Константин Жарких – Песнь Левиафана (страница 3)

Дверь хлопнула так сильно, что задрожали стёкла в книжном шкафу. Алексей остался один в звенящей тишине кабинета. Он слышал только стук собственного сердца и гудение кулеров компьютера. Угроза развода должна была напугать его, но он чувствовал лишь тупую боль где-то под рёбрами и странное облегчение: теперь ему никто не помешает довести дело до конца.

На четвёртый день скрипт выдал результат.

Это была не ссылка на файл *.mp3*.

Это была одна-единственная строка в логах старого музыкального хостинга «Мелодия.ру», который прекратил своё существование пять лет назад после загадочного сбоя серверов и пожара в дата-центре (о котором почти никто не писал).

Алексей перечитал строку три раза подряд.

`User: SeVerniiVeter | Track: MyByliSchastlivyTogda.mp3 | Status: DELETED | Reason: Data corruption / Reality shift`.

Слова на экране монитора перестали быть просто набором символов ASCII-кода и превратились в ледяные гвозди, которые кто-то методично забивал ему прямо в затылок.

*Data corruption*.

Повреждение данных. Это было понятно любому системному администратору или программисту: битый сектор на диске или ошибка при передаче пакета по сети... Обыденность цифрового мира.

Но вторая часть фразы...

*/ Reality shift*.

Сдвиг реальности.

Два этих понятия стояли рядом через косую черту так буднично, словно это были стандартные статусы обработки заявки в техподдержке интернет-провайдера: «Оплачено / Доставлено». «В обработке / Завершено».

Алексей почувствовал странную вибрацию внутри черепной коробки — это был не звук, а физическое ощущение паники, зарождающейся где-то в районе солнечного сплетения и поднимающейся вверх по пищеводу к горлу вместе с кислым привкусом желудочного сока и остывшего кофе.

Он перечитал строку ещё раз.

`Reason: Data corruption / Reality shift`.

Это была не опечатка администратора сайта «Мелодия.ру», который решил пошутить над будущим исследователем логов спустя годы после закрытия сервиса. Это было официальное объяснение удаления файла самой системой безопасности хостинга или автоматизированным скриптом очистки данных на уровне ядра базы данных.

Холодок пробежал по спине Алексея, превращаясь в ледяной ужас где-то внизу живота и заставляя пальцы ног непроизвольно поджаться внутри домашних тапочек без задников.

Он наткнулся не на баг в программе и не на мистификацию интернет-сообщества сумасшедших конспирологов с форумов о «человеке-кролике» или пропавших знаках препинания в старых фильмах.

Он коснулся края чего-то необъяснимого и пугающего до дрожи в коленях.

Кто-то или что-то заметало следы. Системно и профессионально.

Это была работа не одиночки-хакера и не случайного сбоя оборудования дата-центра во время пожара (о котором почти никто не писал). Это выглядело как протокол безопасности высшего уровня исполнения... или как результат работы какой-то силы, которая находилась за пределами его понимания законов физики и логики программирования.

Он сделал глоток остывшего кофе из кружки трёхдневной давности; напиток по вкусу напоминал болотную воду с привкусом отчаяния и жжёных кофейных зёрен.

И начал писать новый код.

Если произошёл «сдвиг реальности», значит...

Значит ли это вообще что-нибудь? Или реальность просто переписала сама себя?

Если данные были повреждены из-за сдвига реальности... то должна существовать точка входа. Точка входа в ту реальность, ту ветку времени, тот слой бытия, где данные *не* были повреждены. Где песня всё ещё существует как объективный факт мироздания.

Он начал искать информацию о квантовых вычислениях и теориях мультивселенной применительно к хранению данных; его поисковые запросы становились всё более дикими: *«квантовая суперпозиция данных», «сознание как ключ к параллельным слоям», «аномалии хранения информации»*.

И где-то глубоко в архивах научной фантастики (на форумах Reddit) и передовых исследований по квантовой физике (в PDF-файлах диссертаций) он нашёл то, что искал: теорию о том, что при определённых условиях человеческое сознание может быть использовано как ключ для доступа к параллельным слоям данных — к другим версиям реальности.

Песня была там. В другом мире.

И он собирался найти способ взломать дверь к ней самостоятельно.

Глава 3. Параллели.

Кабинет превратился в лабораторию одержимого. Воздух здесь стал густым и неподвижным, пропитанным запахом озона, дешёвого кофе и едва уловимой гарью от перегревшейся электроники. Монитор ноутбука был единственным источником света, бросая на осунувшееся лицо Алексея синие, мертвенные тени. На столе, среди хаоса из кружек и обёрток, лежали распечатки формул и схемы квантовых состояний.

Марина остановилась в дверях, кутаясь в старый халат.

— Лёш, уже почти полночь. Ты вообще спал?

Алексей не обернулся. Его пальцы летали над клавиатурой.

— Почти закончил. Иди спать, Марин.

— Что ты там делаешь? Это уже не работа. Это... одержимость. Песня. Ты всё из-за неё?

Алексей резко крутанулся в кресле. В его глазах горел лихорадочный огонь.

— Это не просто песня! Это доказательство! Доказательство того, что реальность — не единственная!

Марина замерла. Перед ней сидел не её муж, а незнакомец с безумным взглядом и трясущимися руками.

— Лёш, тебе нужно отдохнуть. Пожалуйста, ты пугаешь меня.

— Я не могу отдыхать! — он ударил кулаком по столу. Кружки подпрыгнули и жалобно звякнули. — Пока не пойму, как это работает! Пока не верну её!

Он осёкся. Слова повисли в воздухе.

«Верну её». Не песню. Её. Ту Марину.

Она посмотрела на него долгим, тяжёлым взглядом.

— Я не та, кого ты хочешь вернуть. Ты хочешь вернуть воспоминание. А я здесь. Реальная. Живая. И я устала бороться с призраком.

Она развернулась и закрыла дверь. Щёлкнул замок — сухой звук финального аккорда.

Алексей остался один. Он посмотрел на экран со схемой пересечений миров «А» и «Б». Его поиск выдал не только логи с пометкой *«Reality shift»*, но и следы секретного проекта «Зеркало». Кто-то уже делал это до него.

Он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Усталость навалилась бетонной плитой. Песня была идеальным якорем.

Ему нужен был передатчик. Его взгляд упал на старый серверный блок ASIC-майнера.

Следующие два дня он провёл в кабинете, перепаивая схемы и настраивая частоты. Вечером третьего дня всё было готово.

Устройство гудело низким, утробным звуком инфразвука, от которого ныли зубы.

Алексей сел в старое кресло.

— Ну... поехали, — прошептал он и нажал *Enter*.

Ничего не произошло.

Гул сервера стал громче, превращаясь в давящий фон. Экран мигнул зелёным.

Алексей почувствовал головокружение.

А потом... звук.

Это был не звук из колонок. Это был звук внутри головы: тихий, чистый гитарный перебор.

*«Мы были счастливы тогда...»*

Голос певца звучал так близко, будто он стоял за плечом Алексея и шептал ему прямо в ухо сквозь ткань времени. Это было осязаемое воспоминание: тепло её руки; запах её волос после дождя; вкус вина на набережной под крики чаек.

Он открыл глаза.

Экран мигал красным:

> **WARNING: SYNCHRONIZATION DETECTED**