Криста Ритчи – Коснуться небес (ЛП) (страница 19)

Наверное, я мог бы лечь поспать прямо сейчас, но вместо этого потягиваю кофе. Лучше бы я пропустил это.

Наблюдая за тем, как Рик медленно передвигается по подвалу, стараясь уклонятся от паутины, в поисках дохлой крысы, я улыбаюсь. Да пошел этот сон. Вот такие маленькие вещи и являются наиболее важными в жизни.

— Я — аспирант, пытающийся управлять многомиллиардной компанией, — говорю я Ло. — Если бы я не выглядел так дерьмово, то подсел бы на препараты.

Я слышу, как Рик ударяется головой о трубу.

— Трахните мне, — матерится он.

— Прелюбодействуешь с крысами? — спрашиваю я, сжимая в ладонях теплую кружку.

— Да пошел ты, Кобальт, — ворчит он, двигаясь дальше. — Сюда должен был лезть самый невысокий из нас.

Ло сразу воспринимает это на свой счет и начинает обижаться.

— Если бы я знал, что ты будешь вести себя, как сучка, то сделал бы это сам, и я только на один дюйм ниже тебя, братан.

Рик снова ударяется головой о трубу и издает рычащие звуки.

— Я все еще шесть, бля, три (1,92 м — прим. пер.).

Ло упирается локтями в бедра и, приседая, наблюдает через дверцу за своим братом.

— Ты так долго там только потому, что такой гигант, или есть и другие причины? Ты ставил ловушку. Так что должен знать, где она.

— Вероятно, крыса утянула ловушку с собой.

— Так воспользуйся своим носом, — предлагаю я. — У собак обоняние получше моего.

Ло смеется, тогда как я делаю еще один глоток кофе.

— Отвали, — орет Рик, и это звучит реально угрожающе, даже через стену.

Мой телефон вибрирует в кармане. Вытащив его, я быстро читаю сообщение.

Ты уже поговорил с Лореном? — Роуз.

Я не удивлен, что Роуз снова сосредоточилась на проблеме Лили и Лорена. Ей нравится заботиться о своих сестрах, но думаю, то, что она сосредотачивается конкретно на Лили и Ло отвлекает ее от собственных проблем.

В ответ я пишу: Делаю это прямо сейчас.

Одной проблемой меньше в ее списке переживаний — одним стрессом меньше в ее жизни. Я кладу телефон в карман и поворачиваюсь к Ло, чтобы сформулировать к нему вопрос Роуз, будто он мой собственный.

— У Лили сейчас больше секса, чем обычно?

Роуз это неизвестно, но Ло в вопросах секса на удивление откровенен. Он мотивирован страхом, что может позволить Лил снова погрузиться в зависимость, плюс Ло доверяет моим советам.

— Она не стремиться к сексу последнее время вообще, не хочет, — он встает, по-прежнему удерживая корзину для мусора в руках. — Все это чертово реалити-шоу доводит ее до предела. А она лечит свою тревогу с помощью секса, это означает, что в следующую неделю мне не светит ничего, кроме секса с помощью пальцев, — он смотрит на камеру, закрепленную в углу потолка, и машет пальцами в сторону объектива. А затем еще и подмигивает.

И вот почему это шоу реально будет популярным. Нефильтрованные разговорчики и делают хорошее телевидение.

— Так у вас нет секса? — говорю я, стараясь, чтобы в моем тоне не было намека на неверие, хоть внутренне я и сомневаюсь в истинности его слов. Они практически всегда трахаются ночью и утром. Несложно услышать это через тонкие стены.

Лорен потирает затылок, вероятно, пытаясь решить, солгать мне или сказать правду. Опуская руку, он говорит:

— Нет, я имею в виду… — он вдыхает, и я терпеливо ожидаю. — Мы трахались пару дней тому назад. После этого она была немного компульсивна, так что я хочу, чтобы она воздержалась от секса три-четыре дня, посмотрим, как Лил справится с этим.

— И вы использовали презерватив? — спрашиваю я.

На секунду он затихает, а затем резко ударяет кулаком о стену.

— Рик, поспеши, черт тебя побери.

— Ло, — говорю я.

Он разворачивается ко мне, его глаза горят.

— Этот разговор окончен.

— Я просто пытаюсь представить, как будет выглядеть Лили беременной, — говорю я невзначай. — Будет ли у нее полнеть все тело, или только округлится живот?

— По крайней мере я не дрочу, — говорит Ло, и его голос пропитан чистейшей злобой. — Как давно ты трахался с кем-то, кроме своей руки?

Сказав это, он сжимает челюсти, сдерживаясь, чтобы не скривиться. Ло свойственно быть грубым с окружающими, но с момента нашего знакомства, он использует резкие слова все реже. Раньше он был пьяным мудаком. Просто и понятно. Сейчас же он — трезвый мудак, который сожалеет, когда не может удержаться от колкостей.

К счастью для него, меня сложно разозлить.

— Моя рука и член — старинные друзья, — говорю я равнодушно и даже немного усмехаюсь.

Кажется, что он тоже расслабляется, понимая, что пресек мои расспросы.

— Я не твой брат, — я заглядываю в эту кроличью нору, где фактически исчез Рик. — Я не собираюсь ругать тебя за то, что ты совершил какую-то глупость. Но я встречаюсь со старшей сестрой твоей девушки, так что в этой ситуации мои собственные яйца тоже на линии огня.

Он кивает, как будто понимая, о чем я.

— Это последствия того, что ты лег в кровать с дьяволицей.

— И она мне чертовски нравится, — опровергаю я, — так что упрости мне жизнь и используй презерватив.

Я не говорю ему о том, что он сам еще не готов стать отцом, и о том, что идея о беременной Лили ужасает всех нас. Не говорю о том, что алкоголизм наследственен или о том, что Ло сейчас слишком занят, чтобы уделять ребенку должное время. Он и так знает все это. Он слышал это тысячу раз от Роуз и своего брата.

Но что Роуз и Рик не понимают, так это, что от постоянного повторения человеку чего-нибудь, он может стать к этому нечувствительным. Энди Уорхол использовал эту теорему, создавая свою картину с электрическим стулом. Он накладывал одно и то же изображение раз за разом, пока не добился того, что глядя на картину, вы можете увидеть на ней нечто ужасное.

Смысл первоначального изображения теряется.

Так что я стараюсь не повторять то, что уже было сказано ранее. Я хочу, чтобы мои слова несли первоначальный, вложенный мной в них, смысл.

Потому я выдал Ло свою эгоистичную причину.

Я — мудак, который заботится только о себе.

Я — тот, кем ему нужно, чтобы я был.

Ло смотрит в пол какое-то время, обдумывая мои слова.

— Я буду внимательнее, — бормочет он себе под нос.

Шум, доносящийся из кроличьей норы, прерывает наш разговор. Рик должно быть снова ударился о трубу. Он кашляет и говорит:

— Здесь так много чертовой плесени. Никто не должен жить на нижнем этаже, пока мы не наймем кого-то, чтобы убрать ее.

Ло наклоняется к дверце.

— Если таким образом ты пытаешься переселиться в одну комнату с Дэйзи, то можешь забыть об этом. Я и так с трудом терплю вашу дружбу.

— Ты, блин, издеваешься надо мной? — отвечает Рик. — В ее комнате были крысы, она живет недалеко от плесени, и твое первое предположение, что я хочу ее трахнуть?

Глаза Лорена прищуриваются.

— Я не сказал ни слова о том, чтоб трахнуть ее.

Рик стонет.

Дэйзи — видимо, болезненная тема для братьев. С тех пор как Рик и Лорен возобновили свои отношения — просто встретившись полтора года назад — между ними есть некая напряженность, связанная с сестрами Кэллоуэй. Лорен вырос вместе с ними. А Рик нет. Естественно, что Ло защищает Дэйзи, но проблема в том, что постоянная забота о Лили отнимает у него все время, и он просто не успевает позаботиться еще об одной девушке, даже несмотря на то, что воспринимает ее как свою маленькую сестренку.

Так что, хоть Ло и считает, что защищает Дэйзи от своего сводного брата, в действительности он создает барьер между Дэйзи и единственным здесь человеком, который позаботится о ней в первую, а не в последнюю очередь.

И тем не менее, я не могу сказать ему об этом вслух. Я должен позволить этому идти своим естественным путем. Мое вмешательство не принесет ничего хорошего. Мои слова не нашли бы отклик у Лорена, как бы я того не хотел. Так что я держу при себе свое мнение по этому вопросу.