Крис Кэмбелл – Мон-Иллей. Восхождение близнецов (страница 2)

Его брат и вправду уже был на полпути к деревне. Он видел огни и множество причаливших лодок, но та, которую он надеялся увидеть на суше, оказалась дальше всех в море. Буря прибила лодку его лучшего друга к каменному острову и с неистовой силой обрушивала всю мощь своих волн на маленькое судно, разбивая его об острые скалы. Квинт, ни на секунду не задумываясь, бросился в черные волны.

Для обычного человека это была бы неминуемая гибель, но для волшебника – трудность, с которой ему по силам справиться. Он греб изо всех сил в ту сторону, где в эту минуту решалась человеческая жизнь. Жемчужина на шее поддерживала его на плаву без всяких усилий. Наконец Квинт увидел деревянные обломки. На самом крупном лежал Тинт. Его разбитый висок кровоточил, он был без сознания, и лишь непонятная сила его руки удерживала, прижимая к доске, тело четырехлетнего мальчика.

Квинт огляделся, осматривая поверхность воды. Больше никого не было. Он с ужасом осознал, что его самые страшные предположения подтвердились. Тинт, как всегда, был слишком самоуверен и отплыл дальше всех, не обращая внимания на предупреждения природы о надвигающейся буре, и что еще хуже – захватил на промысел своего сына.

Рыбаки даже без магических способностей могли хорошо предсказывать погоду, но не каждый справлялся со своей гордыней и жадностью улова. Квинт схватил доску, на которой все еще держались отец с сыном, и с силой толкнул ее в сторону берега. Их всех подхватила подходящая волна, и через некоторое время хоть и с трудом все трое оказались на суше. Квинт протащил тело друга по мокрому песку, оставляя глубокий след, который вскоре стерли слегка успокоившиеся волны.

Тинт все еще не приходил в себя, его сердце билось совсем слабо и прерывисто, не оставляя лишних надежд на спасение. Маленький же мальчик все еще боролся: его тело сотрясали неконтролируемые судороги, легкие пытались извергнуть обжигающую соленую воду. Квинт, обессилев, рухнул на колени перед ним, пытаясь помочь несчастному остаться в живых. На глаза мужчины наворачивались слезы – он начинал осознавать весь ужас происходящего.

«Чем я сейчас отличаюсь от обычного человека?» – спрашивал себя Квинт. В эту секунду он был так же беспомощен перед беспощадной смертью, как и любой другой.

Сорвав с шеи жемчужину, волшебник приложил ее к маленькой холодной груди. Сердце мальчика билось. Жемчужина засияла ярче, словно пламя свечи, спрятанное в крепких ладонях измученного волшебника. Квинт резко обернулся, почувствовав рядом движение. В нескольких метрах от него стояли ошарашенный Агвид и пара его помощников. Все молчали, переводя взгляд с искаженного ужасом лица Квинта на разгорающееся сияние, исходящее от груди спасенного мальчика.

Пару часов спустя состоялось экстренное собрание. На той же террасе, где совсем недавно царила приятная атмосфера семейного вечера, теперь разыгрывался настоящий скандал.

– Этот мальчишка не имеет права здесь находиться! Он человек, Агвид! Все законы кодекса поселений будут нарушены. Представь, как это скажется на нашем влиянии в Совете. Кто-то должен вернуть его в деревню. Немедленно! – уже переходя на крик, продолжал настаивать Морис – один из тех мужчин, что сопровождали главу поселения на пляже.

– Остынь, дружище, я хочу выслушать Квинта. Ему сейчас непросто, – осек его глава Линдсейроу. – Дорогой брат, посмотри на меня.

Квинт, сидящий до этого неподвижно, неожиданно дернулся, словно вышел из оцепенения, убрал мокрые волосы со лба и посмотрел на старшего брата.

– Тинт мертв… Мой лучший друг мертв… – произнес он сухим безжизненным голосом. – Я чудом спас его сына и теперь несу ответственность за мальчика. Стало известно, что и его мать была с ними в лодке. Но, черт возьми, я ее там не видел! Понимаешь? Ее нигде не было!

– Продолжай, тебя здесь никто не винит, – подбадривал Агвид, положив большую ладонь на плечо брата.

– Он остался сиротой, и я просто обязан позаботиться о нем.

– Больше никаких походов в человеческую деревню! Они будут обыскивать берег после кораблекрушения, нельзя давать им ни малейшей зацепки. Неужели ты совсем потерял рассудок?! – ударив кулаком по столу, огрызнулся Морис.

От грохота спасенный ребенок, спящий последний час на мягкой овечьей шкуре, дернулся и приоткрыл глаза. Он хотел что-то пролепетать, испугавшись незнакомой обстановки, но почти сразу обессилено опустил голову и вновь задремал.

– Если я не смогу приглядывать за ним в деревне, тогда пусть остается жить здесь, – выдерживая бешеный взгляд Мориса, процедил сквозь зубы Квинт и встал на ноги.

– Ты предлагаешь сделать вид, что мальчишка утонул вместе со своими родителями в эту злополучную ночь? – озадаченно посмотрел на него Агвид Лайн, предчувствуя, какую непомерную ответственность брат хочет взвалить на себя.

– А разве есть предложения получше? Есть вероятность, что он видел город и наши жемчужины, – уже с неизвестно откуда появившейся надеждой в голосе заговорил Квинт. У него с молодой женой еще не было своих детей, и он очень надеялся, что супруга сможет принять мальчика как родного. – Мы воспитаем его по всем волшебным традициям, наполним юную голову необходимыми знаниями. Имея магические артефакты, он вполне сможет существовать в нашем мире.

– Случай беспрецедентный! Открыть человеку все, что мы так тщательно скрывали веками? Никто не даст тебе гарантии, что он не станет ключом к погибели Содружества. Опомнитесь, друзья! Мы все огорчены, но это не должно давать нам повод совершать такие необдуманные глупости. Это только догадка, что мальчишка успел что-то там высмотреть. Ему никто не поверит, ведь страх и ужас, перенесенные ребенком, могут породить в сознании и не такие фантазии. Я однозначно голосую против! – закончил свой монолог Морис и сел за стол, настойчиво глядя на Агвида.

– Я согласен с Морисом. – Квинт бросил напряженный взгляд на брата, но тот прервал его поднятой рукой, прося дослушать. – Это действительно очень опасно. Опасно даже на этапе сегодняшнего собрания. Если хоть кто-то проговорится, то как минимум я лишусь своего места, а как максимум волшебный мир ждут ужасные перемены. Но! Если смотреть на это иначе, если говорить о жизни ребенка, то, конечно, дать ему возможность жить с нами – значит дать шанс стать кем-то большим, чем сиротским мальчишкой из рыбацкой деревни.

Агвид задумчиво замолчал, потирая виски.

– Это неслыханно! Но если вы примите это решение, то будьте уверены, хоть я и категорически против, клянусь, что унесу этот секрет с собой в могилу, – нервно потирая усы, продолжил ворчать Морис. – И еще одно замечание: пусть этот паренек ни при каких обстоятельствах не унаследует место главы поселения и фамилию первооснователя Линдсейроу, Лайн. Пусть она, как и прежде, достается лишь семье избранного руководителя. Это мое условие.

– Дорогой брат, – внимательно выслушав наказ начальника охраны, обратился к Агвиду Квинт, – я осознаю всю опасность этого решения, но я, как никто другой, буду заинтересован в сохранности тайны, чтобы сберечь наш мир, нашу семью и твою безукоризненную репутацию. Рою нужен отец. Он уже знает меня, и ему будет легче перенести утрату, заполняя образовавшуюся пустоту новыми знаниями и умениями. Я лично возьмусь учить его, стану ему отцом и наставником.

Агвид с грустью посмотрел на брата, чувствуя боль его потери и переживая из-за навязчивой идеи с этим мальчиком.

– Я принимаю решение… – сказал он наконец, и в воздухе повисло почти осязаемое напряжение, – оставить ребенка в поселении, а всем присутствующим дать клятву о неразглашении. С этой минуты Рой – наш собрат и приемный сын Квинта. А завтра утром все жители города узнают о нем как о маленьком волшебнике-сироте, которого мы радушно приняли в семью.

– О-о-о, Агвид! – бросился к нему с объятиями брат.

– Не стоит, не стоит! Тебе осталось самое сложное: объяснить все своей жене, – сказал глава Линдсейроу и улыбнулся.

Теперь, тридцать лет спустя, глядя в глаза взрослого, умного и достойного мужчины, в которого превратился Рой, Агвид понимал, что не ошибся той ночью. Ни разу с тех пор он не пожалел о своем решении. Более того, он так же, как и Квинт, вскоре полюбил Роя. Поэтому сейчас искренне переживал за его душевное состояние.

Лорейн Фар была замечательной девушкой и талантливой волшебницей, но она почти сразу дала понять Рою, что они не пара. Однако молодой мужчина был влюблен и не оставлял надежд на взаимность, мечтая заполучить ее согласие принять его руку и сердце. Агвид даже предполагал, что она знала его секрет, но общая тайна не спасла их отношения. Несколько лет назад всем без исключения были заметны ее чувства к одному талантливому архитектору. Хоть и пропал выше упомянутый при неизвестных обстоятельствах, не было сомнений, что Лорейн отправилась вслед за ним и теперь они вместе. Впрочем, эта пара не слишком волновала Агвида. Роя необходимо было чем-то занять, и у него уже было на примете одно неотложное дело, которое он собирался поручить своему дорогому племяннику.

– Но поговорить я хотел с тобой вовсе не об этом. Намечается очень важное путешествие. Я считаю, что без твоего участия оно просто не может состояться, – с усмешкой начал Агвид, но уже более серьезно продолжил: – Потребуются все твои навыки и тайные знания. Бьюсь об заклад, ты встретишься с приключениями, о которых потом будут слагать легенды!