Константин Фрес – Жена-беглянка. Ребенок для попаданки (страница 3)
На нашу постель, в которой он меня ласкал и говорил, что любит.
— Какого черта! — яростно рычит он. — В общем, все. Я ухожу от тебя.
— Куда?.. — лепечу я.
Он неопределенно пожимает плечами.
— На курорт в Турцию. Потом, может быть, в Египет. Или вон в Испанию. Куда угодно, лишь бы не дышать твоими больничными миазмами. Ты как бабка-паралитичка. Только что мочой не воняет. Мне все это надоело.
И у меня становится нестерпимо горько во рту.
— Вот как заговорил! — со смехом выдыхаю я. — А как же в болезни и здравии? В горе и радости?
— В радости! — подхватывает он и кивает головой, как бешеный конь. Глаза его ненормально блестят. — В радости! Я так долго был с тобой в горе, так чего ж ты не хочешь со мной порадоваться, а? Ну, не получилось с этим ребенком. Да и шут с ним! Прыгай в купальник, поехали развлекаться! Море, песок, ты и я! Выпивка, танцы! Отдых и вечное лето! Но ты вцепилась в эту идею с беременностью как идиотка! Да нахрена, если не выходит!? Ну, нахрена, объясни мне?
Как ему объяснить свое желание стать матерью?
Желание слиться с этим человеком воедино и воплотить эту связь в ребенке?
По-моему, это невозможно.
Я даже дышать не могу от боли.
И эта боль посильнее, чем боль при выкидыше.
Эта боль с мясом вырывает мне душу.
— Посмотри, в кого ты превратилась!
Он сует мне под нос нашу свадебную фотографию.
Белое облако фаты, улыбки, свет и счастье.
— Женился на роскошной красотке, — хохочет Стас, — а что получил?! Уродину! Ты же серая, как нестиранные трусы! Вечно растянутые свитера, уродливые джинсы! Гулька эта на башке, вечно некрашеная и немытая! Обвисшая дряблая кожа, вечная беременность, кровотечения и тошнота! Ты похожа на подыхающую спидозную наркоманку! Черт, черт!.. Сколько потрачено денег, и все зря!
— Это всего лишь деньги! — ору я, не контролируя себя.
— Деньги, которые я зарабатываю! — орет он в ответ мне. Зло, яростно. — Которые я спускаю… в твою бесполезную писечку, с которой ты носишься по больницам! Черт! Даже это у тебя не работает! Бесполезное, тупое существо!
Я только плачу.
Я не могу ответить.
Меня колотит и губы дрожат.
— Я больше не могу с тобой, — зло подводит итог Стас. Лоб его мокрый, лицо бледное. — Хочешь дальше заниматься всякой фигней типа ЭКО — будь добра, сама на это зарабатывай. Я лучше спущу бабки на Лазурном Берегу. Это приятнее, чем быть с тобой. Больная. Юродивая.
Это больнее, чем удар по лицу. Но действует так же.
От этих слов звон в ушах и звезды перед глазами.
И чудовищна, ядовитая, мертвецкая горечь на языке.
— Мерзавец!
Не помня себя, подскакиваю, с кулаками набрасываюсь на мужа.
Хлещу его по красивому лицу, по губам, по глазам…
Он молчит.
Только смотрит страшно и решительно.
Так, что мне становится жутко.
А потом я вдруг понимаю, что мне конец.
У него в голове складывается картинка.
Такая четкая, что даже я ее вижу.
Несчастная женщина вернулась из клиники в истерике после очередного выкидыша.
— У меня самолет в пять, — бормочет он.
Его сильные ладони перехватывают мои руки.
Крепко и больно.
Так, что кости хрустят в его решительной хватке.
Да, в этот миг он уже все решил. Бесповоротно.
Я еще помню, как эти руки умеют ласкать…
Он подтаскивает меня к раскрытому окну.
У меня кружится голова от острого ощущения опасности и неминуемого конца.
Вот и все. Вот и все.
Сегодня вечер пятницы.
Дом почти пуст, все тусят и радуются жизни.
Никто и не услышит моего последнего вопля.
Найдут меня только в понедельник.
Когда Стас со всеми деньгами будет на Лазурном Берегу.
Да и вообще, все могут списать на мою истерику из-за очередной неудачи.
Самоубийство.
Это так естественно.
Ни у кого никаких вопросов.
— Приятного полета!
Цепкие руки Стаса хватают меня за лодыжки, и последнее, что я вижу — перевернувшееся небо.
Я никогда не стану мамой…
Глава 3
Сегодня годовщина нашей свадьбы с самым прекрасным мужчиной на свете!
А еще говорят, что аристократы не женятся на простолюдинках.
И все они эгоистичные чудовища.
Но я точно знаю — это не так.
За внешней спесивой гордостью внутри живут такие же горячие и живые чувства.
Я — простолюдинка, а замуж меня взял герцог.