Константин Садоведов – Кого же лечит ветеринарный врач? (страница 6)

Хирург Иван Иванович в присутствии анестезиолога возвращал владелице прооперированную кошку с несостоятельными швами брюшной полости.

– Ну, теперь зашили на совесть. Хоть сто раз чихнёт, шов не разойдётся.

Женщина посмотрела на кошку и добродушно улыбнулась.

– Хотя, всё зависит от того, какие передачи смотреть, – подшучивал врач. – Есть такие программы, что и у людей животы разойдутся от смеха. Кстати, в Америке придумали телеканал для животных. Да-да! Пять долларов в месяц. Правда, канал для собак, но думаю, и кошки тоже подглядывать могут!

– Надо же! Удивительно! – с неподдельной участливой улыбкой воскликнула женщина.

– Я вам завтра перезвоню – узнаю, как дела. У вас есть какие-то ко мне вопросы?

– Нет, всё понятно. Если что, я принесу кошку сюда. Благодарю!

В тихом омуте…

Кошка была просто лапочкой! Она смотрела сквозь сетку переноски так спокойно и мило, что улыбка на лице ассистента как-то сама появилась в ответ.

– Иди, моя хорошая, иди, моя милая! – приговаривала ассистент Виктория, расстёгивая замок переноски. Она аккуратно достала кошку, чтобы сделать ей подготовительный укол перед обследованием и анестезией. Планировалась операция – овариогистерэктомия, но люди называют её «стерилизация».

Второй ассистент Мария, набрав в шприц необходимую дозу препарата, левой рукой нащупала мышцу на правой задней конечности кошки. Чётко и уверенно в выделенные мышцы вошла тонкая и очень острая игла.

Реакция была мгновенной! Оба ассистента за доли секунды вздёрнули руки вверх – это было инстинктивное движение на боль. Синие перчатки были разорваны в один миг – на пальцах рук они повисли оборванными тряпочками, а на запястьях остались болтаться лишь круглые резинки. На коже стали появляться первые капли крови.

Все только сейчас осознали, что, перед тем, как убежать со стола, кошка за секунду успела сделать несколько резких движений лапами и, возможно, зубами. Кошачий крик был настолько громким и чётким, что ввёл ассистентов в шоковое состояние. Выйдя из ступора, они поторопились обработать свои раны.

В кабинет зашёл анестезиолог и испуганно спросил:

– Что случилось?

– Да вот кошка покусала, спрыгнула со стола и убежала.

– А ты успела ввести ей препарат?

– Да.

– Хорошо. Куда она побежала?

– Туда, – ассистент махнула рукой в сторону операционной.

– Ясно. Поищем её минут через десять. Пусть успокоится. А пока закройте дверь.

Но через десять минут поиски кошки не увенчались успехом. Её не было – словно сквозь стены просочилась!

– Так, – начал рассуждать анестезиолог. – А боковое окно на улицу было приоткрыто?

– Да. Так же, как и сейчас.

– И дверь в коридоре тоже?

– Выходит, что и дверь тоже.

– Девчонки, похоже, у нас проблемы. Если кошка выпрыгнула в окно или вышла в коридор, а затем как-то умудрилась прошмыгнуть на улицу, то это беда. Нужно убедиться, куда она точно направилась. Пойдёмте к управляющей – будем камеры смотреть.

По камерам стало понятно, что кошка не выходила в коридор и не выбегала через окно.

– Девчата, это хорошо! – взбодрился анестезиолог. – Она не вышла на улицу, а спряталась где-то тут. И сейчас кошка должна уже заснуть от той дозы, что вы ей успели ввести. Пойдёмте все вместе её поищем.

Тут подошла администратор:

– Девчонки, звонит владелец кошки. Спрашивает, начали ей операцию проводить? Что мне ей ответить?

– Скажи, что начали. Что всё хорошо. Так, закройте дверь на ключ. Ищем кошку!

Отодвигали всё подряд и искали даже там, куда годами никто не заглядывал. Но кошки так нигде и не было. С каждой минутой у всех сотрудников клиники всё сильнее и сильнее усиливалось чувство отчаяния.

Анестезиолог подошёл к двум железным шкафам, которые стояли возле рентгеновского аппарата. Шкафы были похожи на плотные холодильники, в которых хранились одноразовые халаты и операционные поля. Анестезиолог дёрнул за ручку шкафа и…

– Как?

Все тут же обратили внимание на громкий вопрос доктора и подбежали к шкафу. Между стерильными и герметично закрытыми операционными полями лежала сонная кошка.

– Как? – ещё раз спросила анестезиолог, улыбнулась и даже чуть растрогалась.

Никто не мог понять, как всё же кошка оказалась в этом шкафу. Но любопытство сотрудников не покидало – они стали перебирать вещи, внимательно осматривая этот хитрый ларец. Ответ оказался не замысловатым – это же был медицинский шкаф, в котором предусмотрен воздуховод с тонкой трубкой в углу. Его даже видно не было, если не присматриваться и не искать специально.

– Вот же зараза! – всё же не выдержали ассистенты, после чего вынули спящую кошку и понесли её в предоперационную.

Все остальные сыщики молчаливо разошлись по своим кабинетам.

Театральное представление

Ближе к семнадцати часам в клинику зашли посетители. Внешний вид, настрой и харизма вошедших не сулили ничего приличного. Опытный взгляд администратора сразу заметил те нотки и энергетику, с которой, словно на сцену малого театра, вошли эти добрые люди.

На этот момент в холле клиники ожидали приём два владельца животных. Даже они оторвались от своих телефонов и покосились на вошедших людей и маленькую собачку.

Администратор ещё по телефонному звонку поняла энергетику звонивших, что записали своего питомца на приём.

Мужчина был заметно старше женщины. Но со стороны он этого не замечал – в душе он оставался молодым парнем, который может! К тому же он был богат, и уже не мог отождествлять себя вне этого богатства. Он был уверен, что его любят лишь за то, что он хорош. «Да, я чертовски хорош! – говорил он себе по утрам, когда смотрелся в зеркало после пробуждения. – И ничего, что волосы поредели и местами побелели. Мы их вот так, вот так – смочим и покроем лаком».

Брендовая одежда и небрежно повязанный шарф на шее придавали некую строгость и являлись продолжением творческой натуры, которая сейчас играла роль усталого Дон Кихота.

Муж приехал с охраной.

Его жена отчётливо знала, что все женщины, которые возятся с её мужем, улыбаются ему только из-за денег. И он этого не видит? Иногда женщина ловила себя на мысли, что и она с ним только из-за денег. Но, может быть, и нет: «У нас же есть сын! Семья. Ох, как же он уже достал с этими женщинами! Что мне делать?»

Каждое утро супруга также смотрелась в зеркало и видела своё лицо. Оно изменилось – стало каким-то другим, не родным что ли. Эти губы и уколы, нити и подтяжки, ботокс, краски, ресницы и брови… Как же уже достала эта гонка за красотой – попытка остановить время. Да и не само время как таковое, а только время для тела. Женщина понимала, что муж уже выбирает более молодых, а не её. «Какой же он гад!» – в сердцах подумала она.

Женщина приехала с водителем.

Их сын был уже достаточно взрослым – мог бы работать в какой-то должности уже лет пять. Но нет. Что-то не шло, не складывалось. Хотя отец купил квартиру, да и хорошая БМВ стояла перед клиникой.

Да, каждый приехал на своей машине: папа с охранником на большой американской, сын на своей немецкой, да и мама с водителем на своей.

Кто был инициатором, чтобы все трое встретились сейчас в клинике? Это была женщина. Её муж любил собаку, которой надо было бы уже давно провести осмотр. И уж так совпало, что сейчас собака почувствовала себя плохо – вот и повод собраться всем вместе.

Но всё пошло не так, как планировала женщина – уже на крыльце клиники можно было услышать её громкую речь. Никто из них не был способен услышать и понять друг друга. Да и запроса такого не было. Женщина занималась лицом, но упускала, как видно, главное – общение и возможность понять друг друга. Может быть, в конечном итоге им всё же удалось бы договориться и жить вместе. Но пока их сближали только деньги и общие обиды.

Супруга хотела бы сблизиться с мужем, но не знала, как это сделать. Мысленно женщина прокручивала будущие сцены их близких встреч, где она начнёт нежно и ласково, после чего всё закончится мило и спокойно. Так уж ей хотелось, однако её внутренняя «девочка» была капризной – требовала своё только через крики и выяснения отношений, чтобы сначала разразились гром и молния, а потом наступило тихое примирение, где её, бедненькую, обязательно пожалеют. Поэтому, чем дольше женщина прокручивала у себя в голове сценарий нежного уединения, тем больше появлялось вопросов и претензий. Вот и сейчас она начала с претензии и эмоционально завела мужа.

– Доктор! – воскликнула женщина уже после осмотра, – Что с моей собачкой? Что случилось?

– Нужно сделать операцию, – ответил доктор, который только что провёл обследование и поставил диагноз. – И лучше провести операцию срочно, потому что у собаки в матке гной. Это опасно.

– Какую операцию?

– Диагноз – пиометра. Операция – овариогистерэктомия. Такую операцию чаще называют «стерилизация». Ну, это чтобы вам было проще понять, хотя это не совсем так.

– Вы хотите сказать, что ей вырежут всё там по-женски?

– Да, именно так.

– Но тогда она прекратит быть женщиной.

Дама начала ходить взад-вперёд и размышлять вслух. При этом, каждый раз, пытаясь хоть как-то задеть своего мужа. Мужчина при этом всё больше и больше заводился. Сын решил перехватить инициативу на себя, показав при этом, что он тоже может решать различные задачи.

– Да, нужно делать операцию. Мама, пусть они делают. Это нужно.