Коротыш Сердитый – Прекрасное далеко (страница 6)

– Семьдесят три, уважаемый магос. – Немедленно отозвался Леонид. Его передатчик был напрямую подключен к информаторию родильного дома, что позволяло мастеру моментально получать оттуда сведения.

– А положительных?

– Ни одного.

– Здесь мы имеем именно такой случай. – Илларий повернулся к Захарии и тяжело посмотрел на него своим живым глазом прямо в его аугментику. – Такой шанс выпадает раз в сотни тысяч лет если не больше и вы хотите от него отказаться? Отдать ребенка Инквизиции, которая просто скормит дитя своему устройству, решив, что она латентный псайкер, хотя девочка не причем и мы так и не узнаем, как она сможет улучшить человеческую природу?! Когда-то наши предки достигли совершенства, изменяя себя, свою собственную ДНК, создавая сверхлюдей или же геноморфов под определенные задачи! Они завоевали космос не только с помощью варп-двигателя, но и потрясающей адаптации к окружающей среде. Вспомните скватов, ратлингов, огринов или даже зверолюдей, которых явно выращивали в инкубаторах для специальных целей и использовали в подготовке планеты к колонизации! Все эти знания утеряны нами в веках!! – Магос разошелся, словно присутствовал на собрании коллегии. – Сейчас перед нами появился уникальный шанс вернуть себе прошлое, стать чем-то большим, чем просто сплавом металла и плоти! – Он потряс механодендритом. – Девочка должна жить, вырасти, дать плоды, которые, возможно, выведут человечество на новый уровень развития!! А вы хотите выдрать молодое деревце с корнем?!

– Ваши слова, уважаемый магос, попахивают ересью. – Мрачно отозвался Захария. – Я буду ставить вопрос на коллегии о вашей компетентности занимаемой должности и рангу!

Леонид с ужасом посмотрел на Захарию, потом на Иллария.

– Оставь эти страшные речи для глупых техножрецов и адептов, магистр. – Отмахнулся тот и повернулся к мастеру. – То, что ты получил место в коллегии, еще не делает тебя всесильным. Девочку отдать родителям под мою ответственность. Установить наблюдение и контроль за ее взрослением, докладывать обо всех странностях и отклонениях, держать меня в курсе. – Илларий повернулся к Захарию. – Более, уважаемый магистр, вы не коснетесь судьбы этой малышки – я не позволю старым догмам уничтожить наше будущее.

– Ваше будущее – невероятная ересь, которая заведет нас в тупик Хаоса! – выкрикнул тот. – Отныне я не желаю иметь с вами никаких общих дел, магос!! Прощайте!

Захария взмахнул полами балахона и со всей доступной ему скоростью покинул помещение, стуча четырьмя ногами по стальному полу. Оба механикуса посмотрели ему вслед.

– Не нужно было идти на конфронтацию с ним, уважаемый магос. – Высказал свое мнение Леонид. – Это может для вас плохо кончится.

– Однажды я послушался такого как он. – С печалью в голосе ответил ему Илларий. Он не стал устанавливать речевой аппарат, предпочитая до сих пор общаться звуками. Хотя имел передатчик и приемник для быстрой передачи информации. – И сделал так, что тот младенец не увидел более света своими глазами. – Магос посмотрел на мастера. – В улье Стратос родился необычный мальчик с положительными мутациями – его мышцы могли выдерживать невероятные нагрузки, словно планета имеет притяжение в два ж. То, что достигается длительными тренировками и химическими препаратами, было дано ему от природы – мышцы по своему строению напоминали углеродное волокно. Вероятно, во время беременности матери запустился какой-то механизм, который и активировал спящие гены, встроившиеся в цепочку ДНК. Но коллегия посчитала младенца опасным мутантом и приговорила его к переделке в херувима – не нужно было тратиться на мускульные усилители, достаточно подать на мышцу электрический сигнал. Омниссия ли дал нам этот шанс или Бог-Император, я не знаю, но знаю одно – это было недопустимо. Малыш должен был выжить. – Легочный имплант магоса зашумел чуть сильнее, прокачивая воздух. – Я ставил свою подпись под этим документом и до сих пор жалею, что не настоял на отмене решения. – Он посмотрел на мастера. – Ты тоже считаешь, что я еретик?

– Нет, магос Илларий, я очень сильно уважаю ваши работы и вклад, который вы внесли в дело Ордена. – Приложил правую руку к груди мастер. – Вы указали мне правильный путь, осенив меня знаком Омниссии, и я до сих пор ему следую! Я никогда этого не забуду!

– Знаешь, иногда мне кажется, что мы где-то не там свернули по пути. – Илларий посмотрел на малышку в кровати. – Аугментации позволилинам выжить в трудные для человечества времена, но будущее не за ней, а за генетикой и биологией. Генеторы правы – человек со временем изменяется, потому что природа постоянно экспериментирует со своим материалом. Она лепит из того что есть и смотрит на результат и если он положителен, то новый вид вытесняет старые и менее приспособленные. В том числе и те, что однобоко опираются на силу науки. Но она не может все делать за нас, мы должны вовремя распознавать ее потуги. И тут, я с прискорбием должен тебе сказать, мы оказались в темном тупике. – Магос обвел стены руками и механодендритами. – Мы заковали себя в металлическую оболочку, потому что это гораздо проще, чем заставить служить себе обычную простую клетку. Мы ковыряем планеты, добывая ресурсы, отравляя и уничтожая окружающую среду, а не приспосабливаясь к ней и не получая от нее все соки, которые она способна безвозмездно дать. Но даже в этом пути кроется опасность, – Илларий посмотрел на Леонида, – которую тираниды не смогли уловить. Они тоже пошли по простому пути – пути поглощения биомассы и переделке самих себя ради еще большего поглощения. Тут я должен признать, что орки, несмотря на всю их тупизну, превосходят и нас и их в плане баланса технологий и биологии.

– То есть как?! – Удивленно вскрикнул мастер. – Орки – одни из низших ксеносов, они не могут познать всего величия технологии, дарованной нам Омниссией!!

– У орков есть свой Омниссия. – Горько усмехнулся Илларий, осеняя себя благим знамением. – В каждом клане, в каждой банде, в каждом племени. Они называют его «бигмек». Но я имел в виду не это – они не уничтожают природу планеты, а приспосабливаются к ней. Не так как это делают тираниды, нет, они не жрут все подряд, а встраивают свой вид в пищевую цепочку, не всегда занимая в ней главное место, но всегда занимая нишу хищников. Орки – идеальный организм для войны и симбиоза. Если бы люди могли изменять себя под любую планету в галактике, а не наоборот, то поверь, нам бы не было равных. – Магос внимательно посмотрел на Леонида. – И сотри запись нашего разговора, пожалуйста. Я не еретик, но мои взгляды, как ты понял, сильно отличаются от взглядов магосов коллегии, а мне бы не хотелось, чтобы о них узнали. Потому что не все способны их понять и принять, да и время еще не пришло. Возможно, перед уничтожением человечества как расы многие одумаются. Как это уже произошло однажды.

– Я и не собирался вести записи, уважаемый Илларий. – Было заметно, что мастер обиделся на слова магоса, но пытался не подать вида. Тот все прекрасно понял.

– Извини меня, если я огорчил тебя своими словами. – Магос коснулся плеча Леонида. – Я уже стар и меня, такого дряхлого и упертого механикуса сложно переубедить. Я всегда считал, что путь аугментаций – тупиковый. Биология и модификация человеческого ДНК, вот наше будущее. Но в Ордене думают иначе, к тому же мы утеряли эти технологии, а то, что нам доступно – это крохи былого величия. – Он посмотрел в кроватку. – И этот ребенок вполне может нам дать ответы. Мое решение неоспоримо – передай младенца родителям и наблюдай за ней. В детском саду, в простой схоле, в техникуме, в ингениуме, если она сможет проявить себя, то я должен об этом знать. Особенно обрати внимание на ее поведение и таланты, уверен, именно в них и кроется разгадка. Возможно, сейчас мы смотрим на будущего гения, который совершит нечто, что наконец-то толкнет Орден вперед. Надеюсь на тебя в этом вопросе.

– Магос, я ведь простой управляющий родильного дома. – Попытался возразить Леонид. – Я должен неотрывно находится здесь!

– Ты и будешь здесь находится. – Илларию было весело наблюдать за умственными потугами мастера. – Просто кто-то из твоих служителей будет курировать их семью – познакомится с родителями, завоюет их доверие, станет вхож в их дом. И будет писать тебе отчеты. А ты начнешь переправлять их мне.

– Я все понял. – Леонид быстро пробежал по списку своих сотрудников и выделил одного. – У меня есть такой человек – служитель третьей степени Грег. Он передал заявление служителя Крамера напрямую мне с просьбой дозволить его жене рожать в нашем доме.

– Видишь, оказывается, тебе даже не придется искать исполнителя. – Улыбнулся магос. Он любил вставлять редкие проявление чувств. – Просто используй их дружбу и укрепи ее. И служитель сам расскажет тебе все новости. – Илларий задумался, вновь посмотрев на лежащую в кроватке девочку. – Запомни, мастер, случайности не случайны, они проявления воли Омниссии, еще не понятой нами. Наша задача – вовремя распознать их и правильно истолковать. Действуй.

Магос повернулся и бесшумно поплыл к выходу – его антигравитаторы были последнего поколения, доработанные кем-то из талантливых адептов-механикус, его учеников. Илларий любил приближать к себе всевозможных людей, наделенных необычными способностями. Обычный человек сказал бы, что у него нюх на гениев, но Леонид предпочитал думать, что магос просто хорошо разбирается в людях. Недаром он так долго прослужил генетором-исследователем, прежде чем оказался на Гее. Мастер посмотрел на шевелившую ручонками малышку, которая серьезно и настороженно смотрела на него, словно понимала, что сейчас решается ее судьба. Вздохнул, вынул ее из кроватки, закутывая в простыню, и понес к родителям, которые до сих пор томились в ожидании решения комиссии и пребывали в неведенье.