Константин Волошин – Глаза Сатаны (страница 78)

— Мы определили границы каждого надсмотрщика. Завтра мы попытаемся поискать нужных нам рабов. Пахо, ты пойдёшь искать Бванду. Он должен работать у Ромуло. Ты уже знаешь где это. Алесио и Ариас должны будут определить место старосты Чичино. Вечером встретимся здесь. Я буду обследовать места, где появляется сеньорита. Кстати, Ариас, не пропусти моих двух приятелей Сибилио и Белисарио. Они нам могут сильно пригодиться.

Хуан окольными тропами выехал на разведку. За час до полудня неожиданно услышал смех девушки. Это была сеньорита. В груди юноши что-то всколыхнулось. Он пригнулся к шее мула, прислушался.

Девушка была явно не одна. А с провожатым негром она не вела бы столь весёлый разговор, не смеялась бы так счастливо. Хуан слез с седла, накинул повод на сук. Не очень прячась, поспешил к тропе, по которой неторопливо вышагивали отличные кони.

Сквозь ветви Хуан увидел двух всадников, едущих рядом. Тропа здесь позволяла это, и молодые люди постоянно касались коленями друг друга. Габриэла сидела по-дамски, лицом к спутнику, и лица её юноша не видел. Зато отлично рассмотрел молодого кабальеро.

Волна жгучей ревности бросилась в лицо парня. Его соперник оказался не только молод, но красив, статен, высок, если можно было судить по всаднику. Выхоленное лицо с усиками и крохотной бородкой было бледным, широкие поля шляпы со страусовым пером стоимостью в полугодовой заработок простого работника, закрывали лицо от солнца. Вьющиеся длинные волосы блестели эффектными локонами. И одет он был так, что у Хуана засосало в животе.

И сеньорита Габриэла казалась восхитительной бабочкой в светло-фиолетовом платье для верховой езды, слегка развевающемся на лёгком ветерке. И шляпа с атласными лентами так гармонировала со всем нарядом!

Пара всадников медленно проехала мимо засевшего в кустах Хуана. Он осторожно крался за ними, прислушиваясь к их болтовне, не вникая в суть. Просто слушал голоса, пока не услышал вопрос кавалера:

— Габриэла, я могу рассчитывать на такую же прогулку завтра?

— Понравилась? — Габриэла засмеялась, не скрывая удовольствия. — Почему же нет, милый Атилио' Лишь бы папа не вздумал лишать нас нашего общения. Но это легко преодолеть, мой Атилио! Я обещаю.

— Значит, в это же время, моя любимая? — И молодой кабальеро взял руку девушки в свою, белую, не знающую никакой работы, разве что рукоять шпаги.

Хуан остановился, как вкопанный, услышав столь желанные слова. Его сердце готово было выпрыгнуть из груди, к горлу подступил комок, пульсирующий, не позволяющий дышать нормально.

Он не стал больше продираться за всадниками. Слышать любовный бред было нестерпимо. А в голове мелькнула молнией мысли, что как бы было отлично прервать эту идиллию в самый её разгар, обрушить на этих счастливых беззаботных юных людей лавину несчастий, позора и рабства.

Хуан вспомнил, как сеньорита не соглашалась с тем, что каждый человек в любой день может оказаться на положении негра-раба. И теперь Хуан был близок к тому, чтобы показать этой несносной гордячке, что такое судьба и рабство, которое давало ей всё необходимое для счастья.

Юноша медленно нашёл мула, так же медленно поехал назад. Ломал голову над вопросом, что делать с кабальеро? Брать ли и его в заложники, или оставить на свободе? Не ограничиться ли одной сеньоритой и неграми с надсмотрщиками? Не вызовет ли похищение кабальеро слишком большой шум, что может сильно повредить делу?

Они все длительно обсуждали вечером на дне оврага. Алесио стоял за похищение двух молодых людей, Ариас склонялся к одной Габриэле.

— Тогда и этот гранд ополчится на нас в поисках своей невесты, — Алесио был резок в суждениях, хотя и понимал, что его слово мало что значит.

— Сложное положение, — говорил Хуан в нерешительности. — Главное, мы не готовы держать их у себя в заложниках. Мы не всё предусмотрели.

— Уж это, сеньор, я могу взять на себя! — вскричал Алесио. — Я достаточно натерпелся от таких сеньоров и сеньорит, чтобы давать им послабления.

— Хорошо, — согласился Хуан. — Пусть не обессудит этот кабальеро. За него мы можем получить хороший куш. И это будет только наш куш!

— Вот это по мне! — Алесио вращал сияющими главами.

— Значит, завтра берём обоих — и в долину? — спросил Ариас без особого энтузиазма.

— Да, Ар, — подтвердил Хуан. — Остальных будем брать позже. Кстати, как дела у вас с порученным делом?

Ариас, как главный помощник, отчитался:

— Чичино мы нашли. Он по-прежнему староста, но более жестокий, чем при тебе, Хуан. И Белисарио нашли. Остальных пока не удаюсь.

— Что нам это может дать, Ар?

— Только то, что Белисарио должен будет подготовить своих людей к побегу, помогут захватить пару надсмотрщиков, остальное будет зависеть от нас.

Хуан отвёл Ариаса в сторонку, зашептал тихо:

— Бери с собой Пахо и иди добывать наши деньги. Клад наш должен быть с нами. Мы должны рассчитаться с метисами из деревни. Нам потребуются мулы и ослы на худой конец. И время подходит для перегона скота в условленное место. Как бы не упустить чего важного. А нас слишком мало.

Ариас ушёл. Хуан долго сидел у потухающего костра, вяло жевал сухую лепёшку и думал, думал. Пришёл к выводу, что молодость хороша только своей поспешностью, необдуманностью и самоуверенностью.

Вот и теперь. Чем кормить заложников: Им самим едва может хватить на первое время. Где и как содержать этих заложников? Как отправлять послания к дону Рожерио, если почти никого нет рядом? Вопросов много, а ответов на них нет.

Когда вернулись Ариас с Пахо, Хуан ещё сидел. Алесио крепко спал, завернувшись в одеяло.

Хуан ощупал кожаный мешочек с монетами. Они не принесли ему успокоения

— Всё спокойно, Ар? — спросил юноша устало.

— Что ты такой мрачный, Хуан? Думы одолевают? Брось переживать! Обойдётся! Лучше отдохни, а то завтра будет трудный день. Кстати, тебе лучше не выставляться перед сеньоритой, Хуан. Побудь в тени. Мы сами управимся с ними.

Хуан согласно кивнул. А Ариас проговорил после минутного молчания:

— А время сейчас такое подходящее для наших дел, Хуан! Жаль, что их одновременно нельзя решить.

— Может быть, Ар. Ложись спать. Мы должны хорошо отдохнуть.

Встали поздно. Спешить было некуда. До намеченного похищения было ещё далеко. Собирались тщательно, но неспела.

— Хуан, не забудь измазать лицо перед захватом, — предупредил Ариас друга. Да и нам не мешало бы это сделать. Особенно мне. Хотя сеньорита вряд ли меня запомнила.

— Ариас, ты поведёшь всех в долину, а я заверну в селение к метисам. Буду заниматься хозяйскими делами. И смотри не проворонь их. Испанец наверняка попытается улизнуть, чтобы организовать поиски невесты и похитителей. Мы не должны ему этого позволить.

Перемётные сумки были плотно набиты маисом, мешки с овсом и рисом приторочены сзади сёдел. За плечами всадников громоздились мешки с другим провиантом и инструментом для работ в долине.

За пару часов до полудня, все четверо выбрались из оврага и гуськом по тянулись за Хуаном уже знакомой тропкой.

— Проедем по этой тропе, Ар. Они проходили вчера по ней. Досмотрим, где удобнее устроить засаду. Лучше подальше от асиенды.

— Как бы не перехитрить самих себя, Хуан, — заметил Ариас.

Их лица были сильно измазаны глиной и жидкой грязью. Узнать их было невозможно, а Хуан отвёл себе роль чуть ли не мальчика на побегушках. Решил держаться в тени и не высовываться.

— Вот подходящее место, — предложил Алесио. Он, как видно, был не прочь играть значительную роль, пытался быть активным и это ему удавалось.

Хуан осмотрелся.

— Хорошее место. Уводите мулов. Приготовиться! Никакой стрельбы! Только холодное оружие. И поменьше шума!

Хуан понимал, что он суетится излишне, но нервное ощущение приближающейся опасности делало его возбуждённым без меры. Он временами дрожал, хотя день был жарким, а здесь, в лесу, он был просто душным.

Прошло с полчаса, и издали донеслись голоса. Это без сомнения ехали на прогулку сеньорита Габриэла и дон Атилио. Их голоса приближались медленно, они не торопились. Впереди их ждала обширная поляна, где можно было пустить коней вскачь, насладиться шумом ветра в ушах и мощью скачки. Им было весело, они были счастливы, молоды, полны радужных надежд, приближающегося срока свадьбы.

Хуан с людьми расположились с двух сторон тропы. Договорились, что первыми нападут те, на чьей стороне будет ехать мужчина. А с сеньоритой поступить проще. Лошадь схватить за повод и удержать сеньориту от попыток поднять коня в галоп.

— Радуются! — прошептал Ариас, сидя рядом с Хуаном за деревом. В голосе мулата послышалось злорадство и Хуану это не понравилось.

— Заткнись, Ар! Молчи!

Всадников увидели шагов за шесть. Хуан тихо незаметно вздохнул, увидев, что сеньорита едет с его стороны. Значит, он должен ждать первого выступления товарищей. Он машинально потрогал рукояти оружия, хотя применять его не собирался.

— Стоять, белые подонки! — негромко прозвучал голос Алесио, и в тот же миг сильные руки сдёрнули кабальеро на землю.

Хуан почему-то замешкался, но Ариас действовал быстро. Он не стал осаживать лошадь сеньориты, просто схватил её за подол платья и сильно потянул на себя. Падая на спину, она не могла ничего сделать. А Хуан едва успел поймать повод коня, который уже рванулся было по тропе.