Козьма Прутков – Русская басня (страница 14)

                      Невежи Жуки                       Вползли в науки И стали патоку Пчел делать обучать.                       Пчелам не век молчать,                       Что их дурачат;       Великий шум во улье начат. Спустился к ним с Парнаса Аполлон,                       И Жуков он                       Всех выгнал вон, Сказал: «Друзья мои, в навоз отсель подите; Они работают, а вы их труд ядите, Да вы же скаредством и патоку вредите!»

СОВА И РИФМАЧ

              Расхвасталась Сова, В ней вся от гордости и злобы кровь кипела,                     И вот ее слова: «Я перва изо птиц в сей роще песни пела, А ныне я за то пускаю тщетный стон; Попев, я выбита из этой рощи вон:     За сладко пение я бедство претерпела».     Ответствовал Сове какой-то Стихоткач,                   Несмысленный Рифмач: «Сестрица! я себе такую ж часть наследил, Что первый в городе на рифмах я забредил».

КОЛОВРАТНОСТЬ

           Собака кошку съела,            Собаку съел медведь, Медведя, зевом, лев принудил умереть, Сразити льва рука охотничья умела,        Охотника ужалила змея,            Змею загрызла кошка.                     Сия            Вкруг около дорожка.                  А мысль моя, И видно нам неоднократно, Что все на свете коловратно.

БЕЗНОГИЙ СОЛДАТ

Солдат, которому в войне отшибли ноги, Был отдан в монастырь, чтоб там кормить его,              А служки были строги              Для бедного сего. Не мог там пищею несчастливый ласкаться              И жизни был не рад, Оставил монастырь безногий сей солдат. Ног нет; пополз, и стал он пó миру таскаться. Я дело самое преважное имел, Желая, чтоб никто тогда не зашумел; Весь мозг, колико я его имею в теле,              Был в этом деле,         И голова была пуста.         Солдат, ползя с пустым лукошком,              Ворчал перед окошком: «Дай милостинку кто мне, для ради Христа,              Подайте, ради бога: Я целый день не ел, и наступает ночь». Я злился и кричал: «Ползи, негодный, прочь,              Куда лежит тебе дорога; Давно тебе пора, безногий, умирать, Ползи, и не мешай мне в шахматы играть». Ворчал солдат еще, но уж не предо мною, Перед купеческой ворчал солдат женою.              Я выглянул в окно,              Мне стало то смешно,              За что я спéрва злился, И на безногого я, смóтря, веселился.