Константин Погудин – Правила притяжения (часть 2) Корни (страница 3)

Электричка ушла, и Анна осталась одна на пустом перроне. Сзади подошёл Макс – он вызвался её подвезти и теперь стоял рядом, молчаливый и надёжный, как стена. Но не та стена, за которой прячутся, а та, на которую опираются.

– Поехали? – спросил он.

– Поехали.

Она села в машину и всю дорогу молчала, глядя на лес, который мелькал за окном. Думала о маме, о том, как трудно ей было сломать свои стены. О том, как трудно ей, Анне, до сих пор иногда хочется спрятаться. И о том, что теперь у неё есть место, где можно не прятаться.

2

В усадьбу они вернулись к вечеру. На крыльце их ждала кошка – та самая, серая, с белыми лапками, которую Анна так и не придумала как назвать. За полгода кошка обросла, стала важной, даже немного надменной, но при виде Анны всегда спрыгивала с перил и шла навстречу, задрав хвост.

– Ты нас заждалась? – спросила Анна, нагибаясь её погладить.

Кошка мурлыкнула, потёрлась о ногу и, не спеша, направилась в дом.

– Она тебя понимает, – усмехнулся Макс.

– Она всех понимает. Просто не всем отвечает.

Они вошли в дом, и Анна сразу почувствовала – что-то изменилось. Воздух был другим. Не тем, спокойным и привычным, которым пахло в усадьбе последние месяцы. В нём появилась какая-то новая нотка. Сырость? Нет. Что-то другое.

– Ты чувствуешь? – спросила она Макса.

Он остановился, прислушался. Кошка замерла у двери в гостиную, глядя куда-то в сторону коридора.

– Что-то есть, – сказал Макс. – Я тоже чувствую.

Они прошли в гостиную. Всё было на месте – стол, лавки, керосиновая лампа. Иконы на стенах. Но Анна знала – что-то не так.

– Подвал, – сказал Макс.

Они переглянулись и двинулись к лестнице, ведущей вниз.

3

Подвал встретил их холодом и темнотой. Макс включил фонарь, и луч света заметался по стенам, выхватывая сундуки, иконы, книги. Всё было на месте. И всё было не так.

– Смотри, – сказал Макс.

Он показал на дальнюю стену. Там, где раньше был просто камень, теперь зияла дыра. Небольшая, но глубокая. Кирпичи вокруг были вынуты и аккуратно сложены в стороне.

– Кто-то был здесь, – сказала Анна.

– Недавно, – Макс провёл рукой по краю дыры. – Кирпичи сухие. Если бы это случилось зимой, была бы влага. А здесь – пыль. Значит, вскрыли не больше недели назад.

Анна подошла ближе, посветила телефоном внутрь. За стеной была пустота. Небольшая ниша, выложенная кирпичом, размером примерно с большой сундук.

– Там что-то было, – сказала она.

– Было, – кивнул Макс. – Кто-то забрал.

Они осмотрели нишу. На дне – слой пыли, несколько старых тряпок, кусок бересты. И больше ничего.

– Кто мог сюда залезть? – спросила Анна.

– Кто угодно. Замок на входной двери старый, его можно открыть любой отмычкой. Мы здесь не всё время, часто уезжаем. У кого-то было время.

– Но кто знал, что здесь что-то есть? Мы сами нашли эту стену случайно.

Макс помолчал.

– Может, не мы первые.

4

Они поднялись наверх и долго сидели на крыльце, глядя на озеро. Кошка устроилась у ног Анны и урчала, как ни в чём не бывало.

– Что там могло быть? – спросила Анна.

– Не знаю, – ответил Макс. – Но если кто-то полез за этим, значит, что-то ценное. Не в деньгах, наверное. Деньги бы не стали так прятать. Скорее, бумаги. Документы. Может, ещё письма.

– Или иконы, – добавила Анна. – Варвара Павловна писала, что в тайнике хранилось самое ценное. То, что спасали от обысков.

– И то, что не нашли в прошлый раз.

Они замолчали. В голове у Анны крутилась одна мысль, которую она боялась высказать вслух.

– Думаешь, это Артём? – спросил Макс, будто прочитав её мысли.

– Не знаю. Может быть. Он знал о доме, знал о ценности. У него есть деньги, чтобы нанять людей.

– Но зачем ему что-то красть? Он хотел снести дом, построить коттеджи. Ему не нужны старые бумаги.

– Если бы он хотел снести, – сказала Анна. – А вдруг он передумал? Вдруг понял, что дом ценнее, чем он думал?

Макс покачал головой.

– Артём – девелопер. Он не крадёт иконы и письма. Он покупает землю и строит дома. Это не его профиль.

– Тогда кто?

Они не нашли ответа.

5

Утром Анна позвонила Николаю Петровичу. Сосед слушал внимательно, не перебивал, а когда она закончила, сказал:

– Я приеду завтра. Посмотрю, что там.

– Вы думаете, это важно?

– Анна, – голос Николая Петровича был серьёзным. – В этом доме хранились вещи, которые люди прятали от смерти. Иконы, книги, рукописи. Если кто-то знал, что они здесь, и полез за ними – значит, это не простой грабитель. Это тот, кто понимает, что взял.

– Что же там могло быть?

– Не знаю. Но мы должны это узнать.

Николай Петрович приехал на следующий день. Он спустился в подвал, долго осматривал дыру в стене, ощупывал кирпичи, нюхал воздух.

– Работа профессионала, – сказал он наконец. – Кирпичи вынуты аккуратно, без спешки. Кто-то знал, что ищет, и не торопился.

– Вы думаете, это не случайный грабитель?

– Уверен. Случайный грабитель забрал бы иконы наверху, они видны. А этот полез в стену. Он знал, что там есть тайник.

– Откуда он мог знать?

Николай Петрович посмотрел на неё долгим взглядом.

– От того, кто знал о тайнике. От Варвары Павловны. Или от того, кому она рассказывала.

Анна вспомнила записку, которую нашла в первый день. Матрена Ильинична. Подруга Варвары Павловны.

– Нужно съездить к Матрене Ильиничне, – сказала она.

6

Деревня Вершинино оказалась в пяти километрах от усадьбы, в глубине леса. Пять домов, покосившихся, полузаброшенных, и один – ухоженный, с крашеными ставнями и палисадником. На калитке – табличка с фамилией, выжженной на дереве: «Ильинична М.»