Крис Юэн – Собеседование (страница 11)

Я подняла взгляд, потерянная, и прижала ладонь к виску. Раз за разом отвечал автоответчик. Подсознание рисовало картины: объятый пламенем самолет с ревом несется к воде, врезается в океан и разваливается на части.

– Я ведь еще увижу его?

– Кейт, может оказаться, что ничего страшного не случилось. Аномалия. Нам нужно надеяться на лучшее.

– Я не могу… Я не хочу домой. Пожалуйста. Позвольте остаться здесь. Если вы что-то узнаете, хоть что-нибудь, я хочу услышать это. Мне нужно знать.

Сэр Фергюс остановился и с беспокойством посмотрел на финансового директора. Я увидела, как Доминик встретился с ним взглядом, оценивающе прищурился и затем кивнул.

– Хорошо, Кейт. Оставайтесь. И если вы чувствуете себя в силах помочь нам, то я вынужден попросить вас об услуге. Сейчас мы не можем обратиться ни к какому другому специалисту по коммуникациям.

17

Щелчок от закрытия двери вырвал меня из задумчивости. Я сидела одна в стеклянном кубе, ошеломленная.

Казалось, что все это понарошку. Происходящее не могло быть реальным.

Джоэль должен был понимать, что он зашел слишком далеко. К черту мантру о собственных правилах. Я достаточно просидела на их сайте и знала, что пропустить раздел с уставом для сотрудников невозможно. Они всячески демонстрировали, насколько общепризнаны их достоинства как работодателей. Писали о том, как важно уважать потребности сотрудников. Сегодня со мной обращались совершенно противоположным образом. Возможно, Джоэль начал осознавать, какие неприятности его ждут.

Вот и прекрасно.

Я часто дышала, пытаясь сдержать слезы. Обхватила руками голову. Несколько раз медленно вздохнула.

Держи себя в руках.

Передо мной стоял стакан с водой. Я взяла его и дрожащей рукой поднесла к губам.

Невидящими глазами я уставилась на подрагивающую жидкость и представила другую картину. Мое любимое воспоминание из свадебного путешествия. Я в объятиях Марка на девственно-белом пляже, мы оба босиком. Морской бриз мягко колышет его белую льняную рубашку и мелкие кудри, он щурится от солнечного света, и от его глаз разбегаются лучики. А как он нежно брал мое лицо в руки и проводил по скуле большим пальцем. Даже сейчас это воспоминание успокаивало.

Мне нужно было встать. Встать и выйти отсюда.

Что меня останавливало?

Стыд в основном.

Я представляла себе, как мне придется идти через весь офис под взглядами молодых работников Edge, делать вид, что все в порядке, хотя они видят меня насквозь.

Я вздрогнула от резкого, дребезжащего звука, исходившего откуда-то изнутри куба.

Это зазвонил стоявший на столе телефон.

Я уставилась на него и злобно шарахнула стаканом по столу.

Даже переадресацию включить не удосужился.

Мою кандидатуру вообще рассматривали всерьез?

Я быстро огляделась. Жалюзи по-прежнему опущены, лампы заливают куб ярким светом. Никто не торопился.

Телефон не замолкал, и, пока он звонил, я вспомнила кое-что, отчего мне стало не по себе.

Иногда на собеседованиях мы даем кандидатам психометрические тесты.

Мэгги тоже говорила о смоделированных ситуациях. Хейли по дороге сюда от этого отмахнулась, но что, если это проверка? Я решила, что, возможно, это какая-то ненормальная, сумасшедшая выходка, целью которой, вероятно, было сначала сломить меня, а потом заставить собраться обратно по частям. Проверить мою способность действовать в кризисной ситуации.

Или же это звонит Джоэль, чтобы уточнить, можно ли ему уже вернуться. Но это не похоже на его поведение.

Брать или не брать?

Я все еще не могла как следует вздохнуть, горло сдавило. Я сомневалась, что смогу ответить на звонок твердым голосом.

Телефон продолжал звонить.

Тут в голову мне пришла поистине чудовищная мысль.

Джоэль с самого начала знал про Марка. И подводил меня к этой теме нарочно.

Если подумать…

Просматривать социальные медиа потенциальных сотрудников – стандартная практика среди нанимателей. А даже беглого взгляда на мою страницу в фейсбуке[3] хватило бы, чтобы заметить мои посты о Марке и то, что я состою в группе взаимоподдержки, которую создали родственники жертв трагедии Global Air. Я редко что-то выкладывала. В последние месяцы в моей жизни происходило мало того, что казалось мне заслуживающим внимания. На страницу Марка я заходила еще реже, потому что от этого делалось невыносимо больно. Каждый, кто промотает на пятнадцать месяцев назад, прочитает и мои первые мучительные записи после крушения, и несколько меланхолических, написанных в трудные даты: в дни рождения и годовщины.

Я почувствовала себя уязвленной, мне подурнело.

На них очень хорошо работать, и нам тут так весело.

Но все произошедшее весельем назвать сложно. Это было жестоко и гнусно.

Или телефон звонит по совпадению. Дурацкому.

Трезвон смолк.

В последовавшей тонкой тишине я почти могла услышать глухой ропот крови, бегущей по моим венам.

Я с трудом мыслила трезво. Если это было проверкой, я провалилась? А мне это важно?

Я закусила губу и подумала о Марке на том чудесном белом пляже. О том, как нежно он касался моего лица. Что бы он сказал, если бы оказался здесь?

И тут же в моей голове возник ответ. Простой и ясный.

Вставай и уходи отсюда.

Мне это не нужно. Это никому не нужно.

Будут еще предложения и другие возможности.

Я откатилась на кресле, встала. Руки и ноги подрагивали от нервов и адреналина. Вся кровь как будто отлила от головы, и я словно плыла.

Я повернулась к двери, но остановилась.

Из опенспейса не доносилось ни звука. Было неестественно тихо.

С внезапно охватившим меня ужасом я представила, как Джоэль сидит на краю одного из столов, болтая ногами и ухмыляясь, а все сотрудники офиса собрались вокруг него, чтобы встретить меня медленными хлопками.

Глупости.

Открой дверь и посмотри сама.

Но прежде чем я успела открыть дверь, телефон зазвонил снова.

Я подобралась.

Я могла бы взять трубку. Если это какое-то грубое, бесчувственное испытание, то я могла бы воспротивиться ему, сказать им все, что думаю об их компании, и уйти.

Но сомнение тихо нашептывало мне, что если это испытание, то мне не стоило отвечать на звонок. Джоэль рассказывал о том, каких важных клиентов и важные бренды представляет Edge. Такая компания должна ценить сдержанность и умение держать рот на замке. Если я отвечу на звонок, то совершу ошибку? Заранее не узнаешь. В любом случае проиграешь. Так что я пошла на компромисс. Не ответила на звонок, но и дверь не открыла. Вместо этого я двумя пальцами раздвинула жалюзи. Но Джоэля не увидела.

Не увидела вообще ни души.

18

Ни шевеления. Ни гула. Во всем офисе приглушен свет.

Большинство компьютеров были выключены и смотрели на меня почерневшими мониторами. Лишь на некоторых светился логотип Edge.

Я решила бы, что люди, жизнь, сутолока, которая меня встретила, мне померещились, если бы не знала, что так не бывает. Было уже шесть, но мне все же показалось странным, что офис так быстро опустел.

На столе за моей спиной продолжал звонить телефон. Его мерзкое блеяние вкручивалось мне в голову.

Где все? Ушли? Прячутся?