Константин Калбанов – Гремя огнем (страница 55)

– Ну что, Игнат, надеюсь, мы на месте? – когда Егоров оказался на земле, подошел к нему Антон.

– По счислению очень похоже. Сейчас вооружусь секстантом и скажу более точно.

Тучи разбежались, небо звездное. Никаких трудностей. Так что координаты майор установил быстро и верно. Они были на месте. И замок, что приметили на вершине холма, тот самый, что им и нужен.

– Капитан.

– Я, господин майор! – Угу, когда начальство начинает говорить таким тоном, то лучше бы вспомнить, что оно начальство.

– Мы здесь, замок здесь. Значит, подземный ход выходит куда-то сюда, – подсвечивая карту люминесцентным фонарем, начал отдавать команды Григорий. – Отправляй тройку. Очень надеюсь, что они найдут эту клятую дырку в земле. Остальные, выдвигаемся к замку. Учить тебя я не буду, Андрюша. Просто помни, что до линии фронта неполных сорок километров. Факт проникновения в их тыл планера, как и наше примерное направление, гансам известны. Очень может быть, что времени у нас нет совсем.

– Ясно.

– А раз ясно, командуй.

– Есть.

Козырять Корсаков не стал. Как не посчитал нужным и скрывать свое удовлетворение. А что? Он не мальчик. За плечами Туркестан и Испания. Вот и в Чехословакии успел отметиться, когда начали шалить абверовцы, рядящиеся под судетских немцев. А уж сколько на его счету отловленных и уничтоженных басмачей и диверсантов, так он скромно помолчит.

Между прочим, в активе есть и штурм парочки замков. Конечно, развалин, не без того. В Чехии хватает подобной седой старины. Вот и решили «партизаны» использовать эти руины в качестве своих баз. Откуда их и пришлось выкуривать самыми радикальными способами. А потому капитан получше многих знает, как следует действовать. Разве только Егоров. Но он нарочито отодвинулся в сторону.

– Ну что, Игнат, начинаем веселье? – подошел к нему Антон.

– Никакого веселья. Ты и твои помощники тишком да бочком ходите за мной и никуда не лезете. От слова «совсем». Я ясно выражаюсь?

– Да ясно, все ясно.

– А раз ясно, тогда собирайте манатки. Нам где-то с километр вверх по склону. И что-то мне подсказывает, что у вас с физической формой хуже некуда.

Вообще-то, данное утверждение было справедливо только в отношении Золотарева. Этот за долгие годы на дипломатической работе успел подрастерять былую форму. Впрочем, справедливости ради, для него были куда важнее эрудиция, широкий кругозор, способность легко входить в контакт, располагать к себе людей и многое другое, не подразумевающее под собой крепость тела.

Что же до его спутников из Петрограда, то… Хм. А вот непонятно, кто они. Немногословные. С виду полные шпаки. Но снаряжение носят с непринужденностью привычных к этому людей. И двинулись следом за Игнатом настолько тихо, что твои тени. Ладно, не его дело. Нечего ломать над этим голову. Главное, что обузой не будут и за Антоном вроде как присматривают качественно. Игнат поудобнее перехватил ППШС[11] и поспешил вслед за своими волкодавами.

Когда подошли вплотную ко рву, опоясывающему стены замка, парни Корсакова уже взобрались на стены и разошлись, действуя по плану штурма, на основе имевшихся данных. Планы сооружения один из этих петроградцев все же доставил. С подробными сведениями о системе охраны, расположении постов и комнат всех обитателей замка. Оставалось только управиться без шума.

Оно, конечно, обойтись совсем уж без пальбы практически нереально. Но Егоров не больно-то этого опасался. Во-первых, контрразведчики пользовали бесшумное оружие. Во-вторых, случись стрелять за стенами, то звук из-за высоких и толстых стен, даже если вырвется наружу или будет произведен во дворе, в основном уйдет вверх. До ближайшего поселения больше километра, и звук туда попросту не долетит. Поэтому Егоров скорее опасался того, что кому-то удастся сбежать. Вот уж чего никак не хотелось бы.

Идти было недалеко. Всего-то метров через двести вышли на подъездную дорогу, ведущую на мост через ров. Раньше он, разумеется, был подъемным. Но те времена канули в Лету. Сейчас переправа представляла собой капитальное каменное строение на всем своем протяжении, до массивных дубовых ворот, окованных железом.

Их особо не рассмотреть. Пара газовых фонарей в воротной арке света дают немного. Только и того, чтобы не спотыкаться. Что уж говорить о деталях, да еще и с расстояния в сотню метров. Сам замок и вовсе представляет собой эдакую черную и мрачную громадину с остроконечными шпилями крыш на более светлом фоне неба. Есть такие художники, что вырезают силуэты из черной бумаги. Картинка – один в один.

Ждать пришлось недолго. В таком деле всегда и все решается быстро. Тихо оно выходит или громко, не важно. В любом случае все решается в считаные минуты. Разумеется, если народ не разбрелся по всей обширной территории. Но на дворе три часа пополуночи, количество обитателей и места их расположения известны доподлинно.

Всего в замке четверо постоянно проживающих там слуг. Десяток охранников, ветеранов Великой войны, которым выхлопотали белый билет. Оно, конечно, в драке, может, и не дураки, но когда речь идет о вот таком нападении, да еще и знающих свое дело бойцов, шансов у них никаких. Пятеро научных работников и сам хозяин. Никаких женщин и детей.

Граф Вильчек рассудил так, что обернуться оно может по-разному. Гитлер уже проявил себя как жесткая личность и не гнушался законопачивать неугодных в концлагеря. Причем десятками тысяч. Или число уже перевалило за сотню? Очень может быть, что и так, когда там начали изолировать еще и евреев. Поэтому семьи всех заговорщиков от греха подальше находились за границей. А вот бросить хорошо оборудованную лабораторию, да еще и находясь на финишной прямой, они не смогли.

Легкий скрип, и отблеск газового фонаря на створке ворот сменился наполовину открывшимся проемом. С внутренней стороны арки так же имелись фонари. Как, впрочем, видны они были и далее, вдоль коридора между стенами.

В самом проеме угадывалась фигура характерных очертаний человека, обряженного в маскировочный комбинезон. То есть нечто бесформенное. Замерев на мгновение, он махнул рукой, сжимающей ППШС. Вся четверка без лишних слов и промедления двинулась к воротам.

– Как все прошло? – следуя мимо, поинтересовался у бойца Игнат.

– Совсем без крови не получилось. Господин капитан просил передать, что четверых пришлось того. Остальных взяли почитай тепленькими. Так, только по мелочам кулаки приложили. Всех собрали в центральной зале. На постах наши. Меня с Михеем на ворота.

– Ясно.

Сразу за воротами начинался узкий каменный коридор между наружной и внутренней стеной. Он так же освещен газовыми фонарями, а потому можно более или менее рассмотреть детали. Боевой ход на стене справа не был крытым, но имел парапет с каменными зубцами по обеим сторонам. Левая стена по всей высоте имеет множество бойниц. Шириной метра четыре и длиной около пятидесяти, этот проход упирался во вторые ворота в надвратной башне.

В настоящий момент они распахнуты и выполняют декоративную роль. А вот в старину все было иначе. Ворвавшись через внешние ворота, штурмующие оказывались в каменном мешке, каждый клочок которого простреливался со стен и из бойниц. За вторыми воротами точно такой же коридор делает изгиб и упирается в третьи. Получается эдакая улитка. И только за ними открывается внутренний замковый двор.

Убранство центрального зала было стилизовано под средневековье. Но только и того, что стилизовано. Потому что интерьер вполне современный. И мебель, хотя и походила на старинную, была куда удобней и рациональней. Впрочем, ее не так чтобы и много. Никакой вычурности и безвкусицы, все продумано до мелочей, а потому хочется осматриваться не отрываясь.

Хозяин не поскупился, и каждый светильник имел зеркальные отражатели, что значительно увеличивало качество освещения. К тому же во внутренних помещениях светильники были ацетиленовыми, дающими куда больше света.

Антон и его сопровождающие тут же взяли в оборот как хозяина замка, так и научных работников. В том числе и предавшего своих товарищей. Игнат не собирался вдаваться в подробности, поэтому предоставил своему другу полную свободу действий. В конце концов, это не его головная боль. На плечах Егорова организация захвата и эвакуация секретных материалов.

– Андрей, Данилов доложил мне, что побили четверых. Охранники, слуги, общим числом десять, – подозвав к себе Корсакова, произвел нехитрый подсчет Егоров.

– Побили как раз четверых охранников. Я приказал не рисковать, и часовых попросту расстреляли.

– Принял. Хозяин и научники, всего получается пять. А должно быть шесть.

– Вилли, тот, что предатель, сказал, что один лаборант, Горст, сегодня не ночует в замке. Вроде как у него зазноба в Леобендорфе.

– Хреново. Как бы нам не пришлось его разыскивать и решать с ним вопрос.

– А с этими как? Тоже будем решать?

– Тебя это напрягает?

– Разведка на вражеской территории практикует такое сплошь и рядом. Мы всё больше по своей земле и противника преимущественно вяжем.

– Здесь не наша территория, Андрей.

– Знаю, но…

– Без «но», Корсаков. Эти люди – носители информации. Какой, тебе знать не нужно. Но, поверь, очень важной. Сможем вывести отсюда, они будут не нашей ответственностью и головной болью. Не сумеем – зачистим. Вопросы?