Константин Калбанов – Несгибаемый. Не буди лихо… (страница 23)
Ну неправильно это – быть практически во власти одного человека. А ведь, по сути, так оно и получилось. Стоило только Кессениху сообщить о Пастухове германским агентам… Нет, Петр верил, что ему удалось привязать Отто Рудольфовича к себе накрепко. Но вера и действительность нередко сильно расходятся. Поэтому страховка вовсе даже не помешает. Чай, не в сказку попал.
С другой стороны, мы рождены, чтобы сказку сделать былью… Стоп! Идиот! Господи, ну какой же он идиот! Нет, понятно, что они сейчас взвалили на себя не так чтобы и мало. Александра и Кессених трудятся буквально на износ, пропадая в конструкторском бюро. Отто Рудольфовичу так и вовсе приходится разрываться, потому как на нем еще и заводы. Хорошо хоть удалось подобрать дельных управляющих, иначе совсем беда. Но какой же он идиот! В смысле Петр конечно же.
Внезапно возникшая мысль словно прострелила его электрическим разрядом. Запрыгнув в свой автомобиль, он тут же поспешил в Центральную императорскую библиотеку. Там он проторчал несколько часов кряду, копаясь в пыльных завалах газет и мучая странными расспросами служащих храма знаний.
Здание библиотеки Петр покинул в четыре часа пополудни. И, несмотря на то что пришлось изрядно попотеть, был очень доволен собой. Что и говорить, теперь у него возник дополнительный повод загрузить супругу по самую маковку, чтобы она и думать забыла об автопробеге. А то, признаться, у него уже не было уверенности, что ему это удалось окончательно.
Стоило Петру озвучить идею с автопробегом, как Александра тут же заявила, что тоже непременно будет участвовать в гонке. Причем она сразу заняла такую позицию, что сдвинуть ее с места было практически невозможно. Она и без того обладала весьма решительным и упертым характером, а тут еще и ее эмансипированная натура сказала свое слово. И как только в ней уживалась ласковая любящая жена и мать с вздорной бабой, в которую она порой превращалась?
Сказалось и участие супруги принца Боргезе в первой гонке двадцать лет назад. Мол, может получиться отличная преемственность. Тем более если Петр выиграет гонку на грузовом внедорожнике, а Александра на легковом. А что до разного рода угроз, бандитов и тому подобного, так ведь власти выделят конвой из военных, и те обеспечат достаточную безопасность. Плюс к этому будет осуществляться прикрытие с воздуха. Ведь для проведения гонки зафрахтовано целых три самолета. И они должны быть вовсе не беззубыми.
Этот бой Петр мог проиграть вчистую. Ему, конечно, было плевать на закидоны Александры, и он просто мог стукнуть кулаком по столу. Пришлось бы – так и гонку отменил бы. Он готов был рисковать сам, готов был пожертвовать своей жизнью ради семьи, но не представлял, как может защитить Александру от нее самой.
Однако помогла все та же одержимость жены, которая с жаром набрасывалась на дело, вызвавшее ее живой интерес. Петр понимал, что его идея преждевременна. Но с другой стороны, отчего бы и нет? Нужно же когда-то начинать. К тому же автогонки приобретали все большую популярность. Вот он и предложил Александре спроектировать гоночный автомобиль с новым двигателем.
Это было попаданием в яблочко. Ведь ей предоставлялась возможность создать, по сути, новый двигатель, способный стать соперником паровых гоночных болидов. А это далеко не просто, учитывая их скорости. Вообще-то Петр пребывал в уверенности, что им до подобных гонок еще далеко. Опять же, проектирование и уж тем более постройка такого болида вылетит в копеечку. Они же и без того едва сводят концы с концами. Но ради собственного спокойствия и осознания того, что супруга находится в безопасности, Петр был готов к любым тратам.
И как выяснилось, он тоже оказался в этом деле не столь уж бесполезен. Кое-что помнил по прошлой жизни. Это лишний раз доказывало, что если тебе интересен предмет, то ты просто обречен знать его хорошо. Благодаря подсказкам Петра разработка продвигалась достаточно быстро. Если не сказать стремительно.
Были сложности технологического порядка. Приходилось морщить лоб ввиду низкого качества имеющихся в их распоряжении сплавов. Сказывалось и отсутствие опыта вместе со статистикой. Ведь они собирались перешагнуть сразу через несколько ступеней. И тем не менее, работа продвигалась просто небывалыми темпами. Ну хотя бы потому, что они шли к поставленной цели кратчайшим путем. По прямой. Не сворачивая в различные тупики.
Но именно вот эта успешность могла сыграть с Петром злую шутку. Была вероятность того, что Александра попытается сбросить работу по созданию нового двигателя на Кессениха. Ну, коль скоро все идет по накатанной, то он и сам управится. А она тем временем прокатится быстренько на авто. Какой-то десяток тысяч верст – и супруга вновь вернется к кульману. Между прочим, подобные пробные камни ею уже забрасывались.
И тут сегодня Петру на ум пришла просто гениальная мысль. Если все получится (а оно просто не может не получиться, поскольку поначалу не потребуется ничего чересчур сложного и сверхъестественного), это будет настоящий сокрушительный удар по противникам дэвээсов. Ведь ничего подобного паровым машинам и не снилось, они в принципе не способны на это.
Ну и Александра. Уж Петр-то успел изучить нрав своей супруги. Стоило ему озвучить по-настоящему новую идею, достойную особого внимания, как жена загоралась неугасимым огнем. А новая его идея – не просто достойная. Она для этого мира, можно сказать, революционная.
Оставив машину на служебной стоянке, Петр поспешил в здание заводоуправления, прикрывшись зонтом от накрапывающего дождя. Ну а что такого, вполне нормальная весенняя погода в этих краях. Хорошо хоть относительно тепло и нет нужды кутаться в плащ, вполне хватает делового костюма.
Войдя в здание, он сразу поднялся по лестнице на второй этаж. На первом располагались различные службы завода. Петр в дела управления практически не влезал, предоставив свободу действий Кессениху и управляющим. Как говорится, мастер есть, нечего лезть. Нет, руку на пульсе, конечно, держать стоит. Но тут, главное, не переусердствовать, не то задавишь инициативу на корню, а это на пользу делу никак не пойдет.
На втором же этаже находились кабинеты Петра (нужно же владельцу иметь свой угол) и Кессениха. А также конструкторское бюро, которым ведала Александра. Там же было и ее рабочее место. Отдельное, но в целом оно входило в общую планировку бюро. Кстати, у них там весьма просторно. Строили с прицелом на будущий рост.
Петр тут же направился к Кессениху. В приемной его встретила секретарша, моложавая женщина средних лет. Петр заподозрил было Отто Рудольфовича в чем-то предосудительном (а то как же, он ведь привез в Россию семью, и тут у него появляется вот эта красавица бальзаковского возраста), но, как оказалось, никакой интрижки тут и близко нет. А вот профессионализм секретарши был выше всяческих похвал.
Пастухов непременно завел бы и себе такую же ходячую картотеку, куда там компьютеру. Тот ведь способен только выдавать команды и действовать согласно заложенной программе. Елена Олеговна же не просто все помнила, разложив информацию по полкам своей памяти, она была еще и человеком разумным, а потому поистине незаменимым.
Впрочем, от идеи завести себе секретаря Петр тут же отмахнулся. С одной стороны, не хотелось конфликтов с ревнивой супругой. С другой – в роли секретаря, как уже упоминалось, он по-прежнему видел только особу женского пола. Ну никак у него не ассоциировался с подобной должностью мужчина. Стереотип, если хотите. И потом, нагрузки по управлению обширным хозяйством на нем серьезной не было. Так что Петр научился как-то справляться сам. А когда требовалась помощь…
– Здравствуйте, Елена Олеговна.
– Здравствуйте, Петр Викторович, – поздоровалась секретарша.
– Отто Рудольфович у себя? – Не останавливаясь, Петр взялся за ручку двери кабинета главного инженера.
– У себя, – ответила женщина, даже не попытавшись остановить Петра.
Нет, дело вовсе не в том, что Пастухов тут полновластный хозяин. Данное обстоятельство вовсе не могло бы ему позволить вести себя столь вольно. Если бы Кессених сказал своей помощнице, что занят и его ни для кого нет… Такое, кстати, уже случалось, и Петр относился к этому с пониманием. Но в любое другое время он входил в кабинет главного инженера беспрепятственно.
– Елена Олеговна, а вас не затруднит вызвать Александру Витальевну? – прежде чем проследовать к Кессениху, попросил он.
– Нет, конечно же. Что-то еще?
– Злоупотреблять добрым отношением Отто Рудольфовича и нагружать его секретаря своими заботами? Чур меня, связываться с разъяренным тевтонцем.
– Ну-у, Петр Викторович, я тоже не из тех, кто позволит переступать грань, – мило улыбнувшись, возразила женщина.
– Плюс к тевтонцу еще и русская валькирия? О-о, нет, это слишком даже для меня.
– Я гляжу, репортеры здорово вас раззадорили. До сих пор успокоиться не можете.
– Что есть, то есть, – наконец открывая дверь, согласился Петр.
Кессених встретил его настороженным взглядом, но, едва только рассмотрев, тут же покачал головой. Вот так сразу и не поймешь, то ли осуждая, то ли, наоборот, одобряя. А ведь ничего пока не знает. Да и знать-то там нечего. Обычная пресс-конференция в рекламных целях. Никаких скандалов или сенсаций.