— Гммм… — глаза Лили становятся больше после каждого следующего вопроса.
— Что ты носишь в постели?
— Я сплю голой, — отвечает Дэйзи.
— Ночную рубашку, — отвечаю я, не конкретизируя, шелковое мини это или хлопковая рубашка длиной до лодыжек.
— Гммм…. — Лили поворачивает голову и смотрит на двери. — Ло!
— Кнут или наручники?
— Оооох, — усмехается Дэйзи. — Мне нравится идея с кнутами. Но знаете, я увертываюсь от них. Превращая это все в игру, — смеется она.
Клянусь, мужики в этой комнате громко похрюкивают от желания.
Должно быть у меня на лице выражение полного отвращения, потому что Коннор сжимает мои бедра и шепчет:
— Не все мы свиньи, Роуз.
Он прав. Знаю, мне не стоит обобщать всех особей мужского пола в одну гнусную кучу, желающих сделать грубые и гнусные вещи с моей шестнадцатилетней сестрой.
И в тот момент, когда я только начинаю чувствовать приступ вины за подобные мысли, как замечаю парня с явной выпуклостью в его штанах.
— Что ты скажешь на это? — шепчу я в отвращении.
— Это — эрегированный член.
Я качаю головой.
— Ты — такой… — я замолкаю и улыбаюсь. — Умник.
Он насмешливо касается своей груди.
- Ça fait mal, — Это больно.
— Je suis content, — Я рада.
Его усмешка становится еще шире.
— Они могли бы выбрать для меня другое нарицательное, ну, ты знаешь. Я бы выбрал что-то по типу Гений.
— Показушник, — спорю я.
— Или мистер Популярность…
— Мистер тщеславие, — продолжаю я.
Он еще раз улыбается.
— Красавчик.
Мои глаза опускаются к его белой рубашке, так идеально сочетающейся с голубизной его глаз.
— Возможно.
Он делает глоток вина и машет мне, чтобы я продолжала нашу перепалку.
— Я почти что получил от тебя комплимент, почему ты остановилась?
Наша шутливая ссора разжигает внутри меня пламя. Я могла бы поцеловать его. Но вместо этого поворачиваюсь обратно к большому экрану. Я осознаю, что пропустила свой ответ на вопрос о кнутах или наручниках; в любом случае мой ответ был довольно уклончивым. А Лили скорее всего промычала в ответ свое гмммм.
Сейчас на экране транслируется аналогичная сессия вопросов для парней.
В кадре появляется лицо Лорена, он выжидающе смотрит в камеру.
— Блондинки или брюнетки?
Взгляд Ло становится сердитым.
— Брюнетки.
— Да, мне пох*й на цвет волос, — говорит Рик, упираясь локтями в колени и восседая в кожаном кресле.
Коннор сидит так, что его лодыжка покоиться на колене, а все тело расслабленно откинуто на спинку кресла — очень в стиле главного исполнительного директора многомиллиардной компании. Его пальцы касаются челюсти, создавая задумчивый образ.
— А что случилось с рыжими?
Саванна прочищает горло.
У нее рыжие волосы.
— Или рыжие?
— А как насчет седых волос? — его глаза немного подрагивают. Он явно смотрит на Скотта, стоящего за спиной Саванны. — А еще вы забыли о черных волосах. И фиолетовых, синих, оранжевых…
На экране снова появляется лицо Ло.
— Вау, — говорит Ло, его рука покоится на голове Лили, все еще прячущейся у него на груди. — Они обрезали твою маленькую тираду, Коннор. Каково это?
— Это разбивает мне сердце, — говорит Коннор.
— Подойди сюда, я утешу тебя и подотру тебе попку.
Коннор улыбается и снова отпивает вино. Но должно быть его раздражает тот факт, что Скотт может вырезать неловкие для себя моменты посредством простого редактирования. Я вижу это раздражение по его напряженным мышцам и сжимающимся челюстям.
— Кто из вас самый развратный?
— Рик.
— Я.
— Рик.
— Вы когда-нибудь были с мужчиной?
Ло наклоняет голову в сторону. Он усмехается горькой, сухой улыбкой, не отвечая ничего, что они бы хотели услышать.
— Нет, — говорит Рик.
У Коннора на лице не отражается ни одна эмоция.
— Возможно, люди хотят быть со мной. Я могу дать им все свое внимание, но я выберу из них лишь небольшую горстку людей, а из этой горстки мне окажутся приятны лишь несколько человек.
— У кого из девушек самые красивые ноги?
— Лили, — говорит Лорен. — Но она мне не верит, когда я говорю это.
Рик сжимает губы и погружается в раздумья.
Лорен смотрит на него так, словно пытается сказать "тебе лучше, блин, не называть ее имени", но думаю, мы все прекрасно знаем, что у него в голове крутится имя Дэйзи.
— Роуз, — гримасничает Рик.
Я смеюсь, делая глоток своего шампанского.
— Роуз, — говорит Коннор. — На втором месте — мои ноги, конечно.
— Сверху или снизу?
