Константин Нормаер – Чужак.Особый магистрат (страница 7)

Гвидо улыбнулся:

– Увы, но человек, которым вы интересуетесь, – забота святой инквизиции.

– Мы ищем беглеца! – упрямо повторил юноша.

Гвидо недоверчиво уставился на него – в наивном взгляде мелькнуло нечто неуловимо серьезное, что приобретается с годами и огромным жизненным опытом. Нахмурив лоб, инквизитор покосился на запястье второго синьора. Извилистая линия темного следа уходила под пышный рукав куртки.

– Кто вы, синьоры? И где мои братья? – недоверчиво поинтересовался Гвидо, прижав к себе кожаную сумку, в которой содержались найденные им следы.

– Мы ищем беглеца! – прорычал юноша. Его глаза блеснули дьявольским огнем.

Волнение внезапно сменилось осознанием огромной опасности.

Гвидо попытался убежать, но у него ничего не вышло. Скуластый схватил его за воротник и буквально пригвоздил к земле. Удивительно, но при его скромной комплекции он обладал нечеловеческой силой.

Юноша улыбнулся, поковырял в зубах длинным черным ногтем, затем присел рядом с инквизитором и приставил ноготь к горлу пленника.

– Я тебя еще не отпускал! – предупредил он Гвидо.

Из широкого рукава, где скрывалась мрачная татуировка, выползла ядовитая змея.

***

Проводник хорошо держался в седле. Зато с моим умением верховой езды я еле поспевал за ним, пытаясь справиться с ретивым конем, что достался мне. Лишь когда мы попали на горную тропу, сделалось немного легче. Конь стал двигаться осторожно, постоянно оглядываясь.

– Эй, уважаемый! А куда мы путь держим? – поинтересовался я.

Ответа не последовало.

Я поравнялся с всадником. Покосился на проводника: щуплый и седовласый – неприметная внешность, на такого взглянешь и забудешь. Единственное, что привлекало внимание, – это черная перчатка на левой руке.

– Может быть, все-таки потрудитесь ответить? – поинтересовался я.

Но проводник проигнорировал и эту просьбу.

Кони взбирались тяжело. Часто топтались на месте, и их приходилось постоянно подгонять, ударяя по бокам и цокая языком. Наконец мы выбрались на плато – тут было много густых кустарников и сухих карликовых деревьев. Проводник спешился, подошел к моему коню и взял того под уздцы.

– Приехали? – уточнил я.

Кивок.

– Дальше пешком?

Опять кивок.

– А ты?

И вновь утвердительный ответ.

Теперь догадаться было несложно – меня сопровождал немой. Причем не от природы, а перенесший особые пытки. Впрочем, в свою бытность, еще в юности, в Военной академии я изучал язык жестов, и, если мой проводник не был обучен грамоте, можно было попробовать общаться с ним именно с помощью пальцев.

– Нас будут преследовать? – обратился я к проводнику.

– Они уже напали на след, – ответил тот, жестикулируя пальцами. – У них очень опытные охотники.

Жесты оказались немного иные, но в общих чертах я понял смысл продемонстрированных скорее образов, чем слов.

– Сколько у нас времени?

– Немного. Я уже чувствую их дыхание.

Конечно, ничего этот старик не чувствовал и чувствовать не мог. Но опытный следопыт имеет внутренний компас или, лучше выразиться, развитую интуицию, которая редко подводит своего владельца.

Прятать коней мы не стали. Как говорится, шило в мешке не утаишь! Да и какой в том смысл? Если охотники напали на след, они скоро нагонят нас и продолжат двигаться дальше независимо от того, обнаружат ли в перелеске наших коней или нет.

В зеленых зарослях из земли торчали высокие каменные ступени, которые наверняка вели к крепости или обители. А что, очень даже оригинально пытаться спрятать того, кого ищет инквизиция, в доме Божием.

– Что там наверху? – обратился я к проводнику.

Его руки быстро замелькали передо мной:

– Там твоя свобода!

– Свобода?

– Да, от этого, – проводник указал на мои запястья, где еще виднелись следы от кандалов, – и от этого! – его палец уткнулся мне в сердце.

Не знаю, что он имел в виду, но спорить не стал.

Остаток пути мы проделали не спеша. Казалось, что дорога ведет нас под самые небеса. Я несколько раз оступался, но мне везло удержать равновесие, а иначе бы скатился вниз с огромной высоты. Проводник оказался проворнее меня: шел размеренно, делая каждый шаг осторожно и явно экономя силы.

Примерно через час ступени закончились, и мы оказались на небольшой площадке, окруженной каменным заграждением. А впереди виднелись гигантские деревянные ворота – прямо в отвесной скале, никаких внешних признаков постройки. На солнце блестели металлические заклепки и узоры, а чуть выше, прямо в каменной тверди, можно было различить бойницы и вытянутые окна. Получается, что строение прямо внутри горы. Как по мне, это настоящая непреступная крепость, которая при определенных обстоятельствах может выдержать многодневную осаду.

Проводник остановился в шагах десяти от входа и указал мне на ворота. Я пожал плечами. В ответ мужчина лишь отмахнулся, показывая, что дальше нужно идти одному. Не дожидаясь, пока меня впустят внутрь, он развернулся и отправился обратно. Что ж, вполне в духе времени – это тебе не работник месяца, который будет все дожимать до конца и водить тебя за руку. Доставил из одной точки в другую – и на этом все!

Но, если честно, меня больше интересовал другой вопрос: как монахи планируют отбиваться от нападок инквизиторов, что будут здесь через пару часов? Да и в целом план, который придумала молодая особа женского пола, не внушал особого доверия.

Огромные ворота заскрипели, и между створок возник плечистый привратник. Настоящая скала по сравнению даже со мной, а у меня, на минуточку, рост метр восемьдесят два.

Шмыгнув широким носом, привратник смерил меня надменным взглядом. Почесал затылок, сдвинув крохотную шапочку, а затем немного отклонился назад и со всего маху влепил мне оплеуху. Удар был настолько мощный, а главное неожиданный, что сбил меня с ног. Мир перед глазами поплыл, и я потерял сознание.

Очнулся я уже в застенках обители. На этот раз никаких оков – просто железная клетка, скрытая в темноте. Вокруг ничего не видно, зато отчетливо слышно, как мерно капает вода с каменного потолка и свистит гуляющий по коридорам сквозняк.

Меня охватил истерический хохот. Я наивно полагал, что уже выбрался на свободу, но вместо этого угодил в новую ловушку. Катерина оказалась не таким простым союзником, как мне представлялось. Да и союзником ли?.. По всей видимости, люди в эту эпоху куда сложнее, чем в моем будущем, – настоящие интриги Мадридского двора.

– Это тоже пройдет! – произнес чей-то тихий вкрадчивый голос.

Я напряг зрение. Из темноты проступил крохотный силуэт – вполовину человеческого роста, – неуклюже переваливающийся с ноги на ногу.

Посетитель был облачен в длинный балахон неопределенного цвета. При ходьбе незнакомец опирался на деревянную клюку.

– Доброго вечера тебе, пришелец, – произнес тот, кто находился с внешней стороны клетки.

Судя по росту, он был карликом.

– Вероятно, это некая ошибка? – не без иронии уточнил я.

– Оптимизм – это хорошее качество. Присущее живым, а не мертвым. Но спешу огорчить тебя: факты говорят, что случайностей не существует. Любое событие в нашем мире неизбежно.

– Все так плохо? – я наигранно удивился.

– Время покажет, время покажет…

Карлик подошел к стене, где в кольце висел небольшой факел. Вспыхнуло пламя, заставив тьму отступить и затаиться в глубине арочного коридора.

Вернувшись к решетке, священник продолжил разговор:

– Ваш покровитель предупредил меня, с кем я имею дело.

– И с кем же? – поинтересовался я.

Карлик снял капюшон. На меня уставились крохотные с прищуром глаза. Обычный мужчина среднего возраста: рыжие растрепанные волосы, широкий лоб, непропорционально большой нос и огромная голова, по сравнению с узкими плечами и детским телом.

– Вы человек, в котором скрыто зло! – спокойно ответил карлик. – Конечно, можно это отрицать, отгоняя от себя тяжкие мысли, но факт остается фактом: внутри тебя засело дьявольское начало. Но не стоит переживать: орден Черной Розы испокон веков изгоняет бесов даже самого высшего порядка.

«Да чтоб им пусто было! Ну сколько можно? Кто о чем, а вшивый снова о бане! Опять они со своей одержимостью», – мысленно возмутился я. И доказывать обратное, я уверен, не имеет никакого смысла. Потому как хрен редьки не слаще! Либо тебя четвертуют представители инквизиции, либо проведут обряд экзорцизма, замучив до смерти.

– Вас попросила об этом сеньо?..