Константин Калбанов – Несгибаемый. Не буди лихо… (страница 26)

– И что же я должен буду сделать? – возвращаясь к блюду и вдруг осознав, что совершенно спокоен, поинтересовался Петр.

– Во-от. Слова не мальчика, но мужа, – отсалютовав ему бокалом и пригубив красное вино, произнес ротмистр. – От вас, Петр Викторович, требуется сущая безделица. Вам надлежит доставить кое-какой груз из Пекина в Чойр. Это административный центр Гоби-Сумберского аймака.

– Монголия, – догадался Петр.

– Монголия, – соглашаясь, кивнул жандарм.

– И что же я повезу? Или это великая тайна?

– Тайна. Но… Какой смысл скрывать это от вас, коль скоро вы должны будете не только доставить груз, но еще и обеспечить скрытность. Вам надлежит перевезти полтора миллиона рублей. Борьба за независимость – весьма затратное мероприятие. Многие князья готовы выражать свои верноподданнические чувства исключительно за звонкую монету.

– И для чего понадобился я? К чему городить огород и закручивать многоходовую операцию? Перевезти деньги в Пекин, рискуя засветиться. Потом тащить их через половину страны и пересекать границу. Ведь вам куда проще доставить деньги иным маршрутом. Прямиком из Забайкалья. Я точно знаю, что позиции у нашей контрразведки там весьма серьезные. И кстати, отчего этим делом занимаетесь вы, а не разведка?

– Как много вопросов, Петр Викторович, – ухмыльнулся Потапенко, нанизывая на вилку очередной кусок мяса. – Попробую ответить. Итак, что касается меня. Капитан Клюев, ваш бывший куратор, дал вам характеристику как личности весьма своенравной и практически неуправляемой. Не очень хорошие качества для выполнения возлагаемого на вас задания. И как бы вы себя повели, прогнозировать достаточно сложно. Даже несмотря на то, что теперь вам есть что терять и за кого бояться.

Петр бросил на жандарма весьма красноречивый и не обещающий ничего хорошего взгляд, который ротмистр истолковал правильно. Да и трудно не понять его значение, обладая определенной информацией о собеседнике.

– Вот видите, Петр Викторович. Сидит в вас эдакая решимость не распутывать сложные узлы, а рубить их с плеча, – потыкав в его сторону вилкой, совершенно спокойно произнес жандарм. – Я же вам уже однажды помог, и отношение у вас ко мне весьма неоднозначное, а значит, и творить глупости вы торопиться не будете. Дальше вам, конечно, предстоит работать с разведотделом Генерального штаба. Что же касается многоходовой операции… Видите ли, насчет звонкой монеты – это вовсе не фигура речи. Монгольские князья предпочитают иметь дело с благородным металлом. Как, впрочем, и остальное население Монголии. Наверняка вам это прекрасно известно. – Петр кивнул, подтверждая предположение жандарма. – Так вот, полтора миллиона золотом имеют значительный вес. Более тонны. Согласитесь, это серьезная ноша.

– Согласен.

– А ваш грузовик имеет грузоподъемность шесть тонн.

– Вообще-то, учитывая то, что предстоит гонка по пересеченной местности, КАЗ будет иметь загруженность не более четырех тонн. В идеале, конечно, лучше бы меньше, но по условиям оглашенных нами правил участники пробега смогут использовать только те запасные части, которые сумеют увезти с собой.

– Н-да. Жестко вы.

– Иначе никак. Я смогу выиграть эту гонку, если сделаю ставку на выносливость. Только так, без вариантов. Вы же хотите обременить меня дополнительным грузом на самом сложном участке, перед пустыней Гоби.

– Понимаю. Но интересы государства…

– Уж поверьте, то, что делаю я, также затрагивает интересы государства, – убежденно перебил его Петр. – Причем в куда более высокой степени, чем предоставление рабочих мест нескольким тысячам человек. Одно только производство синтетического каучука, которое вы отчего-то недооцениваете, чего стоит. Интересно, что вы будете делать, если его попросту откажутся продавать в Россию? Вспомните, что было полвека назад, когда Германия давила на Россию, используя свое преимущество в промышленности. Ну да, оставим производство каучука. Наши двигатели… – Петр запнулся, подбирая слова, а потом продолжил: – Понимаете, за ними будущее. И чем быстрее Россия сделает на них ставку, тем большее преимущество получит впоследствии. Ну посудите сами, с чего бы господам создавать тайный клуб и с такой настойчивостью, даже жестокостью, противодействовать созданию дэвээсов? Ну была бы это никчемная идея, так и бог бы с ней. Сама сдохнет. Вон ведь на «стирлинг» такой охоты нет. К чему? Ведь при всех его положительных сторонах у него есть огромный недостаток – неизменная громоздкость. Дэвээс же – совсем другое дело. Этот автопробег должен показать его преимущество и обратить на него внимание.

– Возможно, вы правы. А возможно, нет. К сожалению, я в механике разбираюсь слабо, как и офицеры Генерального штаба вкупе с чинами министерства иностранных дел, – пожав плечами, как-то уж совсем легкомысленно ответил ротмистр. – Зато мы прекрасно осознаем внешнеполитические интересы России. А они требуют в кратчайшие сроки обуздать милитаристские устремления Японии. И, похоже, добиться этого, не ввязавшись в очередную войну, не получится. Поэтому необходимо сделать все, чтобы наше участие в этом конфликте было минимальным. Две последние войны нас кое-чему научили. Проще заплатить золотом, чем кровью.

– Я понимаю. Интересы государства важны. Но отчего бы не посмотреть дальше своего носа?

– Мы смотрим. Не сомневайтесь. Даже если вас задержат с золотом, вы – частное лицо, пытающееся провезти в страну золото контрабандным путем. Никакой политики. И то при условии, что вас кто-то будет досматривать. А это сомнительно при таком интересе со стороны газетчиков. Не думаю, что японцы станут усердствовать, противодействуя вам. И уж тем более не станут досматривать с особым тщанием. Что же касается гонки… Даже если вас задержат и арестуют, повторю – за контрабанду, останутся еще три автомобиля с вашими двигателями. Не делаете же вы ставку только на себя? Так что, как видите, мы подумали и об этом.

Петр в очередной раз смерил ротмистра взглядом и, наконец сдаваясь, тяжко вздохнул. Похоже, у него опять нет выхода. Ну или, во всяком случае, он его не видел. Петр получил то, чего хотел больше всего на свете, – дом и семью. То, ради чего он готов сражаться до последней возможности. Но, к сожалению, борьба вышла неравной, и без союзников ему не обойтись.

Он уже практически проиграл на информационном поле. Еще немного – и сенсация о существовании тайного клуба промышленников превратится просто в миф. После того как обыватель уверится в этом, избавиться от Петра и его близких, не привлекая особого внимания, не составит труда. Отчего он уверен в том, что с ними расправятся? Да оттого что его противники – упыри, которые привыкли решать серьезные вопросы радикально.

В этих условиях невозможно недооценить поддержку государства, раскрывшего над ним зонтик. Н-да. И вот теперь, очевидно, настал черед Пастухова платить по счетам. И он заплатит. Никуда не денется. Хотя бы потому, что он и без того рискует, лично участвуя в этой гонке. Но и не участвовать не может. Он будет чувствовать себя последней сволочью, осознавая тот простой факт, что сам остается в стороне, пока другие рискуют жизнями ради безопасности его семьи.

Конечно, помимо этого, его толкали вперед неуемная натура, жажда действий и желание получить очередную дозу адреналина. Куда ж без этого. Вот хочется ему остроты ощущений, хоть ты тресни. Контрабанда же золота… Ну не повесят же его, в самом-то деле. Отчего-то Петр даже не сомневался, что по Китаю прокатится без проблем. Так что если его схватят и потянут в суд, то будет это в Монголии, где, вероятно, вскоре установится русский протекторат.

Словом, риск увеличивался, но не настолько, чтобы отметать предложение Генерального штаба и начинать ненужное противостояние. Плюсы явно перевешивали. Ну а коль скоро так, то… В конце концов, запас грузоподъемности все одно остается солидный. Почти в тонну.

Опять же, нагрузку можно слегка и уменьшить, урезав количество запасных частей. Оно, конечно, нежелательно, но отчего бы и нет. За прошедший год непрерывной эксплуатации повылезали все основные болячки. Кое с чем удалось справиться. Кое-что приходится учитывать и иметь запчасти в ремкомплекте. Как же им еще далеко до того времени, когда автомобили смогут без особых хлопот преодолевать по три сотни тысяч верст!

Подумал было разделить золото между двумя грузовиками, но потом отказался от этой идеи. Практически с самого старта гонщики разобьются на четыре группы. Строго по классам автомобилей. И если на рокадных дорогах внедорожники и обычные авто будут вполне сопоставимы по скорости, то с момента ухода на проселок модели с повышенной проходимостью получат несомненное преимущество. Так что все золото придется грузить в свою машину.

Петр размышлял над этим, покидая гостиницу. Обсасывал эти мысли со всех сторон, и когда уже выехал за пределы столицы. Ему сейчас нужно было в Колпино – городок, где расположены его штаб-квартира и основные активы. Хм. Ну, будущие основные активы. Что и говорить, сейчас они только сосут, причем весьма усердно.

Из самого-то Петра предприниматель так себе. Никакой, в общем-то. Поэтому он основывается на мнении Кессениха, который, помимо того что является грамотным инженером, еще и неплохой делец. А Отто Рудольфович убежден, что придет время, когда убыточное предприятие в конце концов станет головным в их концерне. Ну да. У Кессениха весьма солидный пакет акций и право далеко не последнего голоса…