Костенко Елена – Правдивая история про снег, Новый год и древнюю магию (страница 2)
Серёжа, стоя у подъезда и задрав голову вверх, любовался этим искрящимся великолепием. Тем временем проказницы-снежинки садились ему на нос, щёки и тут же таяли, превращаясь в малюсенькие тёплые капельки.
Во дворе на детской площадке стайка девчонок, щебеча, как птички, лепила снеговика. Из футбольной коробки доносились весёлые возгласы и победные крики.
– Вон мяч гоняют. Пошли к ним! – крикнул уже на ходу Дима, рванув к футбольной площадке.
Во дворе всегда кто-нибудь да гулял. Их дом был просто гигантом: 18 этажей, 8 подъездов, 1552 квартиры. Точное количество квартир Дима узнал, когда ходил к однокласснику на день рождения. Тот жил в последнем подъезде на восемнадцатом этаже в той самой последней в доме квартире под номером 1152. После праздника Дима посчитал на калькуляторе, что если в каждой квартире живёт примерно по два человека, то всего у них не меньше 2304 соседей. Этой информацией он поделился с братом, чем очень того удивил. А удивляться самому и удивлять других Диме нравилось.
В центре двора располагалась футбольная площадка, огороженная высокой сеткой. Круглый год, независимо от погоды, на ней гоняла мяч разновозрастная команда. Зимой площадку чистили сами: хочешь играть – тащи лопату. Обычно в игре малышню ставили на ворота, а нападающими становились ребята постарше.
Серёжа, как самый маленький на поле, встал в ворота, Димку приняли в команду противника.
Пока гоняли мяч, на улице совсем стемнело. По периметру двора включились фонари. Окна домов дружно засветились, перемигиваясь гирляндами, будто приветствуя друг друга. На поле игроков оставалось всё меньше: многие из ребят разошлись по домам.
Футболка Димы под курткой давно промокла от пота, хоть отжимай, как говорится, а уходить не хотелось. Вот она свобода, командная игра и азарт.
– Гол!!! – закричал Дима, победно вскинув над головой руки. – Пацаны, мы домой. Серёга, пошли!
– Давай останемся на десять минут? – в ответ крикнул Серёжа, но Дима уже шёл через поле к выходу.
Серёжа прощально махнул своей команде и побежал за братом.
Сырыми были не только футболки, но и штаны и, конечно, перчатки с прилипшими на них комками снега, вот-вот готовые на морозе превратиться в нечто несгибаемое и обледенелое.
– Смотри! Я вулкан!
Серёжа сдёрнул шапку. От головы шёл густой пар.
– Я тоже, – поддался Дима настроению брата, сдёрнул свою, но тут же опомнился и натянул обратно. – Не чуди, заболеешь. Погнали домой!
Дима приложил ключ к домофону. Но ничего не произошло, и дверь не открылась. Поднёс ещё раз. В тот же момент панель домофона замигала и пискнула, а из приоткрывшейся двери сначала показалась узкая рыжая мордочка, за ней – короткое тельце, заканчивающееся пушистым колечком хвоста. Обнюхав блестящим чёрным носиком Димины ботинки, собачка породы шпиц звонко гавкнула.
Следом за ней, на ходу натягивая на руку перчатку, вышла её хозяйка.
– Здравствуйте! – Дима придержал дверь, выпустил из подъезда соседку и пропустил вперёд брата.
Первым к двери родной квартиры подошёл Дима и требовательно постучал. Серёжа, уставший и сырой, плёлся сзади.
Но встречать их никто не спешил. Димка нетерпеливо занёс руку для нового стука и уже почти коснулся чёрного металлического полотна, как щёлкнул замок и дверь открылась наполовину. На пороге стояла мама. Дима сразу заметил, что что-то случилось.
Мама не улыбалась, а, прищурив глаза, с вопросом смотрела на мальчиков. Одета она была не так, как днём, в домашнюю футболку и брюки, а в вечернее чёрное платье с блёстками. На её шее переливался большой золотой, с изумрудом медальон, подаренный папой в день их свадьбы. Локоны волос, уложенные в высокую прическу, и макияж не оставляли сомнения, что мама собралась на какое-то мероприятие.
– Вы куда? – ошарашенно проговорил Дима.
Он не помнил, чтобы родители говорили ему, что куда-то собирались уйти вечером.
Димка хотел шагнуть в квартиру, но мама с порога не двигалась и всё так же вопросительно смотрела на мальчиков.
– Дай пройти! – Дима заглянул маме в глаза.
Красивые зелёные, как изумруд на маминой шее, глаза смотрели на него холодно и удивлённо.
– Куда пройти? – спросила мама.
– Ну домой, конечно! – сказал Серёжа и засмеялся. – Прикалываешься, да?
Он толкнул Диму в спину, мол, чего встал, иди! Димка качнулся вперёд, но в дверях по-прежнему стояла мама и перекрывала вход в квартиру. На миг Диме показалось, что дверь сию минуту захлопнется перед ним.
– Мальчики, вы кто? И почему я должна вас пустить в свою квартиру?
Дима и Серёжа синхронно открыли рты и так же одновременно их закрыли.
Мама перевела взгляд с Димы на Серёжу и обратно, ожидая ответа.
– Мам, ты всё сердишься? Да? – спросил Серёжа, снизу вверх смотря на мать. – Не простила нас, да?
Теперь рот открылся и закрылся у мамы. Она нахмурила брови. Повисла пауза. И вдруг мама ни с того ни с сего рассмеялась. В этот миг из ванной (и Дима, и Серёжа точно знали, что оттуда) донёсся папин голос:
– Я готов. Поехали.
Секундой позже дверь широко отворилась. За спиной мамы появился отец. Большой, выше жены на целую голову. Выглядел он нарядно, как будто собрался в театр или на вечеринку: белая рубашка, чёрные классические брюки с металлическим отливом, на запястье – часы, механические, в тяжёлом серебряном корпусе. Отец надевал их редко, только по особым случаям, предпочитая им простой и лёгкий фитнес-браслет.
– Пацаны, чего надо? – пробасил он.
– Да не смешно! – уже обиженно протянул Дима.
– А вон жене моей смешно!
Мама по-прежнему улыбалась, подняв правую бровь.
Мужчина тоже улыбнулся:
– Ну, так что? Раз ничего, то всего доброго!
Отец потянул на себя дверь и хотел уже закрыть её, но тут Дима неожиданно для себя и всех присутствующих вставил ногу между створкой и косяком.
– Мама, папа, хорош! Ну виноваты, наверное. Что, звонили? Я трубку не взял? – И он поспешно расстегнул молнию куртки, чтобы достать из внутреннего кармана телефон.
– И у меня ни одного пропущенного звонка! – Серёжа протягивал маме свой аппарат. – Смотри. Почему вы так странно себя ведёте и нас домой не пускаете?
– Стоп! – выставил вперёд ладонь в останавливающем жесте отец. – Мальчишки, мы с супругой опаздываем. Я не понимаю, кому это кажется смешным и вообще что за шутки такие. Хотя мы в детстве тоже всякую ерунду придумывали, но чтобы чужую женщину мамой называть! А незнакомого мужчину – папой! С меня хватит. Домой идите! К СЕБЕ!
И папа, давая понять, что разговор завершён, отстранил маму вглубь квартиры и потянул на себя дверь со словами:
– Ногу убери, парень! По-хорошему говорю!
В голосе мужчины звучали нетерпение и раздражение.
Дима убрал ногу. И дверь захлопнулась.
– Так нельзя с детьми! – спустя мгновение закричал Дима и зло забарабанил в дверь. – Нельзя! Слышите? Нельзя!
Дверь открылась, отец шагнул на лестничную площадку. На его лице читалось, что разговор будет быстрым и неприятным.
– Минута объяснить, что вам двоим нужно. Время пошло!
Мальчики переглянулись и затараторили:
– Подрались сегодня.
– Косячим каждый день.
– Орали друг на друга.
– Поругались.
– В комнате бардак.
– Серёгу обманул.
– Димку пнул в коридоре, а он меня в туалете закрыл и свет выключил.
Братья наперебой вываливали неприглядную информацию.