Константин Калбанов – Гремя огнем (страница 34)

Следом заговорила полковая артиллерия. Вой снарядов тоже давит, но, признаться, с ракетами все же не сравнится. Но с другой стороны, эти «чемоданы» для бронированных машин куда опасней. Стопятидесятимиллиметровый снаряд, даже разорвавшийся рядом, может причинить массу неудобств. Тут и массивные осколки, способные пробить броню до двадцати миллиметров. И взрывная волна, при удачном стечении обстоятельств опрокидывающая бронеход. И воронка от фугаса, попадание в которую нижней конечностью при недостаточной сноровке пилота влечет все то же опрокидывание.

Облако поглотило позиции. Алина бросила взгляд в сторону машины командира взвода, капитана Деевой. Вскоре над ее «Витязем» поднялся флажковый сигнал «отбой газовой атаки». Это хорошо. Значит, на позициях сделали забор проб и определили, что это всего лишь дымовая завеса. Девушка с наслаждением сорвала с себя маску противогаза и вернула ее в брезентовую сумку. Фу-ух. И дышать легче, и обзор получше.

Алина посмотрела в триплексы над головой в крышке люка запасного выхода. Вскоре ей удалось различить небольшой дирижабль-истребитель, барражировавший высоко в небе. Эти машины идеально подходят не только для атаки германских воздушных гигантов, но и для наблюдения. При этом ведут себя, прямо сказать, вальяжно.

Немцы так и не смогли получить гелий. Поэтому их воздушные крейсеры против России и Америки бесполезны. Ни янки, ни русские не спешили делиться с другими странами стратегическим ресурсом. Хотя цены на него и были запредельными, но кто же станет размениваться по мелочам. Тут ведь речь о несомненном преимуществе.

Итак, воздушная разведка в наличии, артиллерия же союзников начала отвечать только сейчас. Объяснение одно: пустив дым, противник начал наступать, укрываясь в задней кромке молочно-белого покрывала. Один из современных тактических приемов. Приблизившись вплотную к позициям обороняющихся, снизить скорость, позволив дымному облаку обогнать тебя, и открыть обзор.

Расчет на то, что противник не откроет огонь из опасения задеть своих же. Но либо союзники решили рискнуть, либо немцы все же немного просчитались и подставились-таки под огонь. В этом нет ничего удивительного. Маневр отличается сложностью и зависит от множества факторов.

Впереди послышались резкие и хлесткие выстрелы бронебойных пушек. Следом – стрекот пулеметов, разрозненная и разномастная трескотня винтовок и автоматов. Началось! Противник в непосредственной близости. Если уже не форсировал реку и не вклинился в оборонительные позиции союзников.

Алина взглянула на машину Деевой. Есть! Взводный подняла сигнал «атака». Девушка передвинула рычаг, увеличивая подачу топлива на горелки. До этого сзади доносился слабый, заунывный свист пара, вырывающегося из предохранительных клапанов. Теперь же послышался рев разгоревшегося пламени, и практически сразу же пар засвистел, уже не подвывая, а зло и требовательно. Послышался вздох, еще один, и еще. Машина быстро набрала обороты, и Дробышева отжала рычаг сцепления. Тут же послышался шелест заработавшего масляного насоса высокого давления.

Девушка ухватилась за поручни. Поерзала, устраиваясь поудобнее в пилотском кресле, заодно проверяя, насколько плотно прилегают ремни безопасности. Наконец ее левая нога двинула педаль привода. «Витязь» вздрогнул, его левая опора оторвалась от земли, оставляя солидную прямоугольную вмятину, и пошла вперед. Шаг. Другой. Третий.

«Горбунок», как ласково называла свой бронеход Дробышева, начал набирать ход. Взгляд в перископические триплексы бокового обзора. Слегка вырвалась из линии «Витязей», пристраиваясь в одном ряду с «Богатырями» первой роты их сводного батальона. Не та броня и не тот калибр, поэтому слегка поумерила пыл, отставая от одних и выравниваясь с машинами своего взвода.

Следом выступили шестиногие «Громобои». Вот эти уж точно в качестве поддержки. Их семидесятишестимиллиметровые пушки уступали в бронепробиваемости орудиям «Богатырей», пусть у тех калибр и поменьше. Но они изначально разрабатывались как бронебойки. Эти же были универсальными полковыми пушками. В основу их боекомплекта входили осколочно-фугасные гранаты.

Когда «Витязи» вступили в молочную пелену, канонада впереди резко усилилась. Причина только одна. «Богатыри», выйдя из завесы, вошли в соприкосновение с гансами. Драка началась.

Наконец сносимая в тыл стена дыма осталась позади, и Алина сумела обозреть поле боя. И первое, что она сделала, – это разразилась не приличествующей молодой особе бранью. Просто по-другому выказать обуревавшие ее чувства было весьма проблематично.

Мало того что, в отличие от русского трехротного батальона, немецкий состоит из четырех. Так еще и часть какая-то нестандартная. Алина не приметила ни одного «Тарантула». Иными словами, им предстояло драться, уступая вдвое по численности тяжелых и средних бронеходов.

Оставалось уповать на то, что «Громобои» все же сумеют внести свой весомый вклад в данном противостоянии. Правда, вилами по воде. Лобовая броня «пауков» могла выстоять только против «Мечника». Да и то лишь в шестидесяти процентах. Снаряд, пущенный «Крестоносцем», и не заметит эту преграду. Надежда только на способность машины уменьшать свой профиль и наносить удары из-за укрытий.

Кроме того, не менее трех десятков, а может, и больше, «Муравьев» заканчивали форсирование реки. На поле перед ней уже замерли «Крестоносец», «Мечник» и три шагающих бронетранспортера. А вот еще один клюнул и уперся носом в берег на стороне союзников. На носу появилась тугая струя пара, ударившая вбок и вверх. Пробит котел. Без вариантов. Не иначе как прилетело из бронебойного ружья. Сзади посыпался десант.

Ну да это ее пока не касается. Алина вновь посмотрела на машину Деевой. Комвзвода только и того что вздела сигнал «атака». Фактически с этого момента капитан отпускала своих подчиненных в свободное плавание. Бой же, по сути, распадался на равные или неравные поединки. Нет, посматривать на командира, безусловно, следует. И следить за обстановкой на поле боя. Но при отсутствии связи остается уповать лишь на саму себя.

Дробышева тихо, одними губами, прочла короткую молитву и повела взором по полю боя. На этот раз не оценивая соотношение сил и общую расстановку. Сейчас ее интересовало, где именно она может приложить свои умения. Иными словами, она искала себе противника. И очень надеясь, что именно в этот момент ее саму никто не выцеливает.

«Богатырям» уже успело изрядно достаться. Одна из машин замерла стальным изваянием, встав на колено. Вторая упала на спину, окутавшись клубами пара. А вот еще один «Богатырь» получил сразу несколько попаданий и начал заваливаться на бок. Сказалось явное численное превосходство немцев при появлении роты тяжелых бронеходов. Четыре машины против одной. Оставалось вообще удивляться, как их не смели подчистую в первые же секунды.

Но русские все же успели сойтись с противником, что говорится, стенка на стенку. Избежав расстрела на расстоянии, они устроили свалку. А еще приковали к себе все внимание гансов. Ну и как не воспользоваться таким, пусть и незначительным, но все же преимуществом?

Метрах в двухстах от нее сошлись два бронехода. Противники кружили вокруг друг друга, обмениваясь выстрелами с расстояния не более полусотни метров. Пока Алина примеривалась, оба успели сделать по выстрелу. Немец промазал. Русский так же не добился успеха. Его бронебойный снаряд, отрикошетив от грудной пластины ганса, коротким росчерком трассера устремился ввысь.

Правда, от брони русского тоже отлетели сразу два рикошета. Калибром помельче. Трассеры отличаются, знаете ли, так что определить работу «Мечников» не составило труда. А тут еще и второй «Крестоносец», поджидающий в сторонке удобного момента для точного выстрела. Ну прямо четко по ее прикидкам – четверо на одного.

Русский экипаж действовал на диво грамотно, удерживая перед собой первого противника в качестве прикрытия от второго. Он все еще был под огнем пары «Мечников», но от них пока хранила солидная броня. Вот только если долго мучиться, что-нибудь да получится. «Богатырь» сзади и с боков вполне по зубам тридцатисемимиллиметровым немецким пушкам. Пусть далеко и не всегда.

Первый немец подставился Алине в боковой проекции. На спине всех человекоподобных бронеходов громоздится эдаким огромным ранцем машинное отделение. Не сказать, что в профиль «Крестоносец» столь уж широк, всего-то метра полтора. Плюс угловатое бронирование. Но это реальная цель. К тому же толщина брони в сорок пять миллиметров ее «сорокапятке» вполне по зубам. На такой дистанции снаряд способен проломиться через пятьдесят два миллиметра при угле в шестьдесят градусов.

Б-банг!

Промах! Трассер прошел чуть в стороне. Бить приходится с ходу, потому как останавливаться при столь существенном численном перевесе противника подобно смерти.

Б-банг!

Попала. Однако снаряд ушел в рикошет куда-то влево. Немец уже понял, что его обстреливают. Да и то, что экипаж «Богатыря» использует его как щит, пилот противника так же сообразил. Поэтому машина начала смещаться так, чтобы и открыть русского, и в то же время развернуться грудью к новому противнику. Уважают гансы «сорокапятку». И русским не мешало бы с большим пиететом относиться к немецкому малому калибру.