Константин Хант – Шелортис. Книга третья. Часть вторая (страница 13)
Никогда прежде экипаж «Центурия» не видел своего командира столь душевным и человечным. И хоть видеть расчётливого и невозмутимого комендора в порыве чувств было неожиданно, всё же, никто из команды, даже не думал шушукаться за его спиной.
Разделившись на две группы, солдаты с галеона выстроились в две шеренги, с двух сторон закрыв командира своими телами. И пока комиссар Риваль с интересом наблюдал за происходившим на перекрёстке тёплым воссоединением, его следопыты на окраине города наблюдали куда менее радостные события.
Полуденное солнце смиренно тянулось к зениту, всё ещё лениво потягиваясь тёплыми лучами в сени раздутых от облаков небесах. И пока тёплая ласковая длань нежно поглаживала окроплённую пролившейся кровью землю, солидных размеров отряд надвигался на Ринвуд.
Приметив на горизонте силы облачённых в фиолетовые наряды гвардейцев, мужчины в чёрных мундирах поспешили с докладом к своему командиру. И хоть комиссар Риваль не был готов к столь стремительному развитию событий, всё же, принимать правила игры ему пришлось, при этом возложив на себя все трудности единоличного командования.
А всё дело в том, что ушедший в погреб за вином комендант Сериньо, решил, что вина в его запасах не так уж и много, а скверные перспективы грядущего боя, не особо-то мотивировали его возвращаться к обсуждениям. Решив продолжать потворствовать низменным желаниям, Патрисс оказался слаб духом, отдав свой разум на откуп алому дурману.
Тем временем, не большей пользой отличался и комендор Гарард. После доброй встречи, если её можно было таковой назвать, и жарких объятий после, комендор не спешил возвращаться в ратушу. Утратив всякое желание и способность к стратегии, Баримон поддался чувствам, что таил в себе долгие годы, будучи в изгнании.
Сейчас же, офицер срединийского флота впервые за долгие годы был счастлив. Крепко прижимая Ринишу за плечи, Баримон улыбался так широко, как ещё никогда прежде. И хоть следовавший за комендором отряд солдат никогда прежде не видел его таким, всё же, как и прежде, никто из них даже не смел это обсуждать за его спиной.
– Поверь, Ринни! – заговорил Гарард, после продолжительной молчаливой прогулки по улицам Ринвуда, – Я бы ни за что не отказался от вас, не будь на то причины! Ты помнишь, в те годы, когда новая корона диктовала свои порядки, от Ринвуда требовалось гораздо больше, чем мы могли дать! Если бы я не пошёл на службу во флот …
Стихнув на середине фразы, Баримон крепко сжал кулак свободной от объятий руки в приступе нахлынувшей злобы.
– Я бился за наш приют, как только мог! – продолжил комендор, – Я предлагал деньги, искал возможности, но в те сумасшедшие годы, лишь сила влияла на ситуацию! Мы с Кристоффом планировали, что я отправлюсь на службу во флот, а он постарается удержать бразды правления в Ринвуде! Мы хотели переиграть эти вонючие правила повинности …
Впервые услышав, как командир ругается, отряд комендантских стрелков переглянулся между собой, впервые позволив себе, хоть и взглядом, но обсудить своего комендора.
– Эта ненасытная военная машина пожрала и меня и Кристоффа! – подытожил Гарард, – И какое-то время я думал, что будь я покладистым и полезным, мой голос будет иметь вес, но как бы ни так! Нами бездумно бросались, как камнями в пекло, невзирая на чины и заслуги! И когда я увёл «Соловьиную Трель», то для вас я стал бы угрозой, а не помощью!
Поникнув головой, комендор поджал губы, чувствуя, что его слова едва ли послужили оправданием. В какой-то момент Баримон уже хотел было убрать руку, как вдруг, его пальцы ощутили прохладное прикосновение Риниши.
– Ты не замёрзла?! – не без тревоги воскликнул Баримон, перехватив коснувшуюся его ладонь в свою тёплую руку.
– Учитель! – проигнорировав вопрос, прошептала леди Франта, – Простите меня! Я наговорила вам …
– Ты была права! – прервав Ринишу, воскликнул Баримон, – Я должен был это предвидеть и сделать всё иначе!
– Иначе что?! – опустив взгляд, отозвалась темноволосая леди, – Остаться в Ринвуде?! В этом гадюшнике?!
Разведя руки в сторону, леди Франта случайно выскользнула из тёплых объятий комендора.
– Сейчас вы комендор! – с ноткой гордости выпалила Риниша, – У вас свой корабль и преданные вам люди!
Услышав похвалу в свой адрес, отряд следовавших по пятам солдат самодовольно ухмыльнулись, не издав при этом ни звука.
– Почему ты считаешь Ринвуд гад… – стихнув на полуслове, Баримон не хотел повторять нелицеприятную фразу.
– Вот почему! – прошептала леди Франта, остановившись, и указав рукой перед собой.
Оказалось, что за временем, проведённым в компании бывших воспитанников, Гарард не заметил, как они успели дойти до места, что когда-то Гарард своими руками отреставрировал за собственный счёт. И если в те далёкие времена, хоть и небольшой, но уютный трёхэтажный домик выглядел ухоженным и опрятным, то сейчас …
– О, Вечность … – прошептал Баримон, не в силах признать плоды собственного творения.
Не раз залатанная прохудившаяся крыша практически полностью выгорела, и теперь больше напоминала горшок с мокрой залой и землёй, из которой местами росли сорняки. Забитые досками окна, не раз срывали с петель, а потрескавшиеся ставни вовсе валялись внизу. Дверь, единственное, что уцелела, хоть в ней и было множество выбоин.
– Что здесь произошло?! – отрешённым голосом спросил Гарард, – Кто это сделал?!
– «Гвардейство»! – сухо отозвалась Риниша, пнув одну из сотен валявшихся возле приюта бутылок из под спиртного.
Озираясь по сторонам, Баримон не мог не приметить, что прочие дома на улице, хоть и были потрёпанными и битыми, но, всё же, не выглядели столь ужасно, как тот, что был отведён под приют.
– «Гвардейство», это вот эти нацепившие мундиры убл… – выругавшись крепким словом, Ринища даже не поморщилась, явно уже привыкнув к сквернословию, – Они тут во всём городе устраивали пропойные разбои, но нам доставалось больше всех!
Посмотрев на полуразрушенное здание, Риниша томно вздохнула, при этом, не отводя от него своего отрешённого взгляда, что, казалось, смотрел в никуда.
– Действительно, что может быть лучше стрелять нам в окна?! – вновь заговорила леди Франта, чей голос разительно посмурнел, – Ну разве что разбрасывать нам на крышу горящие бутылки, а потом задорно ржать, стреляя вслед разбегающимся из горящего домика малышей!
В каждом слове Риниши чувствовалась боль и горечь обиды от царившей в мире несправедливости.
– А как же губернатор?! – возмутился Гарард, сжав челюсти так крепко, что на его затылке едва не разошёлся шов.
– Какой?! – усмехнулась Франта, – Сир Руан?! Так он драпанул прочь едва ли не сразу же после вас …
Стихнув, Риниша только сказав, осознала, сколь грубо это прозвучало по отношению к Баримону, но тот даже не обратил на это внимания, а вернее, не придал тем словам значения.
– А комендант?! – воскликнул Баримон, предвкушая ответ.
– Был тут один, Тильдо Пабблс! – поморщившись в отвращении, леди Франта небрежно хмыкнула, – Редкостный убл…
В очередной раз, выругавшись крепким словом, Риниша не стала себя сдерживать, выдав целую тираду оскорблений, описывающих, как этот самый Тильдо предлагал непристойное и мерзкое взамен на покровительство. Какое-то время им пришлось даже прятаться от него под мостом, неделями не появляясь в приюте.
– Но потом он в одночасье пропал куда-то! – подытожила леди Франта, – А на смену пришёл вот этот чистоплюй хе…
Потеряв всякое приличие, Риниша, казалось, всеми способами пыталась доказать, что никакая она не леди, а самая обычная девка разбойничьих кровей.
– Весь такой на виду из себя, а сам … – продолжала критиковать нынешнего коменданта Риниша, – Пропоица и садист! Любитель наказать всякого кто не по его мнению живёт! Только вот чистеньким всегда пытался остаться, всё руками своего палача делал! Этого, как его …
Повернув голову, леди Франта окликнула Даррена, что по одной собирал бутылки и складывал их в одну кучку.
– Дар, ты не помнишь … – произнесла Риниша, едва гигант обратил на неё внимание, – … как звали того из ратуши, за которым ещё толстуха Анабель бегала?! Ну, этого, в шляпе дурацкой! Вычурный такой весь из себя, патлатый такой, вечно с рожей ходил надутой, будто бы ему в сапоги кошки наблевали! Который ещё ссан…
Не успела леди Франта закончить свою мысль, как Даррен глубоко кивнул в ответ.
– Помнишь?! – уточнила Франта.
– Помню! – отозвался Варган.
– И как его звали?! – без капли раздражения поинтересовалась Риниша.
– Ги-ли-ер-мо! – по слогам произнёс Даррен, словно читая его имя где-то на задворках своей памяти.
– Точно! – звонко хлопнув в ладоши, Франта улыбнулась подсказавшему ответ мужчине, – Ты красавчик, Даррен!
– Это моё имя! – подытожил великан, подняв очередную бутылку и потащив её к кучке, стараясь не наступать на цветы.
Отряд солдат, что сопровождали Гарарда смотрели на Варгана с большой тоской, чувствуя при этом толику некой обиды. Не так давно, они были в числе первой шеренги, что наставила на этого безмерно доброго человека свои мушкеты. Не сдержав эмоций, один из солдат даже отвернулся, пытаясь тайно утереть вставшие в глазах слёзы.
– Простите, учитель, что мучаю вас этим … – вновь заговорила Риниша, обратившись к Баримону, – … просто я …