Константин Фрес – Жена-беглянка. Ребенок для попаданки (страница 2)
Насвистывая песенку, он собирал вещи и складывал их в большой чемодан.
В тот, с которым он обычно ездил в командировки.
За все то время, что я была в больнице, он не позвонил, не спросил, что со мной.
Не заехал.
Не встретил.
Я добралась сама, на такси.
Я с трудом стащила кроссовки в прихожей.
Живот еще ныл, несмотря на тонны влитых в меня лекарств.
С трудом прошлепала в нашу спальню и застала его у шкафа, где он перебирал свои футболки и носки.
— Стас, нам надо поговорить, — произнесла я, прислонившись плечом к косяку.
Сил не было совсем.
Я стоять не могла.
А еще нужно озвучить самое страшное.
— Говори, — оптимистично отозвался он.
Стас очень красивый.
Сильный, высокий, спортивный.
Стильная, волосок к волоску, прическа. Яркие глаза, широкие брови.
Умное интеллигентное лицо.
Все мои подруги вздыхают: «Такой породистый самец! Такому надо родить десять ребятишек!»
А я не могу и одного…
Дыхание застревает у меня в горле, слезы снова льются рекой.
— Стас, — выдыхаю я сквозь сжатые зубы. Меня колотит от боли и надвигающейся истерики. — Ничего не вышло. Опять.
Язык не повернулся сказать «я потеряла ребенка».
Я сжалась в комок, ожидая выплеск ярости.
Стас всегда буро реагировал на неудачи.
На любые неудачи.
Ругался и бегал, как будто не находил себе места.
Но не на этот раз.
Он лишь кивнул, вздохнул чуть слышно, и продолжил раскладывать вещи.
Я просто лишилась дара речи.
— Ты слышал, что я сказала?
— Ну, разумеется, я же не глухой.
Он посмотрел на меня ясными, очень спокойными глазами.
Снова улыбнулся и вернулся к своему занятию.
— Стас, я потеряла ребенка! Я снова потеряла ребенка! Я!..
Мой голос срывается на крик.
До сих пор сдерживаемая истерика выплескивается.
Я чувствую, как меня колотит, и как пульсирует кровь и боль в опустевшем животе.
Как будто там зияющая дыра.
Мертвое. Все мертвое…
— Я это понял, — терпеливо ответил он. — Но, дорогая, в данный момент я ничем не могу тебе помочь. Затолкать его обратно уж точно нет, не смогу.
— Что?! Что ты несешь?!
— А что я несу?
Я буквально захлебывалась слезами.
— Я ожидала от тебя поддержки и сочувствия, — всхлипнула я. — Да я домой приехала, лишь бы не оставаться в палате одной! Я приехала к тебя, чтобы ты утешил, а ты!..
Стас снова вздохнул мученически, выслушивая мою истерику.
Руки его опустились.
— А кто утешит меня? — неожиданно зло произнес он.
— Что?! — опешила я.
— Вера! — прорычал Стас злобно. И с остервенением швырнул очередную тряпку на пол. — Да я уже чертовски устал ото всего этого!
— Это ты устал?! — шепчу я сквозь слезы.
Глава 2
После моих гормональных стимуляций, после болезненных проколов, после подсадок, надежд и болезненных выкидышей он устал?!
Но Стаса уже не остановить.
— Да мне осточертели эти рожи в натальных… как их, черт подери! Центрах! Я знаю их все наперечет! И мне стыдно смотреть им в глаза! Потому что они смотрят и ухмыляются! «Здравствуйте, дяденка!» — кривляясь, пропищал он. — «Снова пришли подрочить в баночку?». Черт! Я здоровый мужик, а вынужден заниматься этой мерзостью! Под присмотром кобыл в белых халатах! Посторонних баб, которые контролируют мое семяизвержение! Да черт!
— Но это же ты мечтал стать отцом, — лепечу я растерянно.
— Мечтал! — срывается на крик Стас. — Мечтал, мать твою! Думал, все будет, как у нормальных людей! Секс, беременность, роды, ребенок! Но ты даже этого не можешь! Не можешь сделать то, что заложено в тебе природой!
— Что?!
— Что слышала!
Он подошел ко мне вплотную, злой, распаленный.
Колючим взглядом впился мне в лицо.
— Ты меня не возбуждаешь, — прямо заявил он. — От тебя воняет больницей. Болезнью и горечью. Да ты цветом как стены в дешевом больничном коридоре! Бледно-зеленая!
Странно было бы, если б потеряв много крови я была б какого-то другого цвета…
— Только полосы поперек не хватает!
Стас яростно тычет мне пальцем в лоб, и я с размаху падаю на постель.