Константин Волошин – Глаза Сатаны (страница 77)

Пожилой метис с сомнением посмотрел на Хуана. Его говор явно не внушал ему доверия. Хуан это видел, но поручить ведение переговоров Ариасу было и того хуже.

— Как на это посмотрит хозяин, сеньор?

— А ему обязательно знать об этом? — многозначительно спросил Хуан.

Метис с недоверием смотрел на юношу. Его молодость была тому не по душе, и он не скрывал этого.

Всё же вечером староста в окружении ещё трёх старейшин, согласился на продажу скота и зерна. Обещал всё перегнать к договорённому месту. Это не дальше одного дня пути от выбранной долины. Молодые люди не хотели раньше времени раскрывать будущее местонахождение их хозяйства.

Время было оговорено, и юноши в приподнятом настроении пустились дальше. Они постоянно говорили о предстоящем похищении девушки, больше ни о чём разговоры не клеились. Было заметно, что они трусили, но отступать не хотели. Ариас настаивал, что должны и сами получить за это приличное вознаграждение, что занимало его довольно сильно.

Донья Корнелия встретила юношей напряжённым вопросительным взглядом.

Оглянувшись и заметив, что девчонки нет близко, Хуан тут же заявил:

— Сеньора, мы много думали и решили начать почти немедленно.

— У вас для этого было довольно много времени. Три недели — это большой срок. Я не спрашиваю подробности. Это ваши заботы. Но вот с деньгами я вам могу помочь. Не очень много, но сотню дам. Рискую, ведь эти деньги я копила для Эсмеральды.

— Не скрою, сеньора, это нам сильно поможет. Ведь надо будет подкупить кого-то, просто многое купить для обеспечения дела. Так что, сеньора, большое спасибо за столь своевременное предложение.

— Вам ещё многое необходимо обдумать, юноши, — загадочно проговорила сеньора. — Хватит ли у вас мудрости, смекалки и решимости?

— Сеньора, вы, уверен, уже догадались, что наше недалёкое прошлое достаточно тёмное, не так ли? — Хуан хитро усмехнулся, пытливо заглядывая её в глаза

— А ты не лишён хитрости, Хуан! Это мне нравится. Может сыграть хорошо! Но я уже говорила, что не интересуюсь вашим, как ты изволил выразиться, тёмным прошлым. Оно меня вполне устраивает. Главное, что вам можно доверять.

— Сеньора, вы не могли бы мне сказать, приехал ли к дону Рожерио его сын?

— Пока, как мне известно, ничего такого не слышно. Мы бы первыми узнали об этом. Порт-то рядом. Судно его ещё не пришло. Это как-то может осложнить вал план?

— Может быть, сеньора. Лучше, чтобы он приехал попозже. Спокойнее как-то.

— Должна заметить, юноша, что ваши действия в отношении семейства Рожерио не должны быть слишком мягкими, — Корнелия уставилась в глаза Хуану в ожидании реакции.

— Об этом можете не беспокоиться, донья Корнелия. — И я и Ариас горим желанием показать этим спесивцам, что такое рабство в полном его значении и красоте. Особенно сеньорите.

— Относительно самого Рожерио можно и поосторожнее. Он уже не так молод. Его может не хватить на всё… — Она опять таинственно замолчала, давая понять юноше, что он обязан всё понимать с полуслова.

Донья Корнелия почему-то скрупулёзно проверила успехи Хуана в грамоте. Хвалить не стала, заметила однако:

— Не ленись, мальчик! Учись, добивайся. В этом мире надо брать всё, что предлагается. Иначе можно остаться с пустым карманом. Вот, Хуан, сто золотых песо. Это всё, что я сумела накопить для Эсмеральды. Постарайся использовать их с пользой. И не только для меня… — И опять Хуан удивился любви старухи недоговаривать.

Ариас к этому времени подружился с мулатом, скрывающимся от хозяина. Он назвался Алесио. Это был молодой парень лет двадцать пять, с большими глазами навыкат, смотрящими алчно, нагло и в то же время боязливо. Он был худ, жилист, с короткими кучерявыми волосами, мало похожими на волосы белого человека. И полные негритянские губы его вызывали неприязнь.

— Я хочу, чтобы ведьма взглянула на этого бродягу, — сказал Ариас Хуану, когда тот познакомил того с новым приятелем.

— Зачем это тебе понадобилось? — удивился Хуан.

— Скользкий он тип, Хуан. Хочу узнать, можно ли ему доверять? Или лучше не привлекать его к нашему опасному делу.

— Гм! Хорошая мысль. Я поговорю с сеньорой. Где вы можете быть перед вечером, чтобы она могла его увидеть, не привлекая внимания?

Донья Корнелия пошли погулять к указанному месту с внучкой. У церкви, где сидели Ариас с Алесио, бабка остановилась, потом подошла к молодым людям.

— Чего хочет сеньора? — спросил Алесио, приподнимаясь со ступеней.

— Хотела спросить тебя, юноша, завтра после заката будет открыта церковь?

— Этого я не знаю, сеньора, — ответил Алесио, удивившись такому вопросу.

— Спасибо, юноша! — И она пристально поглядела в большие глаза мулата.

— Идите, сеньора! Не мешайте нам! — Алесио явно был смущён старухой.

Эсмеральда вертелась рядом, никак не понимая, почему ей не разрешили показать своё знакомство с Ариасом.

— Что вы можете сказать об этом мулате, сеньора? — тут же спросил Хуан, вернувшуюся с прогулки старуху.

— Ариас скорей всего прав, Хуан, — ответила старуха, толкнув внучку к выходу во двор. — Он не внушает мне доверия, но использовать его на первых порах можно.

— Тем более, что людей у нас пока нет. Действовать же одним очень опасно.

— Ничего важного ему не доверяйте. И держите его под наблюдением. — Донья Корнелия внимательно смотрела на Хуана, тому стало не по себе от такого пристального взгляда.

— Нам необходимо вернуться в усадьбу дона Рожерио, сеньора. Нужно подготовить людей. Времени потребуется с месяц. Тайну лучше сохранять, так ведь?

— Всё так, Хуан. Однако ты не должен показывать, что можешь прочитать то, что попадёт тебе в руки. Пусть думают, что ты безграмотный дурень. Но ты с завтрашнего утра покажешь мне, как ты умеешь писать. В этом я вижу большое преимущество.

Юноша вздохнул, показывая, что такая работа ему очень не по душе.

Старуха улыбнулась, несколько снисходительно, немного пренебрежительно, а Хуан не замечал ничего, продолжая раздумывать над задачами, поставленными жизнью и сеньорой.

Он ловил себя на том, что слишком часто мыслями возвращается к сеньорите Габриэле. Разобраться в своих чувствах он не мог. Знал только, что эта девица многое для него значит. Но как, каким образом, зачем и что за этим кроется? Тут была полная темнота. Он и ненавидел её, и стремился к ней, со злостью сознавая, что плод не для него.

Временами он жгуче ощущал физическое желание обладать ею, потом злость брала верх, и он опять погружался в неопределённость и растерянность. Мечтал о времени, когда она окажется в его руках, представлял, как она будет мучиться, страдать и физически, и душевно, искать пути освобождения, ненавидя и мечтая о мести.

И что это происходит с ним, Хуан никак не мог понять. Торопливость иногда удивляла самого, а Ариас просто диву давался, слыша неоправданные предложения побыстрее приступить к выполнению их плана.

— Хуан, я ещё нашёл одного негра, — заявил Ариас перед сиестой. — Парень тоже скрывается от хозяина. Пришёл сюда, как и мы с востока, и готов пойти к нам в услужение, как он говорит.

— Что он из себя представляет? — спросил Хуан поспешно.

— Этот очень простой, бесхитростный. Лет двадцать. Родился здесь и хорошо говорит на испанском.

— Ну что ж. С этими силами мы можем приступать к задуманному. Ты с ними говорил об этом?

— Только вскользь, Хуан. Им много нет нужды знать, А про старуху они не догадываются. Кстати, нового товарища зовут Пахо. А мне нужно немного денег, чтобы держать их поближе к себе, Хуан.

Юноша отсыпал несколько реалов, заметив при этом:

— Не показывай, что мы имеем деньги, Ар. Пусть думают, что мы только охотимся за ними. И не обещай лёгкой жизни.

Юноши попрощались со старухой, Эсмеральдой, пообещав девочке вскоре вернуться. Он подарил ей недорогое колечко с тусклым рубинчиком в четверть карата. Девчонка была в восторге и прыгала около стремени Хуанова мула, провожая его до перекрёстка.

— Хуан, можешь рассчитывать на выгодный брак, — усмехнулся Ариас, кивнув назад, где стояла девочка и махала смуглой ручонкой.

— О чём ты болтаешь! Глупости! Ей всего десять лет, а мне уже два десятка! Соображаешь?

— Однако она откровенно показывает, что любит тебя, Хуанито, ха-ха!

— Брось дурить, Ар! Это детские забава! У кого их не было? — Хуан вспомнил, как сам бросился очертя голову ради любви, и что из этого вышло. Он вздохнул, а мулат понял, что друг погрузился в воспоминания и мешать ему в этом не стоит.

Глава 18

Кружным путём, выбирая заброшенные тропы, четыре всадника выбрались к задам асиенды дона Рожерио.

— До асиенды две с лишним мили, — молвил Хуан. — Остановимся в этом овраге, осмотримся до утра. Место слишком близкое и долго здесь оставаться мы не можем.

— С чего мы начнём, Хуан? — спросил Ариас. Он не хотел брать инициативу в свои руки, понимая, что это больше дело Хуана.

— Несколько дней последим вокруг. Лишь бы не попасться кому на глаза.

— Трудное занятие, сеньор, — заметил Алесио. — Здесь легко встретить человека из усадьбы.

— Для того и предупреждаю, что нужно быть очень осторожными. Завтра определим, куда перейти для наблюдения.

День заговорщики провели в томительных наблюдениях, схоронившись поблизости от полей, где работали невольники. Вечером, глубоко на дне оврага при слабом свете костерка, Хуан подвёл итог первого дня: