Константин Иванов – Красные Баки. Это моя земля. Киберпутеводитель (страница 11)
– Даже больше! – воодушевленно ответила Вера. – Знаете, я много где была, но такого места еще не видела. Здесь все… настоящее.
Михалыч хитро прищурился:
– А то! У нас тут свой мир. Маленький, но настоящий.
Позже, проводив журналистов до машины, Павел вернулся на любимую поляну. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая верхушки сосен в золотой цвет. Муравьи, как всегда, деловито сновали по своим делам.
Зазвонил телефон – снова друг из города. Павел посмотрел на экран и вдруг подумал, что у муравьев никогда не звонят телефоны. Они просто делают то, что должны, и при этом умудряются построить целое государство.
– Привет, – голос друга звучал взволнованно. – Слушай, тут такое дело… Помнишь, я говорил про работу? Освободилось место повыше, чем я предлагал. Зарплата – сам понимаешь. Когда сможешь приехать на собеседование?
Павел молчал, глядя, как длинная вереница муравьев огибает упавшую ветку. Они не искали легких путей, просто методично делали свое дело.
– Ты там? – переспросил друг.
– Да, – Павел провел рукой по лицу. – Слушай, я перезвоню позже, ладно? Тут у меня съемочная группа, нужно закончить.
Он спрятал телефон в карман и достал потрепанный блокнот – точно такой же, как у Михалыча. Пора было делать вечерний обход.
На следующее утро Павел застал съемочную группу за странным занятием. Они сидели на корточках возле муравейника номер восемьдесят три и что-то увлеченно обсуждали.
– Вы чего тут? – поинтересовался он, подходя ближе.
– Павел! – Вера вскочила, размахивая руками. – Идите скорее! Мы тут такое обнаружили!
Он подошел к муравейнику. На первый взгляд все было как обычно, но потом он заметил: муравьи тащили какой-то необычный груз.
– Это же часть другого муравейника, – пробормотал он, приглядевшись внимательнее. – Они переносят строительный материал с соседнего…
– Именно! – подхватила Вера. – Мы час наблюдаем. Они разбирают старый муравейник и переносят все сюда. Никогда такого не видела!
Павел нахмурился. Это действительно было странно. Он достал блокнот и быстро пролистал записи.
– Муравейник номер восемьдесят четыре… – пробормотал он. – Точно, там недавно упало старое дерево, повредило часть конструкции.
– И что теперь будет? – Стас опустил камеру.
– Они объединяются, – медленно проговорил Павел. – Вместо того чтобы бросить поврежденный муравейник, они переносят все ценное в соседний. И колония тоже переселяется.
– Потрясающе! – Вера строчила что-то в блокноте. – Получается, они не бросают своих?
Павел смотрел на бесконечный поток муравьев. Они работали слаженно, помогая друг другу тащить материалы. Никакой паники, никакой суеты – просто методичное спасение того, что можно спасти.
В кармане завибрировал телефон. Сообщение от друга: «Собеседование завтра в 11. Это твой шанс вырваться из леса. Подумай хорошенько».
Павел перевел взгляд на муравьев. Они не искали легких путей, не бросали все при первой трудности. Просто приспосабливались и продолжали работать.
– Стас, снимай! – скомандовала Вера. – Павел, расскажите подробнее про это явление.
– Вы знаете… – он убрал телефон. – Давайте лучше я покажу вам кое-что интересное. Тут неподалеку есть муравейник, которому больше сорока лет. Он пережил два пожара и три упавших дерева. И до сих пор стоит.
– Идемте! – Вера подхватила сумку. – Только сначала закончим здесь. Такой материал нельзя упускать.
Павел кивнул и присел на корточки рядом с муравьиной тропой. Солнце медленно поднималось над лесом, и в его лучах отчетливо была видна бесконечная вереница маленьких тружеников, которые просто делали то, что должны были делать.
Телефон снова завибрировал, но Павел даже не достал его из кармана. Кажется, у него наконец появился ответ на вопрос, который последнее время не давал ему покоя.
Вечером, когда съемочная группа уже паковала оборудование, Павел сидел в своем кабинете и составлял новый план работы заповедника. Идея пришла неожиданно, пока он наблюдал за переселением муравьев.
В дверь постучали. На пороге появился Михалыч:
– Ну что, проводил городских?
– Почти. Они там технику собирают.
Михалыч присел на край стола, заглянул в бумаги:
– А это что строчишь?
– Да вот, – Павел подвинул листы. – Смотри, мы все время только наблюдаем и фиксируем. А надо бы программу развития составить. Муравьи сами показали – иногда нужно меняться, чтобы сохранить главное.
Михалыч внимательно просмотрел записи, хмыкнул:
– Образовательный центр придумал? Это дело. К нам и так школьники просятся, а теперь по уму все организуем.
– И исследовательскую базу расширить можно, – Павел развернул карту заповедника. – Вон там, где старый склад, лабораторию оборудуем. Будем не только наблюдать, но и изучать.
В дверь снова постучали. Вера просунула голову:
– Извините, можно?
– Заходи уж, – махнул рукой Михалыч.
– Мы завтра уезжаем, – она переминалась с ноги на ногу. – Но я хотела спросить… Можно мы вернемся через месяц? Сделаем большой фильм о заповеднике, не просто сюжет. Тут столько всего интересного!
Павел переглянулся с Михалычем:
– Возвращайтесь. Как раз к тому времени я защищу новую программу развития в министерстве. Будет что показать.
Когда все ушли, Павел достал телефон. Три пропущенных от друга и сообщение: «Ну что, во сколько завтра выезжаешь?»
Он набрал номер:
– Привет. Извини, но я не приеду. Тут намечаются большие перемены, и я хочу в этом участвовать.
– Ты серьезно? – в голосе друга звучало искреннее недоумение. – Променять такую возможность на какой-то лес?
– Знаешь, – Павел подошел к окну, за которым темнел вечерний лес, – иногда нужно остаться на месте, чтобы двигаться вперед.
Он попрощался и выключил телефон. На столе лежала карта заповедника с пометками, где можно организовать новые наблюдательные пункты. Павел улыбнулся: муравьи не зря считаются одними из самых мудрых существ на земле. Они не просто выживают – они развиваются, не теряя при этом главного. И он наконец-то понял, как это делается.
Краснобаковский муравьиный комплекс,
Россия, Нижегородская область,
Краснобаковский муниципальный округ, Боровское лесничество
Муравьиный комплекс сформировался на участке приветлужских высоковозрастных сосново-еловых лесов с лиственницей сибирской. Наибольшую площадь занимают ельники-черничники и ельники чисто зеленомошные в возрасте около 80 лет. Встречаются участки полуторавековых боров-черничников и сложных (с участием липы) и брусничников, в древостое которых присутствует лиственница сибирская (вид, занесенный в Красную книгу Нижегородской области). Здесь можно увидеть деревья-гиганты со стволами метровой толщины.
Муравьиный «город», построенный одним из видов рыжих лесных муравьев Formica polictena, в 1980-е годы стремительно рос. По данным учетов, проводившихся Краснобаковским лесхозтехникумом, в 1982 году в комплекс входило 58 муравейников, в 1983-м – 290, а в 1984 году – 350. Этому способствовало искусственное расселение муравьиных семей в пределах памятника природы.
Наши истории
Андрей Дробышев
Федор поправил очки, сползающие на кончик носа, и в третий раз перечитал служебную записку. Буквы расплывались перед глазами после ночной смены на телевышке. Он потер переносицу и отхлебнул остывший кофе из видавшей виды кружки с облупившейся надписью «Лучшему инженеру».
В тесной аппаратной негромко гудело оборудование. Федор любил эти звуки – они напоминали ему жужжание пчел на пасеке у деда, где он проводил каждое лето в детстве. Может, поэтому его и тянуло записывать истории простых людей – как дед рассказывал ему про каждую пчелиную семью, будто про родню.
– Федь, ты опять со своими записями? – в дверь просунулась голова Михалыча, сменщика. – Все мечтаешь о великой журналистике?
– Да какая там журналистика, – Федор машинально одернул потертый свитер. – Просто хочется что-то настоящее показать. Вот смотри, – он развернул монитор к коллеге, – тут Степан Игнатьич из Быструхи рассказывает, как мотоциклы восстанавливает. Каждый винтик своими руками полирует, представляешь?
Михалыч хмыкнул:
– И кому это надо? Сейчас все сериалы смотрят да новости про политику.