Дэйзи, — прерываю я. — Остановись, — говорю я одними губами. Дэйзи толкает Рика с силой, но он не тот, кто дает задний ход в таких беседах.

Улыбка Дэйзи увядает.

— Прости…Я просто пошутила, — она вертит в руках свой телефон. — Я наверное, пойду… пообщаюсь.

Теперь я чувствую себя хреново.

— Нет, — говорю я ей, резко. — Оставайся.

— Нет, все здорово. В любом случае мне нужно поговорить с мамой, — она избегает Рика, который смотрит на нее напряженным взглядом, полным чистейшей озабоченности. Странно, что такой бескомпромиссный парень, как он, так сильно переживает о других. Но я замечала, как он проявляет это качество уже несколько раз.

Коннор говорит по телефону.

— Грег, видите фотографа рядом со мною?

Итак, он звонит моему отцу.

Коннор продолжает:

— У него есть фото задницы вашей дочери. Я заберу у него камеру, если вы не пришлете кото-то сделать это вместо меня.

Я слышу, как отец говорит:

— Которой из дочерей? И я уже отправляю к тебе кое-кого. Спасибо.

— Дэйзи.

Мой отец испускает длинный вздох.

— Это в конце концов меня доконает.

Уголки губ Коннора опускаются, и в его глазах появляется безудержная грусть. Она сильная, но едва ли заметна другим. Эта эмоция появляется и исчезает, мимолетно. Словно затмение солнца.

Он действительно хочет детей.

Он хочет все те вызовы, которые будет бросать ему каждый из них.

Коннор улыбается так, будто не может дождаться того дня, когда столкнется с непростым выбором отцовства, дилеммами, хаотическими ситуациями, которые ему нужно будет разрешить.

Он правда хочет.

Но боюсь, что я не смогу дать ему это.

ГЛАВА 18

КОННОР КОБАЛЬТ

Вечеринка по случаю выхода в эфир первого эпизода шоу проходит относительно хорошо, пока я не становлюсь свидетелем того, как Саманта Кэллоуэй внимает всей чуши, исходящей изо рта Скотта. Он хвалит ее волосы три чертовых раза, и мама Роуз близка к тому, чтобы растаять у ног продюсера. По крайней мере ее отец на моей стороне.

Он присылает мне сообщение: Мне он не нравится. — Грег

В точку и с хорошими намерениями. Никакой чепухи. В стиле Грега Кэллоуэй. Его жена далека от доброжелательной, умной и непредвзятой леди. У нее типичный элитарный менталитет сноба, от которого моя мать мысленно закатила бы глаза.

Хотя обычно именно родители Роуз вызывают у меня нервное напряжение. Потому что хоть меня и показали всего дважды за весь эпизод шоу, отредактировав так, что я выглядел абсолютно незаинтересованным в собственной девушке, именно мнение ее родителей имеет для меня значение — не общественности, не незнакомцев — меня интересуют, только те люди, которых я хочу впечатлить. Потому что в один гребаный день я планирую жениться на этой девушке, и я хочу, чтобы они осознали, что я лучший мужчина для Роуз. И что никто другой не смеет к ней приближаться.

Тревога Роуз усыплена пятью бокалами шампанского, она расслабилась у меня на груди, пока я удерживаю ее за талию. С момента, когда были показаны кадры, главным образом высвечивающие наличие в шоу "любовного треугольника" прошло около 15 минут, Лили наконец-то удается справиться со своими эмоциями и выпутаться из свитера Ло, повернув к нам свое заплаканное розовое лицо. У меня есть предчувствие, что Ло придется нести ее на руках с этого места до самого дома. Наиболее вероятно, он подхватит ее под попку, а она обернет вокруг него ноги и руки.

Вот-вот начнутся последние пять минут эфира. Я было думаю, они закончили уже с видео о Лили и Ло, но буквально через секунду на большом экране появляется лицо Скотта ван Райта, с подписью под ним — Сердцеед. Бывший парень Роуз — и я осознаю, что они собираются продолжать использовать этот надуманный любовный треугольник.

Ну, Скотт. Что ты приготовил для меня?

— Я думаю о ней все время, — говорит он с неестественной, ностальгической улыбкой. — Она — огненная буря, которую я никогда не захочу погасить. Я — тот, кто воспламеняет ее, кто возмущает ее с новой ошеломляющей силой. Она — моя идеальная спичка.