Константин Семенов – Иностранные формирования Третьего Рейха (страница 98)
Предпринимая такую непопулярную меру, как вывод русских батальонов с Восточного фронта, германское командование стремилось, с другой стороны, стимулировать их боевой дух. Это выражалось, в частности, в переименовании восточных войск (Osttruppen) в добровольческие соединения (Freiwilligen Verbände), а также создании у бойцов этих формирований впечатления об окончательном уравнении их в правах с немецкими солдатами. К этому времени обмундирование восточных батальонов было в основном стандартизировано на основе немецкой полевой формы, хотя несколько частей получили специально изготовленную для них форму, пошитую из синевато-серого сукна. Согласно приказу генерала добровольческих соединений от 20 февраля 1944 г., личному составу всех восточных формирований было предписано ношение немецкого обмундирования и знаков различия, включая погоны, петлицы и нагрудные эмблемы. В качестве национальных отличий сохранялись кокарды и нарукавные знаки. Одновременно солдаты этих частей получили право награждения всеми германскими наградами, включая Железный крест{1000}.
К началу июня 1944 г. на строительстве укреплений немецкого «Атлантического вала» и на охране побережья Атлантики было задействовано около 30 русских добровольческих батальонов. Большая их часть располагалась на побережье Северного моря, пролива Ла-Манш, на Бретонском полуострове и Нормандских островах в подчинении 15-й и 7-й армий немецкой группы армий «Б» генерал-фельдмаршала Э. Роммеля (439-й, 441-й, 561-й, 602-й, 605-й саперный, 618-й, 628-й, 629-й, 630-й, 633-й, 634-й, 635-й, 636-й, 642-й, 643-й, 649-й, 281-й конный, 285-й самокатный, 621-й и 752-й артиллерийские дивизионы, 1-й, 2-й и 3-й батальоны полка «Центр»), На средиземноморском побережье (19-я армия группы армий «Г») дислоцировались шесть восточных батальонов (601-й саперный, 661-й, 663-й, 665-й, 666-й, 681-й). Все эти части были, как правило, включены в состав полков немецких дивизий в качестве третьих и четвертых батальонов. Четыре батальона (406-й, 615-й, 654-й, 680-й) были задействованы в борьбе против сил Сопротивления в восточных областях Франции, а еще два (600-й и 669-й) — в Бельгии и Северной Франции{1001}. Поскольку батальоны запасного полка «Центр» из Бобруйска были задействованы на охране побережья в качестве боевых батальонов, роль учебно-запасной части для русских и украинских формирований перешла к сформированному в декабре 1943 г. 4-му восточному добровольческому кадровому полку, дислоцированному с февраля 1944 г. в Намюре (Бельгия). Полк включал три батальона — запасной, учебный и выздоравливающих, учебную артиллерийскую батарею (бывшую 203-ю) и учебный конный эскадрон (бывший 1/221-й){1002}.
Летом 1944 г. восточные батальоны первой линии оказались вовлеченными в грандиозное сражение против высадившихся в Нормандии войск западных союзников. Как сообщалось в сводке ОКБ, 439-й, 441-й, 635-й и 642-й батальоны «сражались с необыкновенной храбростью, несмотря на свое плохое снаряжение». От 441-го батальона после двух недель боев осталось не более трети от первоначальной численности{1003}. Генерал-майор Нидермайер, занимавший в то время должность начальника штаба добровольческих соединений на Западе, отмечал, что «практика боев с союзниками показала низкую боеспособность этих частей. Добровольцев, вооруженных старыми русскими винтовками, бросали в бой против превосходно оснащенных войск союзников, и несмотря на ожесточенное сопротивление некоторых из них, восточные батальоны либо уничтожались, либо отступали под ударами превосходящих сил противника»{1004}.
На 29 сентября 1944 г. потери восточных войск на Западе составляли 8400 человек, из которых 7900 числились пропавшими без вести (в основном пленные, дезертиры и перебежчики). Низкая боеспособность восточных частей привела германское командование к решению об их разоружении и использовании на фортификационных работах. В результате переговоров генерала добровольческих соединений Э. Кёстринга с начальником штаба главнокомандующего на Западе генералом 3. Вестфалем было достигнуто соглашение о том, что все добровольцы, включая организованно отступивших с немецкими войсками и отставших от своих частей, будут направляться на работы по укреплению «Западного вала» — линии оборонительных сооружений вдоль западной границы Германии. Однако при этом они сохраняли свое оружие и после окончания работ должны были вернуться в места прежней дислокации{1005}. Впоследствии некоторые из этих частей были отправлены на формирование дивизий РОА.
В январе — апреле 1945 г. из русских батальонов, несших с конца 1943 г. охранную службу на территории Дании (603-й, 653-й, 662-й, 667-й, 674-й), была сформирована 599-я русская гренадерская бригада в составе двух русских (1604-го и 1605-го) полков, к которым был присоединен еще один (1607-й) — кавказский{1006}. Эти полки имели единую нумерацию с полками 1-й дивизии РОА (600-й пехотной), однако бригада до самого конца войны оставалась в составе Вермахта. В марте 1945 г. один из двух русских полков 599-й бригады (1604-й) был отправлен на Одер-ский фронт, где присоединился к 1-й дивизии РОА. Из других русских частей, не вошедших в состав РОА, на Восточном фронте в конце войны действовали 580-й конный дивизион (в составе 1-й танковой армии), 553-й батальон (в составе 9-й армии) и 7-й батальон (в составе 7-й пехотной дивизии 2-й армии), а также 5 строительных батальонов и большое количество отдельных рот{1007}.
В составе германских войск групп армий «Б» и «Г» на Западном фронте в конце марта 1945 г. действовали 4-й русский полк (бывший запасной добровольческий) и два строительных батальона (601-й и 605-й){1008}, хотя по другим данным остатки последних были переданы на формирование дивизий РОА{1009}. Шесть русских и украинских батальонов продолжали сражаться в составе гарнизонов немецких крепостей «Атлантического вала» — Лориана (634-й батальон, 281-й конный и 285-й самокатный дивизионы), Сен-Назера (636-й батальон, I батальон полка «Центр») и острова Джерси (643-й батальон). В Италии до конца войны действовали девять русских батальонов (339-й, 406-й, 412-й, 555-й, 556-й, 560-й, 616-й, 617-й, 620-й), принимавшие участие в боях с партизанами и англо-американскими войсками{1010}.
Подобно сухопутным войскам, своими восточными добровольцами стремились обзавестись и германские военно-воздушные силы. Речь идет прежде всего о наземном вспомогательном персонале, включая команды аэродромного обслуживания, охранников, водителей, переводчиков и т. д. Штатная численность этого персонала в период с марта по декабрь 1943 г. выросла с 17,5 до 25,1 тыс. человек, в то время как фактическая — с 11,3 до 17,6 тыс.{1011} Из числа этого контингента были сформированы отдельные воинские части, а также роты технического обслуживания и роты пропагандистов. К концу 1944 г. в германских ВВС служило 22,5 тысячи русских добровольцев и, помимо того, 120 тысяч военнопленных, которые составляли значительный процент обслуживающего персонала в зенитных батареях и строительных частях{1012}. Особую категорию среди добровольцев составляли 14 тысяч русских «помощников Люфтваффе и ПВО» (Luftwaffen- und Flakhelfer) — 10 тыс. юношей и 4 тыс. девушек в возрасте от 15 до 20 лет, завербованных в состав вспомогательной службы ПВО на оккупированной территории и в лагерях принудительно эвакуированных при участии Гитлерюгенда. С 4 декабря 1944 г. они именовались также «воспитанниками СС» (SS-Zöglinge){1013}.
Помимо различных вспомогательных подразделений, предпринимались и попытки создания добровольческих летных частей. Первая из них относится к августу 1942 г. и связана с формированием в районе Орши Русской национальной народной армии (РННА), в составе которой было организовано авиазвено из пленных советских летчиков под командованием майора Филатова, правда, так и не получившее самолетов{1014}. К идее создания русской авиачасти вернулись осенью 1943 г., когда подполковник Люфтваффе Г. Хольтерс предложил сформировать летную часть из русских добровольцев, готовых сражаться на стороне Германии. Уже в октябре того же года в Сувалках был создан специальный лагерь, где отобранные в лагерях военнопленных летчики, штурманы, механики и радисты проходили медицинское обследование, проверку профессиональной пригодности и психологические тесты. Признанные годными обучались на двухмесячных подготовительных курсах, после чего получали воинское звание, приносили присягу и переводились в состав группы Хольтерса, дислоцированной в Морицфельде (Восточная Пруссия), где использовались соответственно своей специальной подготовке{1015}.
На первых порах летный и технический составы занимались приведением в порядок трофейных машин. Затем русским летчикам разрешили совершать учебно-тренировочные полеты и, наконец, участвовать в боевых действиях. Группа занималась воздушной разведкой, забрасыванием в советский тыл пропагандистского материала и парашютистов-разведчиков. Боевые вылеты производились в составе немецких эскадрилий, но с течением времени русские экипажи стали получать самостоятельные задания. В декабре 1943 г. в составе группы ночных бомбардировщиков «Остланд» 1-го воздушного флота из летчиков группы Хольтерса была создана 1-я восточная эскадрилья, имевшая на вооружении в разное время от 9 до 12 трофейных самолетов У-2. В марте 1944 г. она была передана в состав 6-го воздушного флота и действовала в Белоруссии, выполняя разведывательные полеты и бомбовые удары по партизанским базам. До своего расформирования в июле 1944 г. группа совершила не менее 500 боевых вылетов, потеряв 3 самолета и 9 человек убитыми. Личный состав группы Хольтерса в дальнейшем послужил основой для создания военно-воздушных сил РОА{1016}.