Криста Ритчи – Коснуться небес (ЛП) (страница 30)

Сейчас Коннор сексуальнее, чем когда-либо.

Уверенно он открывает дверцу душа, и я стараюсь не сторониться его. Ни один мужчина раньше не видел меня настолько голой, и это может все изменить.

И дабы показать Скотту средний палец, я не должна быть нервной, когда голое тело Коннора коснется моего голого тела.

Слишком много полностью обнаженных людей во всей этой ситуации.

Нет места для страха.

Бесстрашная нагота. Мне нравится, как это звучит.

Я распрямляю плечи и опускаю руки от груди, как только Коннор входит внутрь, при этом он старается действовать так, чтоб собой перекрывать вид Скотту на мое обнаженное тело. Коннор закрывает за собой дверь.

Его тактика по большей части состоит в том, чтобы пренебрегать третьим лишним. Скот по-прежнему стоит у своей душевой кабинки и наблюдает за нами с любопытством, словно рассматривает возможность сбегать за видеокамерой. Если он это сделает, я отрежу ему чертовы…

Мои мысли прерываются, как только Коннор оказывается в опасной близости. Его взгляд опускается и внимательно следует по траектории от моих голых ног и выше. Когда его взгляд на секунду замирает между моих бедер, клянусь, на его устах играет еле уловимая улыбка. Те места моего тела, которых никогда не касался ни один мужчина, начинают болеть, желая ощутить давление. И все из-за его глупой улыбки. И этих глаз.

Во мне разгорается пламя, пока его нереально синие глаза следуют еще выше и останавливаются на моей груди. Я тоже опускаю взгляд, проверяя, как выглядят мои соски. Они торчат. Ну, конечно же. Мой пульс зашкаливает в сумасшедшем ритме, а каждая капля воды опаляет мою кожу.

И, тем не менее, я не хочу двигаться. Я хочу стоять прямо здесь и сгорать от этого огня.

Коннор приближается и проводит своей жесткой длиной поперек моего живота. Я ощущаю себя такой низенькой без своих обычных высоченных каблуков. Поднимая взгляд, я смотрю на него. Вода стекает по его телу, ручейками струясь вдоль линий и впадин его твердых мускулов, стекая прямо к его пенису. От самого его вида внутри меня что-то сжимается, от жара его тела мой мозг отключается.

Мной овладевает сильнейшая потребность, тот тип нужды, когда вам нужен реальный, а не резиновый член, тот, которым я пренебрегала уже слишком долгое время. Тот, о котором я фантазировала в своей спальне с 16 лет. Коннор Кобальт вошел в эту душевую кабинку, словно доминирующий бог, со своим интеллектом, который заводит меня уже долгое время.

Он тянется рукой к полке за моей спиной и достает свой дорогущий шампунь, одновременно с тем касаясь своим предплечьем моего плеча. Моя грудь опадает. Так просто.

Я не могу дышать.

Не могу пошевелиться.

Я удивлена тем, что мой мозг абсолютно отключился. Словно я сильно пьяна. Никогда раньше мой ум не покидал меня на произвол судьбы, и что за хрень, впервые это случается именно из-за вида пениса Коннора.

Бесстрашная нагота. Верно. Я шумно втягиваю воздух и приказываю свой уверенности вернуться.

— Твой проект, — шепчу я Коннору. Ему же нужно было сейчас работать, а не охранять меня от мерзкого продюсера. Обычно я бы запротестовала против такой защиты, но сейчас, я как никогда хочу, чтобы Коннор оставался прямо здесь.

— Я его закончил, — говорит он, и его выражение лица как всегда нечитаемое. Вполне возможно, что это ложь, но я не хочу начинать с ним спорить.

Через секунду, я слышу, как включается еще один душ, и вода ударяется о кафель плитки. Скотт решил сделать данную ситуацию еще более неловкой. Я уж было собираюсь посмотреть на него и одарить его одним из своих убийственных фирменных взглядов. Но Коннор опускает руку на мое бедро, привлекая мое внимание только к нам двоим. Коннор стоит между мной и Скоттом, а перегородка между кабинками еще немного добавляет дистанции между нами и продюсером. Я убираю мокрую прядь волос со своих губ. Несмотря на то, что меня прикрывает почти что двухметровый мускулистый мужчина, ярость по отношению к Скотту плещет в моих жилах.

— Было бы мило с твоей стороны подождать хотя бы 10 минут, Скотт. Если сейчас у меня закончится горячая вода, то я…

— Что? Что ты сделаешь? — весело говорит Скотт, скорее всего ухмыляясь. — Атакуешь меня своими ногтями? Исцарапаешь? Давай. Только не забудь завернуться в полотенце, когда будешь идти в мою кабинку.

Гм… блядь. И вдруг я осознаю, что обращать внимание на Скотта эквивалентно дать под зад Коннору.

В большинстве ситуаций мой парень ведет себя очень зрело. Я же более склонна к кривой дорожке.

Коннор не позволяет своему раздражению отобразиться на его лице. Но я замечаю, как его челюсти сжимаются, и когда он смотрит на меня, в его взгляде пылает жар. И в момент, когда я задаюсь вопросом, станет ли он меня наказывать, как однажды обещал, Коннор возвращается к мытью своей головы.

Разочарование разливается, переполняя всю меня. Разве плохо, что я желаю его наказания? Предполагаю, мне стоит вернуться к своему ритуалу мытья… Я кусаю себя за щеку, пытаясь отвлечься, пока тянусь за бритвой. Но мой взгляд снова натыкается на член Коннора, и я удивляюсь, как он может поместиться внутри меня, а ведь у него сейчас всего лишь полу эрекция.

— Так и какую же ты должность занимаешь в Кобальт Инк.? — спрашивает Скотт у Коннора.

— Промежуточный главный исполнительный директор, — отвечает он вежливо. Думаю, Скотт сейчас попытается спровоцировать Коннора.

— Так это временная должность?

— Временная, переходящая, недолгая, — перечисляет Коннор довольно легкомысленным тоном. — Поищи синонимы на слово промежуточный, если тебе это нужно.

Скотт фыркает, но видимо не найдя ничего, что можно бросить в лицо моему парню, затыкает рот.

Я сосредотачиваюсь на процессе купания. Мне все еще нужно побрить ноги. А это означает наклониться перед Коннором. Он по-прежнему загораживает меня от Скотта, так что я толком его не вижу, к счастью. Не желаю видеть задницу Скотта. Пусть он смотрит на задницу Коннора, это как никак его пункт номер один, ну вы знаете.

Может быть мне пропустить бритье.

Я дрожу.

Да пошло оно все. Я и так зашла уже слишком далеко. Голая, в душе с голыми мужчиной. Могу же я немного наклониться. Я намыливаю себе ноги и затем наклоняюсь, чтоб закончить бритье. Моя попка трется о член Коннора, и я уж было собираюсь выпрямиться и немного отодвинуться вперед, но Коннор кладет руку мне на спину, надавливая так, чтобы я оставалась в согнутом положении.

Другая его рука нежно ласкает кожу на моей попке. А затем он с силой сжимает мою плоть, и в этой хватке словно слышится подтекст, что он не отдаст Скотту ничего своего.

Я морщусь, но не могу не улыбнуться, мне нравится, что его заботят посягательства другого мужчины. Его рука движется, сжимая и разжимая, потирая и лаская, все сильнее приближаясь к моей промежности. Но все еще не касаясь меня там. Мои руки дрожат, пока я пытаюсь побриться, особенно когда между своими ласками он вставляет шлепки. Ахх… охуеть…

Почему это ощущается так хорошо?

Он убирает руку у меня со спины, позволяя мне подняться, но его пальцы скользят в опасной близости с моими складочками.

Коннор все сильнее опускает свою руку. И я всхлипываю — это звук, который никогда прежде не срывался с моих уст. Я чертовски боюсь за свой гребаный мозг. Пиздец… Я резко падаю на свои коленки, кровь приливает к лицу, я быстро собираюсь и распрямляюсь, от чего рука Коннора отлетает в сторону.

Скотт смеется. Он, блядь, смеется, и от этого шок и чувство вины накрывают меня еще сильнее. Я отказала Коннору прямо на глазах у Скотта — именно так выглядит данная ситуация? Я медленно поворачиваюсь и встречаюсь с самодовольным выражением лица Коннора, и что самое главное, я все еще не могу прочесть его эмоции. Потому я просто пытаюсь своим выражением извиниться перед ним. Я использую мышцы лица, которые находились в неподвижном состоянии все 23 года моей жизни.

Фырканье Скотта все еще жжет мои барабанные перепонки. Неспешно, я поворачиваюсь к продюсеру и мысленно проклинаю его, хоть и знаю, что ему не понять, что дело совсем не в Конноре. Если бы кто-то другой попытался проделать со мной подобное, то получил бы точно такую же реакцию.

Коннор берет меня за подбородок и поворачивает лицом к себе. Наши взгляды встречаются, но совершенно по-новому. Мир сужается.

Больше нет Скотта.

Нет душа.

Нет никакого ощущения воды или наготы.

Есть просто я. Просто он. Просто мы.

Снова вместе.

Желание окутывает меня и пульсирует, накрывает своим пьянящим одеялом. Мы оказываемся в коконе желаний и потребностей, чувств, которые держали в узде с момента переезда в таунхаус. Это все побуждает к жизни, и я вижу, как жажда бурлит в голубых омутах его глаз.

Какое-то время мы сдерживали себя. Я не мастурбировала в нашей постели, так как боялась издавать звуки, которые могли бы уловить вмонтированные в стены микрофоны. Коннор же привык это делать в душе, а здешние коммунальные условия не очень способствуют данному занятию.

Мы оба заведены до предела. Особенно после того, как возбудили друг друга на кухне.

И затем Коннор проводит большим пальцем по моему подбородку, касаясь контура нижней губы и проскальзывая пальцем мне в рот.

Я громко стону в знак согласия, томления и удовольствия.

Но из-за звука воды этот стон почти что неуловим.