Константин Хант – Шелортис. Книга третья. Часть первая. (страница 13)

– Ой, только не начинай опять! – отмахнулся шут, отвернувшись от старика.

– А я не начинаю! – уязвлённо возмутился старик, после чего добавил: – Я говорю прямо! Так, как есть, Рональд!

На мгновение повисла тяжёлая пауза, нарушить которую не решался ни один из собравшихся в старом трактире мужчин. Казалось, что на этом диалог закончился, и каждый из собеседников остался при своём, но в следующий миг седовласый старик вновь вышел на свет.

– Выбор есть! – произнёс Брендон, – Ты этот вы…

– Замолчите, Мокс! – рявкнул Капулиций, чей голос не принадлежал ни шуту, ни Рону.

Очередная пауза повисла в таверне, но в этот раз тяжёлое дыхание Капулиция разбавляло звенящую тишину.

– Тебе известно не хуже меня, что это невозможно! – прогремел шут, – Единственная наша надежда, это принцесса Эм…

– Да в бездну эту Эми! – рявкнул старик, сорвав с головы шляпу, – Ждать у моря погоды, чтобы в итоге …

Не успел старик закончить своей фразы, как в следующий миг крепкий захват Капулиция ухватил того за шею, тут же заставив стихнуть.

– Не смей допускать этих мыслей, Мокс! – прорычал мужчина в лоскутном одеянии, чьей стати в этот момент мог позавидовать любой из рыцарей столицы, – Рональд Шелортис мёртв и более ничто не в силах воскресить его душу! Наша последняя надежда: уповать на возвращение единой наследницы трона! Лишь только Эми способна вернуть всё как было!

Едва последние слова сорвались с губ шута, руки его ослабили захват, и старик шумно втянул воздух ртом, вновь ощутив твёрдый пол под ногами.

– Ты идиот, Рона! – тяжело кряхтя прошипел старик, – Почитай хотя бы это!

Сунув руку во внутренний карман сюртука, седовласый мужчина вынул тугой сверток, наспех обёрнутый грубой бечёвкой. Не глядя в сторону удаляющегося шута, старик небрежно швырнул свиток ему в спину. Казалось, что рукописи суждено рухнуть на пол, но шут с невероятной скоростью обернулся, без труда поймав донесение.

– Прочти, Рон! – прокряхтел старик, потирая шею, – Твою принцессу не живой, ни мёртвой не…

Стихнув на полуслове, Брендон решил не накалять и без того натянутую атмосферу, особенно если учесть, что Капулиций всё же развернул свиток. Пробежав глазами написанное, шут едва сдержался, чтобы не смять донесение в порыве нахлынувших чувств.

– Опрометчиво! – буркнул обладатель лоскутного наряда, – Неужели это так нужно …

– Рональд! – вновь заговорил старик, – Никто и никогда более не признает право Эминейлис на трон! Ни ту, ни эту!

Свернув послание в свиток, Капулиций искоса посмотрел на Мокса.

– Она уже видела это послание?! – поинтересовался Рон, чьё лицо вновь обрело благородные черты.

– Поутру узнает! – отмахнулся старик.

– Будут последствия! – добавил рыжеволосый мужчина, вернув свиток собеседнику, – Надо поспешить!

Накинув капюшон, Капулиций уже собирался уходить, но старик грубо окликнул его, не стесняясь ни в тоне, ни в выражениях.

– Ты, Рональд Август Рон Шелортис, мать твою! – проревел старик, крепко сжимая кулаки в приступе бессильной ярости, – Ты старший сын Гардоса, его первый наследник! Ты истинный правитель Срединного Королевства! Да что б тебя, возьми в свои руки то, что тебе принадлежит по праву! Тебя поддержат все! Все, мать твою, все мы!

В глазах старика встали крупные слёзы, что блестели в серебристом свете полуночной луны. Казалось, в этот самый момент Брендон не желал ничего более столь сильно, как хотел возвращения славного принца из опалы. Не помня себя, сэр Мокс взывал к разуму Рона, что, словно дворовому мальчишке, прятался за широкую спину духа Капулиция.

– Брендон! – еле слышно прошептал Рон, – Отправляйся в западные земли и разыщи её! Эми истинная королева! Не я!

Не проронив более ни слова, Капулиций накинул свой капюшон и, прежде чем его собеседник успел хоть что-то возразить, выскочил прочь.

– Идиот! – прорычал Брендон, водрузив на голову свою шляпу и сунув во внутренний карман свиток с посланием.

Не мешкая более ни секунду, старик бросился следом к выходу. Где-то в глубине души, сэр Мокс хотел догнать опального принца, в надежде заставить его изменить своему решению, но всё же, умудрённый опытом мужчина понимал, что все эти попытки тщетны.

Покинув таверну, старик натянул шляпу потуже на голову, после чего быстрым шагом убрался прочь с улицы, оставив её во власти холодной и мрачной ночи. Крепко зажимая полы своего потрёпанного сюртука, мужчина не выпускал из рук письма, что грел его сердце сильнее самого тёплого магического камня.

С этой самой минуты, жизнь в Срединном Королевстве кардинально изменилась, ведь сама судьба смилостивилась над смертными, выткав на полотно их жизней совершенно неожиданные, совершенно невероятные события. Ещё никогда прежде так много не зависело от столь малого. Совсем скоро мир изменится до неузнаваемости.

Глава 2. Время собирать камни.

Раннее утреннее солнце медленно потягивалось из-за горизонта, заливая мощённые резным камнем улочки столицы некогда великого Срединного Королевства. Хоть стены главного дворца Райтона более не украшали массивные голубые штандарты, всё же их величественная стать даже сейчас проглядывала через фиолетовые знамёна новой власти.

Просторы городских площадей были безлюдны, и это уже стало самой настоящей закономерностью для столицы, однако в это утро всё было иначе. Вернувшиеся минувшей ночью гвардейцы генерала Риджеса в этот самый момент праздно слонялись по улицам столицы, хоть немного, но разбавляя мертвенную пустоту мрачного города.

Чуть поодаль, у городских стен курсировали патрули «фиолетового ордена». Исподлобья поглядывая на рыцарей Риджеса, солдаты регулярной армии не то что не были рады их присутствию, но даже напротив, желали поскорее избавиться от них, вернув город в полноправное владение своего единоличного господина.

– Хамон приказал не пускать их во внутренний периметр! – донёсся приглушённый мужской голос.

Парочка облачённых в фиолетовые мундиры солдат вздрогнули от неожиданности, но всё же виду не подали. Коротко кивнув, мужчины не удостоили таинственную фигуру в сером плаще взглядом, и та в мгновение ока затерялась в пустоши высоких теней утреннего рассвета.

– Слышь, а чо они на нас так зырят?! – еле слышно пробормотал стоявший у ворот солдат.

Проводив взглядом отдавшего приказ незнакомца в сером плаще, стражники крепче прежнего схватились за свои ружья. На площади перед воротами действительно праздно шатались отдыхавшие с похода гвардейцы Риджеса, однако едва ли хоть кто-то из них смотрел на воинов «фиолетового ордена».

– Когда ж вы, поганцы, свалите отсюда! – отозвался второй, – Поскорей бы вас всех перебили мятежники!

Не спуская взгляда с гвардейцев, стражи искренне опасались их возможных провокаций. Численно проигрывая гостям столицы, взявший под контроль город «фиолетовый орден» едва ли толком мог дать им отпор. Надеясь на чудо и уповая на милость гвардейцев, стражи, как могли, исполняли приказ командира «тайной стражи» Райтона.

Тем временем, по ту сторону стен, в одной из башен высокого периметра из мира сладостных грёз в мир тяжёлой яви вернулась белокурая гостья замка. Сладко потягиваясь на мягкой перине, леди Уортли нехотя открыла свои глаза, один из которых всё ещё видел через мутную пелену.

Коснувшись травмированного глаза, Кэтлин на мгновение вспомнила о старом друге, которому была обязана этим увечьем. Рана всё ещё саднила, но ей было далеко до боли, что причиняли последние слова Мыша, сказанные на борту «Центурия» в день их последней встречи.

Предложение Риджеса для картографа оказалось не то что неприемлемым, но даже в какой-то мере оскорбительным, и, разумеется, факт того, что его лучший друг приняла его, стало для него настоящим шоком. Бритс никак не мог ожидать, что леди Уортли посмеет осквернить память об Эми забвением, с которым та вступить на скользкий путь самообмана.

Улыбнувшись уголком губ, Кэтлин вспомнила лицо отважного Мыша, что хоть и понимал с какой силой ему придётся столкнуться, выступил против Риджеса. Откровенно говоря, если бы не Уортли, то «Центурий» вместе со всем экипажем пошёл бы ко дну в один миг, так что Бритсу следовало бы благодарить её, а не ненавидеть.

Тем не менее, тонны скверных слов и пожеланий, что ударили в спину уходящей в прошлую жизнь леди-рыцаря не остались бесследными. Колкая щемящая боль била так больно, как не бил ни один клинок, пронзавший плоть. Искренне надеясь, что эта боль стихнет, Уортли поднялась с кровати и в тот же миг двери в её покои распахнулись.

– Ваше превосходительство, госпожа майор! – приветственно закричал мужчина в офицерском фиолетовом мундире.

Первым ворвавшись в просторную усыпальницу леди Уортли, тучный полноватый мужчина с густой чёрной бородой вытянулся по струнке. Продемонстрировав вымуштрованную стать, немолодой офицер жестом пригласил в спальню трёх служанок, что учтивой вереницей засеменили внутрь.

– Бегом, дешёвые дуры, помогите госпоже оправиться! – прогремел мужчина, после чего грозно рявкнул: – Живее!

Прежде чем Кэтлин успела среагировать, три златовласые прислужницы уже расправили офицерский наряд старшего офицера королевской гвардии перед ней. Своего прежнего облачения Уортли не увидела, отчего выбирать ей было попросту не из чего.

Изъявив желание спуститься с высокой кровати, Кэтлин не обратила внимания, как одна из служанок тут же рухнула на пол. Лишь только когда ноги леди Уортли коснулись неожиданной преграды, новоиспечённая госпожа майор увидела сгорбившуюся у кровати служанку, сжимавшую в руках её форменные сапоги.