Константин Пылаев – Дева-воительница (страница 69)

Моряк с досады поджал губы — он чувствовал себя по-дурацки. Объяснять влюблённому мужчине, заставшему свою подругу в объятиях другого, что ничего не было, представлялось глупо. И всё же стоило попробовать — хотя бы ради Церы. Багосар даже немного позавидовал бывшему шаману, но отбросил эти мысли — у него есть другая женщина, имя которой Бестия.

— Тебе будет нелегко с ней. — повернувшись к нему спиной и вглядываясь в безбрежные воды, неожиданно для себя самого начал старый морской волк. — Она как это море — подвластно только ветру. Нет его — скучает, поднялся — штормит и бушует, рвёт паруса и ломает мачты. И удержать никому не удастся. Ты готов быть тем кораблём, что будет с неё в ладу? Отпусти её или сядь за вёсла в одной лодке.

Гамала молча встал рядом, держась за канат, обдумывая слова человека, знавшего Церу гораздо лучше него. Он ревновал, помня, что когда-то они были близки, отчего на душе шамана становилось тяжело. Багосар, угадав его размышления, продолжил.

— Она с тобой другая. Ей страшно. Боится потерять то, чего у неё никогда раньше не было. Ей кажется, что пустив тебя в свою жизнь, придётся навсегда измениться. Дай возможность быть с тобой, сохранив себя, чтобы никогда не пожалеть о подобном выборе. А про других, — он сделал непристойный жест, — забудь. Для неё это ничего не значит. Сейчас есть только ты. Не испорть, а ещё лучше — стань достойным её любви. Как это сделать — тебе лучше знать. А теперь иди — она небось места там себе не находит — переживает, что ты меня здесь зарезал и вышвырнул за борт.

Багосар хлопнул его по плечу и широкой походкой, как и положено моряку, направился проверять вахтенного.

Цера сидела на полу, положив локти на колени. В углу, бледная и уставшая, спала Саффи. Её брат, укрыв сестру пледом, кемарил рядом, положа руку ей на плечо. Роксана свернулась калачиком, а похрапывающий во сне Ворон, изредка стукался клювом о доски пола, отчего ненадолго переставал храпеть.

Гамала присел рядом с женщиной. Молча осмотрел потолок, сдерживая улыбку почесал нос и слегка толкнул её плечом.

— Я его не зарезал и не выбросил в море. Думаю, пусть пока живёт.

Цера, вместо ответа, положила ему голову на плечо.

*

— Эй, маг, вставай. — в бок кто-то пнул. — Багосар зовёт.

Цера проводила его наверх. По палубе в спешке носились матросы — тянули канаты, взбирались на мачты по верёвочным лестницам-вантам, возились с парусами. На корме стоял капитан и знаками отдавал распоряжения. Периодически раздавался свисток боцмана, вперемежку с грубыми ругательствами, характеризующие не с лучшей стороны как его подчинённых, так и их многочисленных родственников, в основном матерей.

— Я вот думаю, — Багосар был серьёзен, — а не посадить ли вас снова в лодку и убраться подобру-поздорову?

— Что случилось? — спросила Женщина-воин.

— Туда глянь. — махнул моряк в сторону большой, чёрной тучи, стелющейся по воде.

— Буэро? Опять?

— Как видишь. И на сей раз нам не уйти. Старушка Бестия хороша идя по ветру, но против — бабку мою вперехлёст через якорный клюз, как старая шалава, еле двигается. Похоже, мы сегодня станем акульим обедом.

На палубу выбрались остальные четверо. Саффи на этот раз плавание проходило немного легче, но бледность выдавала её слабость и ей потребовалась помощь Гамалы, на которого она опиралась.

— В какую сторону нам надо? — по-деловому осведомился юноша, когда для пущей солидности ему на плечо опустился карган, а рядом села Роксана.

— Нам теперь куда ни плыви, везде хана.

— Я спросил куда? — чуть повышая голос, переспросил Риз. — Туда? — и он ткнул в сторону чёрной тучи.

— Да, малыш. — усмехнулся капитан Бестии. — Но мы туда, как ты понимаешь, не пойдём.

— Ошибаешься. — абсолютно серьёзно заявил юноша. — Разворачивай корабль — мы идём в Буэро.

— Слышь, салага. — удивлённо возмутился Багосар. — Килька, маринованная в дерьме, будешь указывать куда мне плыть — вылетишь за борт.

— Делай, что он говорит. — положа руку на плечо морского волка, попросила Цера. — Поверь мне — этот мальчишка знает больше, чем ты думаешь.

— У вас что, мозгов меньше чем у медузы? Там верная гибель.

— Как ты там давеча говорил? Все когда-нибудь пойдём на корм рыбам. Не ложись в дрейф, старый болван, ветер попутный.

Багосар поглядел на безумцев, готовых обняться со смертью, и уже хотел их послать к Зарам, но вспомнил, как совсем недавно, они уже бросили вызов Буэро и остались живы. Он смачно плюнул на палубу.

— Эй, салабоны, весло вам в днище, встаём под ветер.

Ни один из матросов не осмелился ослушаться Первого после Бога — видимо, его крутого нрава боялись больше, чем напастей, посылаемых Азааром. Заскрипел такелаж, паруса наполнились ветром, и Бестия весело полетела туда, где разбрасывая в ярости чёрную пену, бесилось Буэро.

— Кильватерная струя из меня, что это было, мальчик мой? — впервые назвав его иначе, чем маг, поинтересовалась Цера, когда Бестия прошла сквозь чёрное облако, которое, словно испугавшись, разошлось перед кораблём.

— Пёс её знает. — пожал плечами маг. — Я попросил — оно расступилось. Можно даже сказать приказал.

— Ну парень. — хлопнул его по спине Багосар. — Я готов второй раз съесть свой завтрак, если ты не великий волшебник.

— Не придётся, капитан. — Саффи хитро поглядела на моряка. — Мой брат и не на такое способен. Я думаю, это повлияет на размер нашей платы?

— Ну-у, ввиду сложившихся обстоятельств, — размышлял хитрый и жадный Багосар, прикидывая все за и против, — думаю…

— А я, — Риз тоже решил поучаствовать в торге, — со своей стороны готов сделать твоей Бестии бесценный подарок.

— Какой? — глаза капитана загорелись — речь зашла о самом важном, что у него было.

— Дай мне кинжал, Цера. — юноша взял из рук женщины лезвие и полоснул по ладони. Кровь большими каплями падала на палубу. Он подошёл к мачте и обмазал ею везде, где смог достать. — Буэро меня запомнило, а теперь я часть корабля.

— Ну тогда мы сговоримся! — расплылся в улыбке капитан Бестии.

*

Длинная цепочка воинов тянулась по направлению к становищу. Их предводитель шла пешком, ведя коня в поводу — она давала понять, что готова нести всю тяжесть будущих походов наравне со всеми. Риз не заморачивался на этот счёт и ехал рядом. Цера и Гамала, тоже верхами, двигались позади, изредка обмениваясь ничего не значащими фразами — они ещё пока не до конца определились в отношениях, аккуратно привыкая друг другу. Роксана наслаждалась привычной средой, после вечных снегов, и ещё более мерзкого моря, гоняясь за всем, что могло представлять собой добычу. Ворон, травма которого зажила наравне с рукой бывшего шамана, парил в небе, разрабатывая крыло.

— Я вот тут думаю, как мы будем доказывать своё удачное похождение? — озадачил Риз сестрицу. — Получить-то благословение мы получили, но кто подтвердит?

— Как кто? Гамала.

— Не уверен. — возразил юноша. — Может статься, что нас просто спровадили от греха подальше.

— Но Логар сам дал нам Свидетеля, обещая ему поверить.

— Мало ли он что обещал. Он не дурак — мы могли не дойти, сгинув в снегах, не успеть к сроку или Хранитель мог не дать нам благословение. И потом, сама подумай — как чужак, да к тому же девушка, могут, по мнению варваров, встать во главе племени. Тут нужно что-то посущественнее, чем простые слова.

— Ха! У тебя семьдесят копий свидетелей, как ты обратился драконом. Чем не доказательство?

Риз поморщился. Ему не очень хотелось распространяться о своих способностях. Конечно, один вид монстра убедит кого-угодно, но у него закончилась магическая руда, а как обходиться без неё он пока не знал. И главное — сохранить это в секрете, при таком количестве посвящённых, не представлялось возможным.

— Эй, маг. — их догнал Гамала. — Мы можем поговорить?

— Что-то случилось? — спросил Риз.

— А разве должно? Отъедем?

Юноша глянул на сестру. Та сделала вид, что не возражает.

— Я тебя слушаю. — сказал Риз, когда они отъехали на достаточное расстояние.

— Как так случилось, что вещун ошибся?

— Ты имеешь в виду, что остался в живых? — уточнил юноша.

— Да.

— Я тоже долго думал и пришёл к выводу — из похода вернулся другой Гамала. Прежний навсегда остался в Диких Снегах. Ведь так?

Бывший шаман задумался. В речах юного мага была доля истины — он сильно изменился.

— Тогда у меня к тебе просьба.

— Чем могу?

— Там, у Белых Медведей ты забрал Силу у их шамана.

— Да. Это дар Хранителя — он дал, он же и забрал.

Гамала задумался. Прошла минута, прежде чем он продолжил.

— Это не дар Хранителя. Он, по мнению Церы, был магом от рождения. Как Камадар умудрился остаться в живых, я не понимаю, но дело не в этом.

Пришла очередь задуматься Ризу.