Корнелия Функе – Лисья тревога (страница 14)

– Семьдесят марок? – переспросила она. – Семьдесят марок за крем? Ты знаешь, Мелли, ты иногда такую чушь несешь. На эти деньги дети где-нибудь на краю мира могут жить целый год.

– Да ладно, вот не разыгрывай опять из себя святую! – зашипела Мелани. – Мы не на краю света. И там у них стопудово нет никаких проблем с кожей.

На эту чушь Фрида и отвечать не стала.

– Там, впереди, наши велосипеды, – быстро сказала Вильма. – Давайте сразу домой поедем? Проволоку мы и завтра успеем добыть. Да?

– Естественно, – ответила Шпрота и сняла замок. – Знаешь, Мелли, – сказала она, запрыгнув в седло. – Если честно, я тоже думаю, что ты бредишь. Но вот это всё с Вилли ты классно провернула. Супер.

Мелани с каменным лицом села на велосипед.

– Когда мы завтра встречаемся? – холодно спросила она.

– Думаю, сразу после школы, идет? – предложила Шпрота. – Домашку мы ведь можем вместе в фургончике сделать.

– Окей, – Мелани кивнула.

Фрида и Вильма тоже.

– Но мне придется брата с собой взять, – сказала Фрида, когда они ехали по темной дороге. – Завтра я за няньку.

– Ты кого приведешь – старшего или младшего? – спросила Шпрота, когда они выехали на освещенную главную улицу. Здесь их пути расходились, Фрида и Шпрота поворачивали направо, Мелани и Вильма – налево.

Фрида ухмыльнулась.

– Младшего, конечно.

– Какое везение, – откликнулась Вильма. – Он разве что каракули нам в тетрадях нарисует. – И она, улыбаясь, толкнула Мелани. – Ты бы, конечно, предпочла старшего?

– Да оставьте вы все меня в покое, тупые Куры! – крикнула Мелани. Но сдержать улыбку ей не удалось.

11

На следующий день не было двух последних уроков, потому что госпожа Роза простудилась так, что из горла у нее раздавался только хрип. Но Пигмеев оставили в классе – в наказание за драку с мальчишками из параллельного класса на большой перемене. Они явились в школу в ужасном настроении, а после драки у них и внешний вид стал так себе. Куры подумывали, не рассказать ли о бульдозерах госпоже Розе. Но, когда Фрида собиралась к ней подойти, госпожа Роза, сопя носом, уже уступила свое учительское место господину Айсбреннеру, а ему лучше было ни о чем подобном не рассказывать.

Труда оставила Пигмеям две плитки шоколада, а Мелани дала Вилли свой носовой платок, весь в цветочках, – у него шла кровь из носа. Потом вместе со Шпротой они помчались на свалку, где купили рабицу и деревянные столбики настолько дешево, что в кассе банды хватило денег еще на три пакета чипсов и две литровые бутылки колы. Фрида еще задержалась в школе, чтобы развесить плакаты для акции по сбору денег. Вильме нужно было сначала забежать домой, потому что мама запретила ей делать домашние задания вместе с другими, а Труда – ну да, хотела быстренько пообедать вместе с Паоло. Несмотря на всё это, в два все собирались встретиться возле фургона.

Когда Мелани и Шпрота с тяжелым грузом покупок добрались до места и поставили велосипеды перед деревянными воротами, Труда уже была в фургоне. Она заварила чай и протопила фургон. День был холодный, но солнце светило ярко, и голубой вагончик казался красивее, чем накануне.

– Как тут уютно, – вздохнула Мелани, когда они забрались внутрь. Лучи солнца падали через окно, а тонкая пыль, как серебристый порошок, танцевала в солнечном свете. – А нельзя сначала чаю попить и уже потом браться за дело?

– Не-а, – сказала Шпрота. – Делу время, потехе час. Поставь чайник на подогреватель, Труда.

Когда они втроем тащили рулон рабицы к сараю, показались Вильма и Фрида, причем последняя – без братика.

– Я с Титусом поменялась! – крикнула она на тот конец луга. – Он с ним сегодня сидит, а я завтра вечером пойду с мелким на праздник фонариков.

– Завтра вечером? – испуганно воскликнула Шпрота. – Но мы же завтра кур перетаскиваем!

– Не парьтесь, к этому времени шествие фонарей стопудово закончится, – сказала Фрида и поставила на траву рядом со Шпротой ящик с инструментами.

– Люсик нас бы тут с ума свел, однозначно. Мы ни одного столбика не забили бы, он бы всё время кричал: «Я тоже!» Он молотит своим пластиковым молотком, но если бы он увидел настоящий… – она извлекла из ящика кувалду, – нам пришлось бы непрерывно его отгонять.

– Ну вот и хорошо.

Вместе они раскатывали рулон и раскладывали столбики там, где их надо будет вколачивать.

– Ты думаешь, такого выгона достаточно? – спросила Фрида, когда они закончили. – Он намного меньше, чем у твоей бабушки.

– Не страшно. Подержи, – сказала Шпрота и забила первый столбик. – Вчера я видела, как над лесом кружили ястребы. Так что над выгоном хорошо бы натянуть эту плодово-ягодную сетку, правда, эти сетки обычно не такие большие. Попробую у Б. С. стянуть.

– Вы уже сказали мне спасибо за два отмененных урока? – спросила Вильма, пока они заколачивали столбики один за другим.

– В смысле?.. Ой, ну что за черт! – Мелани озабоченно разглядывала ноготь, покрытый черным блестящим лаком. – Ну вот, я ноготь сломала!

– Не парься, не последний, – сказала Шпрота и передала кувалду Вильме.

Мелани показала ей язык.

– Да-да, благодарите меня за свободное время! – Вильма так вдарила кувалдой по столбику, что Труда в испуге отскочила. – Я все свои использованные платочки сгрузила в корзину для бумаг под учительский стол. Так что микробикам было очень удобно забираться к госпоже Розе прямо в нос.

– Честно? – Шпрота ухмыльнулась. – Ты вообще от Вильмы такое ожидала, Мелли?

– Никогда, – ответила Мелани, пытаясь вынуть из пальца занозу. – Она на вид такая паинька.

– У Вильмы знак Зодиака – Близнецы, – сказала Труда. – Все близнецы двуличные. Поэтому она такая классная шпионка. Я вот – Весы. Я даже врать не могу.

– Прикольно! – Вильма посмотрела на нее с интересом. – Тогда расскажи-ка нам, что за отношения такие между тобой и твоим двоюродным братом.

Труда покраснела.

– Прекрати, Вильма, – сказала Шпрота. – Веди разведку среди Пигмеев, а не среди нас, окей?

– Да-да, ладно, – смущенно улыбнулась Вильма. – Да и вообще мне всё равно. Этот фокус с носовыми платочками – просто безобидная реакция на стресс, который я испытываю в школе. Знаете, мама собирается мне запретить встречаться с бандой, чтобы у меня было больше времени на уроки.

– Мне это знакомо, – сказала Мелани. – И что ты ответила?

Вильма пожала плечами.

– Сказала, что ты – настоящий математический гений, а Шпрота – корифей в немецком, и что мы в любом случае учимся все вместе. – Она со вздохом опустила тяжелую кувалду. – Но она уже перестала мне верить, когда нашла нашу Тайную книгу с протоколами.

Им понадобилось почти два часа, чтобы построить забор вокруг выгона. Начало и конец рабицы Шпрота с помощью деревянных реек прибила к стенке сарая. Внезапно она наклонилась и стала что-то рассматривать в траве.

– Проклятье, – сказала она. – Лисий помет. Эта мысль уже приходила мне в голову. – Она озабоченно посмотрела на опушку леса, до которой от сарая было шагов десять. – Надо надеяться, что мы спасем кур от топора бабушки не для того, чтобы накормить всласть какого-нибудь лиса. – Она со вздохом поднялась. – На ночь в любом случае будем загонять их в сарай. Я сделаю задвижку на двери.

Погруженные в размышления, они собрали инструменты и заспешили к фургону. Небо затянуло. Солнце теперь всё чаще исчезало за серыми тучами. Капля дождя упала Труде прямо на нос.

В вагончике было сказочно тепло. Мелани принесла с собой кассетник, чтобы у них была музыка, они попили горячего чаю с хрустящими чипсами и быстро справились с уроками.

– Ну надо же, какую уютную квартирку мы отхватили! – вздохнула Фрида, пока все они складывали тетради в сумки. – Ни взрослых, ни братьев, которые нервируют…

– Точно, – поддержала Мелани, ощупывая пластырь на лице в виде сердечка. – И море места для постеров.

– Вот уж нет! – воскликнула Шпрота. – Никаких постеров! Это штаб-квартира Диких Кур, а не какого-нибудь тупого фан-клуба.

Мелани сжала губы. А нижняя губа подозрительно задрожала.

– Знаете, мне обидно! – воскликнула она. – Если слушать мою сестру, то мне разрешается вешать свои постеры не иначе как в туалете, а теперь вы с той же песней.

Труда нервно теребила свои новые сережки.

– Давайте договоримся, чтобы каждая отвечала за свой уголок. Например, Фрида – за кухню, я не имею в виду мытье посуды, оно не только на ней, Шпрота – за угол с матрасом, я – за стол, Вильма – за стену напротив, а…

– …А я, конечно, за выгребную яму за сараем, – проворчала Мелани.

Все засмеялись.

– Хочешь, я тебе отдам кухню? – сказала Фрида.

– Нет, спасибо, оставайся при кухне. – Мелани огляделась. – А что, если я возьму на себя дверь и окна?

Шпрота вздохнула, но остальные были согласны.

На улице стемнело. Дождь всё громче барабанил по крыше фургона, и Труда зажгла свечи.

– Я ужасно волнуюсь из-за завтрашнего вечера, – сказала Фрида. – Вы тоже?

Остальные кивнули. Какое-то время все молча смотрели во тьму.